Музыкальный приворот

Джейн Анна

–  Сначала парень с Катькой был, потом с подружкой ейной - с фигуристой и белой, а теперь и с Настеной. Вот же Семеновне радость - достался ейной внучке дурачок.

–  Переработанный продукт, - согласился с ней дедушка, обутый почему-то в новенькие черно-белые тапки - одни из тех, которые носят неформалы-подростки, эмо, ска и прочие.

–  Ох, и так Настька старая дева почти уже, так теперь и хахаль такой, что дай Боже, - охала злорадно Фроловна. Все-таки с Семеновной у них конфронтация - борются за место второго лидера местного

пенсионного рейда. Почетное первое занято старостой подъезда, и его никак не сместить.

–  Красивая ж девка, статная, может, венец безбрачия на ней?
– Спросила маленькая кругленькая старушка в платке, повязанным на седенькой улыбчивой голове на манер банданы.

–  Венец дурачия, - сплюнула бабушка Фроловна, - подружка моя, Семеновна, с детства внучке внушала, что надо тока светловолосых да богатых женишков искать, дескать, все чернявые - жуть какая погонь. А что поделаешь, если ее, Семеновну, в молодости черноволосый парень обманул?

Все тут же пожелали узнать подробности обмана. Однако их нагло перебили.

–  Деда!
– заорал кто-то с верхних этажей, и я, перед тем, как заходить в прохладный подъезд, задрала голову. Кричал подросток с четвертого этажа соседнего подъезда, чьи черные волосы с модной челкой на бок обрамляли до ужаса худое лицо.

–  Деда!
– Завопил вновь мальчишка.
– Это ты взял мои новые тапки?

–  Что, внучек?
– Не понял тот.

–  Тапки, говорю, ты взял?
– По пояс свешался паренек с балкона.

–  Не упади, Сашенька, - отвечал ему родственник.

–  Отдай тапки! Я же их вчера только купил!
– Разорялся внук.
– В специальный магазин за ними ездил!

–  Ах, это твои?
– Поглядел на ноги пожилой мужчина, - а я думал, что за китайский ширпотреб в клетку стоит - может, это мне дочка купила, чтобы я в них по улице ходил?

–  Дельные тапки, хорошие, - тут же принялись бабушки нахваливать обувь, - широкие какие - ноге свободно. Как раз для нас.

–  Сашенька, - прокричал дед,- что же ты такое носишь, позоришься? Давай я тебе денег дам, ты себе сандалики купишь кожаные, чтобы ходить по улице! Хочешь молодежные сандалики? В таких весь наш двор ходит. Хорошо мальчики одеваются: спортивные костюмы, а не то, что ты!

–  Не надо уже. Носи сам.
– Парень хлопнул дверью и скрылся в квартире, явно озлобленный на нерадивого деда, который не понимал современную неформальную моду. Любителей же спортивных костюмов юный неформал явно, так же, как и Леша, почитал за "гопников".

Я скрылась в подъезде, продолжая думать о странно встрече Насти и Валерия. Хм, может быть так и находят свою любовь - с теми, на кого ты вначале не обращаешь внимания и обзываешь все свое детство?

Как же мне надоела твоя любовь!

Да, мне все надоело. Я пойду спать, и мне безразлично, что сейчас день. Увы, спать долго я не смогла - мне пришло смс от Антон, который ничего не сказал про вчерашнее сорвавшееся свидание,

он отчего-то упорно звал меня завтра в четыре часа в кафе-пиццерию, где мы были с ним впервые. Я не успела ответить - пришло и второе, где этот наглец очень уж просил меня придти туда.

" Я буду ждать тебя до тех пор, пока ты не придешь ко мне", - писал Кейтон. Что ему надо? А вдруг - сердце при этом забилось чаще - он расскажет мне правду про свое странное раздвоение личности? Ах, к черту все. Я выключила мобильный телефон. Я никогда никуда с ним не пойду.

Я с тоской посмотрела на подаренную им цветочную композицию, которая, к удивлению, еще не завяла. Почему ты такой человек, Кейтон?

Повторено меня разбудил другой телефонный звонок - нервный и протяжный. Сначала я думала, что это мой сотовый, но нет, это оказался домашний - мобильник ведь я выключила. И никто не мог взять трубку, кроме как я - Томаса и Леши до сих пор не было дома, как и Нелли, а брат опять погрузился в свой виртуальный мирок. Мне пришлось вставать с уютной постели и бежать в коридор.

–  Да?
– Схватила я трубку, прервав очередной требовательный писк телефона. Чуня смотрел на меня своими большими красными глазами несколько опечалено. Я помахала ему рукой.

–  Привет, малышка, - в трубке послышался насмешливый голос Кея! От него я вздрогнула и едва не выронила трубку. Зачем он звонит мне на домашний телефон? Что ему надо от меня? О, Господи, я до сих пор подсознательно не различаю Кея и Антона.

Потому что я их одинаково сильно ненавижу.

–  Малышка? Ты глухая?
– В своей обычной манере спросил он.

–  Что? Что тебе?
– Во рту у меня моментально пересохло.

–  Завтра. Ты и я. В четыре часа дня. Ресторан "Солнечная гладь".
– Раздельно произнес он.

–  И что?
– Спросила я, прислонившись к стене.

–  Чтобы ты была там. Ясно?
– Тоном, не допускающим возражения, спросил солист "На краю".

–  А больше ты ничего не хочешь? А на древнегреческом тебе не заговорить? А президентом Земли не стать?
– Протороторила я эти слова скорее от смущения, чем от желания подразнить парня.

–  Киса, у тебя не получится язвить.
– Его усмешка подействовала мне на нервы, как оголенный провод. Да как он смеет!

–  Да какая тебе разница, получится или нет, - зло проговорила я.
– Не звони мне, я не хочу с тобой разговаривать. Отвали от меня, слышишь?

–  Детка, как много слов, - притворно вздохнул он.
– Ты придешь завтра в девять вечера. Я буду ждать тебя.

–  Но…

–  Без но, малышка, - его голос стал мягким и вкрадчивым, - девочка моя, я так сильно без тебя скучаю. Ты же знаешь, я люблю тебя - ты довольна, да, что я произнес это вновь? Ты ведь хочешь видеть меня? Подаришь мне завтра свой поцелуй, милая? Я очень давно хотел прикоснуться к твоим губам. Завтра я сделаю тебя самой счастливой - обещаю.