Мы – были! Путь
Шрифт:
– Нет, – покачал головой великий князь. – Такие утверждения требуют доказательств. И если вы правы, то с этим нужно что-то делать.
– Доказательства мы предоставим. Но не это сейчас главное. Орден Аарн предлагает княжеству Кэ-Эль-Энах совместную операцию по очистке этих конюшен. Прошу также учесть, что на это есть благословение Его Святейшества, и каждый священник Церкви Благих обязан нам помогать.
– Даже так? – заинтересованно прищурился Раван. – В таком случае может и получиться.
– Да, может. Мы привели сюда четыре дварх-крейсера и половину
– Что ж, я, пожалуй, согласен, – великий князь внимательно посмотрел на зятя, но тот выглядел совершенно безмятежным. – Мне надоело, что триллионы кредитов идут мимо казны. Да и крылышки некоторым обнаглевшим господам давно пора подрезать, слишком высоко забрались.
– Необходимо только, чтобы никакая информация не просочилась раньше времени, – негромко сказала Лиэнни. – Знаешь ли ты, что у тебя в кабинете было три жучка? Я их нейтрализовала. Что самое неприятное, два из этих жучков – нашего производства. А мы их не устанавливали, в этом я могу поручиться.
– Вот как? – из сузившихся глаз великого князя полилась мрачная угроза. – Значит, снова предатели завелись? До чего же назойливые паразиты…
– Потому, кстати, мы и хотели видеть генералов Л'арарда, которым ты доверяешь. Мы проверим их по-своему. Если предатель среди них, он не сможет скрыться.
– И почему же? – прищурился Раван. – Раз он сумел обмануть внутреннюю безопасность Л'арарда, что ему помешает обмануть и вас?
– Ох, и трудно признаваться, па… – нахмурилась Лиэнни. – Но раз уж принято решение больше не скрывать это обстоятельство, признаюсь. Слухи о телепатии в нашей среде полностью правдивы. Каждый аарн – абсолютный эмпато-телепат. Мы почти не общаемся вслух. Ты, наверное, удивился, что дети так молчаливы? Так они не молчаливы, мысленно я с ними и сейчас говорю.
Великий князь потрясенно откинулся на спинку кресла. Это признание ставило с головы на ноги многое, очень многое. Теперь ясно, каким образом Аарн добывают любую тайную информацию, даже такую, доступ к которой имеет всего один человек. От них вообще невозможно что-нибудь скрыть, и что с этим делать, он пока не знал.
– Что вы подразумеваете под словом «абсолютный»?
– Абсолютный – это телепат, не только считывающий текущие мысли, но и способный полностью прочесть и анализировать долговременную память человека. Даже то, что сам человек уже не помнит. А ведь ты упустил из вида еще и эмпатию. Эмоции важны ничуть не меньше мыслей.
– Как же можно так жить? – содрогнулся великий князь. – Не иметь ничего, что только твое? Я бы не смог…
– Кто знает… – пожал плечами Дерек. – Прошу также учесть, что отрицательные качества в человеке вызывают у любого аарн резкое отвращение, вплоть до кровавой рвоты. Мертвые лица, которые так настораживают вас, – это всего лишь психощиты, не пропускающие чужие эмоции. Вы думаете, Ваше величество, нам приятно ощущать подлость
Его лицо брезгливо сморщилось. Раван осмысливал свалившуюся на него информацию, стараясь не думать ни о чем важном. Впрочем, глупость. Раз они способны прочесть память, это не поможет. Попытавшись представить себе мир, в котором мысли и чувства людей доступны всем вокруг, он содрогнулся. А если они не лгут, и отрицательные качества в человеке вызывают отвращение у каждого аарн… Тогда вообще непонятно, люди ведь очень разные, подлецов и палачей всегда хватает. Хотя, стоп: ведь не зря же они так строго отбирают новичков? Совсем не зря.
Да, сделанное дочерью признание многое ставило на свои места, становилась понятной подоплека многих до того непонятных действий ордена. Но ведь попадающие туда люди не телепаты! Уж его дочь телепатом никогда не была. Вывод отсюда следовал только один – телепатом ее сделали там. Значит, эта способность изначально присуща человеческому мозгу, и ее нужно только пробудить.
Придется потрясти биологические факультеты лучших университетов, пусть поразмыслят о возможном пробуждении скрытых свойств организма. Подумав о том, насколько полезно для правителя иметь телепата возле себя, великий князь вздохнул. Увы, нереально. Но вот придумать какую-нибудь защиту от чтения мыслей необходимо.
– Странно, – негромко сказал он. – Странно, что вы решили больше не скрывать это. Ведь вы лишаетесь важного преимущества. Уж будьте уверены, ученые сумеют найти защиту от вас. Не понимаю ваших мотивов.
– А они словами не объясняются, па, – грустно улыбнулась Лиэнни. – Просто мы с каждым годом все больше и больше убеждаемся, что орден изначально совершил несколько кардинальных ошибок. Вместо того, что стремиться стать лучше, люди ненавидят нас. И как это исправить – тоже никто не понимает.
– Идеалисты… – насмешливо протянул великий князь. – Вы хотите, чтобы я поверил, что вы идеалисты? Извини, доча, не верю.
– А я и не призывала тебя верить, – вздохнула Лиэнни. – Но мне жаль, что ты не можешь разделить с нами доступное нам ощущение общности, чистоты, любви. Впрочем, каждый человек всегда исходит только из собственного жизненного опыта. Поэтому доказывать что-либо бесполезно, и лучше нам вернуться к нашим баранам.
– Лучше. Теперь я понимаю, как вы собираетесь проверить моих «любимых» генералов. И ничуть не против узнать, кому они служат на самом деле.
– Узнаем, – взгляд Дерека был многообещающим.
– Вы не знаете, господин генерал, зачем нас пригласили? – мрачно спросил Сарек Т'а Ларе, руководитель внешней разведки Л'арарда.
– Увы, нет, – ответил Тераль Т'а Керен, занимавший должность начальника отдела внутренних расследований. – Знаю только, что дочь его величества вместе с мужем еще не выходили из кабинета.
– Аарн… – раздраженно проворчал третий из генералов Л'арарда, Стер Рамин, единственный из них не бывший аристократом. – Хребтом чую, что-то они притащили на хвосте его величеству. Боюсь, нам хорошо побегать из-за них придется.