Музыкальный приворот
Шрифт:
– Все-таки какой-то Кей злой, - тихо проговорила я, когда мы оказались на затемненном втором уровне, который по сравнению с солнечной крышей казался просто филиалом ночи, - он всегда такой?
– Нет, очень редко, - задумчиво отвечал бас-гитарист.
– Не бери в голову. Он не хотел тебя обидеть.
– Думаешь?
– Скептически спросила я. Мы остановились около перил, которые в этом помещении были такими высоким, что доходили мне почти до лопаток. Арин, прислонился к ним, поставив локоть наверх, а голову уложив на согнутую руку. На первом уровне никого
– Не думаю. Знаю.
– Был дан мне лаконичный ответ.
Я с улыбкой посмотрела в бледное лицо Арина, обрамлено черными прямыми волосами, которые теперь падали волнами на плечо и спину. Он все же хороший человек. Или он говорит мне то, что я хотела бы услышать?
– Кстати, я хотела спросить тебя еще кое о чем. Можно?
– Да, конечно.
– Отвечал он мне, доставая четки. Интересно, а почему он так редко моргает, глядя в одну точку?
– Я хочу спросить тебя насчет того звонка.
– В нерешимости постучала я по перилам. Все же мне сложно говорить на эту тему.
– Ну, ты рассказывал мне про Кея.
– Я много чего рассказывал, - философски заметил бас-гитарист группы "на краю".
– Что ты хотела спросить?
– Зачем ты сказал, что якобы я нравлюсь Кею?
– И я стала сбивчиво объяснять сов позицию.
– Ну, понимаешь, Кей - он ведь звезда, знаменитость и, может быть, даже будущий герой мировой сцены - так папа говорит, но неважно. В общем, у Кея есть множество поклонниц, и вокруг него куча красивых девушек, и, по-моему, он совсем не обременен тем, чтобы найти даму сердца, поэтому я очень-очень сомневаюсь, что кто-то вроде меня мог ему понравиться. В общем, Арин, мне кажется, что ты был неправ, когда неожиданно позвонил мне и сказал, что твой друг испытывает ко мне какие-то чувства. И меня это ошарашило.
– Нет, Кэт. Я прав, - на миг парень перестал перебирать свои черные четки.
– Я точно знаю, что ты нравишься Кею. Скажи, я похож на лжеца?
Я тут же замотала головой, боясь обидеть его.
– Нет-нет, ты не в коем случае не лжец. Может быть, ты просто не так понял Кея, он ведь такой непостоянный, как вода.
– Вспомнилась мне картинка, как светловолосый водил ладонью по холодной, блестящей на солнце воде.
– Как вода?
– Выпрямился молодой человек.
– Он что, читал тебе свои лекции про воду?
– Ну, не то, чтобы лекции, - замялась я, вспоминая ту природную красоту, в лоне которой я и этот дурак оставались наедине недолгое, но памятное время - и от этого воспоминания сердце отчего-то решилось сделать кульбит. А ведь в старо сломанном телефоне есть фотография, где и я и Кей - вместе… - Просто он говорил про воду.
– Это его конек, - заговорщицки прошептал Арин, - не многим он хочет рассказывать про уникальное вещество Н2О. А когда рассказывает, то кое-что хочет от человека.
– Что?
– Почему-то мне показалось на миг, что солист "На краю" желает в такие моменты, чтобы слушатели в воде утонули. Ну, или захлебнулись ею.
–
– Сопоставления?
– Именно, Кэт. Подумай над этим. А я не вру тебе. Хотя, мне больше импонирует слово "лгу". Да, не лгу - ты нравишься Кею. Очень.
– Да ладно тебе, он меня в упор не видит. Только орет и издевается.
– Печально сказала я и, чуть было, не добавила, что Кею очень бы подошло иметь характер Антона - тогда он бы был просто идеальным мужчиной. Для меня, естественно, идеальным. Нинка бы ужаснулась - ей нравятся неадекватные парни, а не милые и нормальные.
– Нет. Я даже могу сказать,- продолжал тем временем Арин, - ты очень важный для него человек. Почему - не знаю.
– Мне в это слабо вериться. Хотя, это и заманчиво.
– Ты его привлекаешь. Заводишь. На мне Аннибалова клятва, Кэт, только никому ничего не говори, - и он прижал указательный палец к губам.
– Аннибалова?
– Никогда не слышала я о такой.
– Ну ладно…
– Оставайся с ним, - добавил он, вздохнул и спрятал четки в карман черных штанов с кучей заклепок и цепочек.
Я промолчала. Что на это скажешь? "О, да, я обязательно станусь с твоим другом и буду ему классной подружкой"?
– А сейчас, - чуть улыбнулся вдруг музыкант, - грозный Кей уходит с балкона и идет сюда - чтобы вновь кричать.
– Откуда ты знаешь?
– Удивилась я.
– Мы с ним очень давно знакомы.
– Уклончиво отвечал бас-гитарист.
– Не отвечай ему и не спорь. С ним бывает такие моменты - это значит, что в творчестве у него засуха.
– Вода вся утекла?
– Стало смешно мне. Как же около Арина становится спокойно!
– Да. Ты не с ним - он злиться. Когда у него не получается что-то - он злой. Это отражается на его творчестве. А не получается писать песни - он не в себя от ярости.
– Замкнутый круг просто.
– Подивилась я Кеевскому тараканьему круговороту в голове.
– Что, завел себе подружку?
– Как по заказу появился блондин, громко хлопнув дверью. Вот же странный человек - то улыбается, то делает вид, что не замечает, то вообще со странными предложениями ко мне лезет. Надо у Антоши спросить - есть ли у Кея особые психические отклонения? Нет, не стоит спрашивать.
– Да.
– Скромно отвечал Арин.
– Ну, превосходно.
– Ты написал ту вещь, о которой рассказывал?
– Спросил длинноволосый.
– Естественно, нет. Мне все мешают. Например, вы.
– С этими словами парень удалился куда-то.
– Арин, а зачем все сюда приехали и ничего не делают?
– Задала я вопрос, интересующий меня уже очень давно. Я думала, что жизнь музыкантов более насыщена и дни расписаны.
– Сейчас должно быть что-то вроде фотосессии. Как раз на крыше. И фотографы приедут прямо сюда. Но они опаздывают из-за пробок, поэтому образовалось окно. А потом будет небольшая репетиция. И вечером мы должны быть на частном концерте дочери одного известного папы.