Мы - до нас
Шрифт:
В руке у него было оправдание - листок, с сочиненным им за ночь стихотворением. На нем так прямо было и написано:
Мы - до нас! Вечер в деревне
(XIX век)
За стеной буянит вьюга.
Вечер. Спать давно пора.
Но сидит, обняв друг друга,
Возле печки, детвора.
А у дремлющей лучины,
Бородат, суров и сед,
Кутаясь в тепло овчины,
Им читает книгу дед.
Ту,
По которой, торопясь
Изучал после обеда,
(Пока спал тот!), буквиц вязь.
В книге все его науки,
Здесь написано, как встарь,
Посылал святых на муки
Нечестивый римский царь,
Как монахи в кельях тесных,
Убежав от суеты,
Донесли до врат Небесных
Свои тяжкие кресты…
За окном темно и зябко,
Полночь близится к часам…
Головой качает бабка -
Зачитался, старый, сам!
А потом махнет рукою -
Чай, не лето, а зима!
Сядет рядом с детворою,
И… забудется сама!
Этот листок Стасу не терпелось как можно быстрее показать Владимиру Всеволодовичу, Лене, Ване… Да и вообще он, наконец, сможет объяснить им теперь то, чему сам нашел решение всего несколько часов назад!
У магазина, возле доски объявлений стояла большая группа людей. Как ни спешил Стас, он все-таки подошел и увидел, что на доске уже висит написанное Леной объявление.
Люди о чем-то оживленно, и как ему показалось, тревожно переговаривались. Но мало ли что могло случиться в селе: сараи у кого-нибудь затопило, а то гуся или даже корову, воспользовавшись такой непогодой, украли…
Не останавливаясь, Стас продолжил путь, и вскоре уже увидел храм и перед ним - огороженную канатами территорию.
На дороге около нее стояла милицейская машина, а на месте раскопок виднелись омоновцы. Двое из них были с автоматами.
«Молодец Владимир Всеволодович! Послушал все-таки Ваньку – мысленно похвалил академика Стас.
– Вызвал надежную охрану для такой ценной находки».
Самой плиты уже не было.
На ее месте стоял Владимир Всеволодович, явно растерянный и огорченный.
«Еще бы! Только-только нашли, и уже увезли, наверное, в бронированной машине, не дали даже всласть насмотреться! – понимая состояние академика, подумал он и ахнул: - Только… она же ведь нам для спектакля будет нужна! Вся соль, чтобы действие проходило на ее фоне! Ну ничего, я думаю, для такого случая Владимир Всеволодович как-нибудь договорится, чтобы ее дали хотя бы на пару часов!» - успокоил себя он и подойдя еще ближе, увидел, наконец, и Лену.
Она стояла на своем рабочем месте, и он издалека стал махать ей руками.
Девушка тоже помахала в ответ, но как-то
«Не выспалась!» - понял Стас и, подойдя, сказал:
– Видел я ваше объявление. Молодцы, что повесили его не ночью, а утром, когда уже не было дождя, а то бы оно все размокло! – похвалил он. – Красиво смотрится! Я даже стихотворение на эту тему написал! Хочешь, почитаю?
Стас развернул листок, но Лена как-то странно посмотрела на него и отказалась:
– Какие могут быть стихи, Стасик… Ты разве не видишь, что сейчас не до этого?
– Тогда слушай о том, что так тебя так вчера волновало и теперь я могу, наконец, сказать… - слегка удивившись, приступил к самому главному Стас и снова услышал:
– Прости Стасик, после, потом…
– Ну ладно! – решив, что она не успевает с завтраком, великодушно согласился и на это Стас и направился к Владимиру Всеволодовичу.
– Владимир Всеволодович! – бодро и радостно начал он. – Мы все уже сделали: пьесу нашли, вернее, пока повесть «Божий суд», которую переделаем в пьесу, объявление написали и даже повесили. Людей около него собралось – полсела!
– Да-да, конечно! – по привычке быть вежливым со всеми, кивнул ему академик.
– И еще я хотел поговорить с вами о дальнейшей учебе… - снова начал о главном Стас, но Владимир Всеволодович тоже не стал слушать его до конца.
– Непременно поговорим. Но сейчас извини, – каким-то чужим, безжизненным голосом остановил его он. – Не время для этого, да и не место…
Все больше удивляясь, Стас прошел мимо пустующих, несмотря на то, что рабочий день давно начался, мест и, увидев Ваню, подбежал к нему и спросил:
– Что это тут со всеми происходит?
– А ты что, действительно не знаешь, что у нас случилось? – вместо ответа уставился на него тот.
– Нет… - заподозрив что-то неладное, покачал головой Стас.
– А что?
– Так ведь плита пропала!
– Как пропала!
– Вместе с мозаикой!
– Когда?
– Наверное, когда мы втроем эту драму читали!
– Как же все это произошло?
На этот вопрос Ваня только руками развел:
– Да я сам только недавно пришел, еще мало что толком знаю…
– Зато я знаю уже все!
– вмешалась в разговор стоявшая рядом Юля и принялась объяснять: - Все произошло где-то около двух ночи. Пока Александр бегал выполнять поручение Владимира Всеволодовича, похитители стукнули Даньку по голове чем-то тяжелым и так ошеломили его, что он бедный лежит теперь в больнице и ничего не помнит. Взяли плиту и были таковы! И ведь какие умельцы – все это сделали в каких-нибудь десять-пятнадцать минут!