Мы – были! Путь
Шрифт:
Аарн неспешно двинулись ко дворцу. Только в этот момент начальник стражи внимательнее присмотрелся к их лицам. И его снова прошиб холодный пот. Ко входу в великокняжеский дворец подходила не просто аарн, а не кто иной, как Лиэнни Т'а Моро, младшая дочь великого князя, много лет назад ушедшая в орден прямо с собственной помолвки. Сам полковник, бывший тогда всего лишь лейтенантом, при сем знаменательном событии не присутствовал, но рассказов слышал множество. А узнал ее высочество только потому, что в юности не раз танцевал с ней на редких балах, которые великая княжна все-таки посещала.
– Ваше
– Здравствуйте, лейтенант, – ответила княжна, потом присмотрелась. – Ох, простите, полковник. Я запомнила вас лейтенантом…
– Прошло девять лет, ваше высочество, – позволил себе слабый намек на улыбку гвардеец. – Мы все с годами меняемся.
– Вы правы, – согласилась Лиэнни. – Рада вашему успеху. Доложите, пожалуйста, великому князю о визите дочери с мужем и детьми. Думаю, его величество пожелает увидеть внуков.
Полковник коротко кивнул и быстро заговорил в наручный коммуникатор. Не прошло и нескольких минут, как огромная входная дверь медленно открылась, и у входа во дворец появились двое запыхавшихся церемониймейстеров. Они низко поклонились великой княжне и пригласили войти.
Молодая женщина переглянулась со своим спутником и, пожелав полковнику удачи, последовала за роскошно одетым дворцовым лакеем. Когда муж княжны проходил мимо гвардейцев, они с изумлением посмотрели на гиганта. Человека такого роста никому из них видеть раньше не доводилось. Да и двигался аарн подобно дикому коту, мягко, неслышно, что сразу выдавало в нем опытного бойца.
Слухи неслись по дворцу со скоростью молнии. Придворные и прочая толкущаяся при дворе публика сбивалась в кучи на дороге к тронному залу. Все жаждали своими глазами увидеть мятежную княжну. Она ведь подала пример не согласным со стариками молодым аристократам, и теперь немало из них уходило в орден.
Муж княжны вызывал страшный интерес у молодых девушек, которых родители тащили во дворец почти насильно, рассчитывая выгодно выдать дочерей замуж. В глазах многих женщин светилось искреннее и почти не скрываемое восхищение при взгляде на гиганта. Но лицо аарн оставалось совершенно невозмутимым, и на призывные взгляды придворных красавиц он не обращал ни малейшего внимания. Десять легионеров в доспехах «Ангелов Тьмы» двигались вслед за княжной с мужем, и их появление тоже вызвало опасливое перешептывание, каждый здесь прекрасно знал, кто такие «Ангелы Тьмы» и чего они стоят в бою.
С интересом наблюдая за глазеющими на них людьми, Лиэнни тихонько посмеивалась про себя. И одновременно отвечала на тысячи вопросов сына с дочерью. От того, что они говорили эмообразами, количество детских вопросов отнюдь не стало меньше. Наоборот. Мысленное общение имело массу преимуществ, давая возможность объяснить все нужное почти мгновенно и не опасаться неправильного понимания.
Дворец за прошедшие годы ничуть не изменился, разве что в мелочах. И люди, собиравшиеся тут, не изменились. К сожалению. Лиэнни держала сильно ослабленный эмощит, понимая, что отец не поверит ей, если ее лицо будет похоже на лицо зомби. Из-за этого приходилось постоянно бороться с тошнотой. Молодая женщина искренне жалела этих несчастных
Она старалась высмотреть знакомые лица, но почти никого не находила. Хотя стоп, в уголке, слабо улыбаясь, стояла Кристи, столько лет бывшая ее лучшей подругой. Вслушавшись в ее душу, Лиэнни позволила себе улыбнуться – все-таки светлая княжна куда чище подавляющего большинства окружавших ее людей. Да и неудивительно, если вспомнить доброту Кристи еще в те времена, когда сама Лиэнни жила здесь. Исключения встречаются везде, и слава Благим, что это так.
– Ее высочество великая княжна Лиэнни Т'а Моро с мужем и детьми к Его величеству! – прервал ее размышления вопль еще одного церемониймейстера, и Лиэнни от неожиданности вздрогнула.
Быстро взяв себя в руки, княжна кивнула подбадривающе улыбнувшемуся ей Дереку, и вошла в тронный зал. Придворные расступились, и в просвете показался трон. Молодая женщина резко выдохнула, как перед прыжком в холодную воду, и двинулась вперед. Подойдя к самому тронному возвышению, она внимательно посмотрела на великого князя. Отец сильно постарел за прошедшие годы, но выглядел еще крепким, хоть голова и стала наполовину седой. Но на его белокурой шевелюре это было не очень заметно.
А великий князь переводил взгляд с дочери на ее мужа, но наибольший его интерес вызывали двое молчаливых детей. Особенно мальчик. Все вокруг видели, насколько он похож на великого князя, да что там говорить, перед троном стояла маленькая копия «старого ворона».
Придворные возбужденно зашептались. Тут даже подтверждений не требовалось для понимания, что мальчик принадлежит к роду Т'а Моро. И многие задумались: а не следующего ли великого князя они видят перед собой? И спрашивали себя, что появление наследника может сулить княжеству, которое после уничтожения Совета Кланов Раван держал в кулаке. Так держал, что никто из светлых князей и пикнуть против его воли не смел.
– Рада приветствовать, Ваше величество! – поклонилась Лиэнни. – Передаю вам пожелания доброго здоровья от Командора ордена Аарн, Илара ран Дара. А также его личное послание.
Она отдала запечатанный печатью Мастера черный конверт герольду, стоявшему сбоку, и тот с поклоном передал его великому князю. Отец с почти невидимой глазу ироничной улыбкой принял послание, открыл и прочел. Кивнув чему-то своему, он снова посмотрел на дочь хорошо знакомым ей оценивающим взглядом.
«Ну, интриган старый…» – ирония так и рвалась из эмообраза Дерека.
«Да уж, мой папочка все способен использовать к собственной выгоде, – послала мужу улыбку Лиэнни. – Даже наш визит. Ладно, потом поговорим».
Действительно, великий князь поднялся на ноги и заговорил:
– Я также приветствую орден Аарн и прошу передать господину Командору мои наилучшие пожелания. Но особенно я рад приветствовать вас, дочь моя!
Лиэнни снова поклонилась и подала отцу знак «надо поговорить» на тайном языке жестов, которому он обучил младшую дочь еще в детстве. Левая бровь великого князя приподнялась, но этого не заметил никто, кроме Лиэнни. Однако ее удивило, и сильно удивило, что никто из придворных не осмелился ничего сказать.