Музыкальный приворот
Шрифт:
Но девушки все равно оставались недовольными. Они наперебой начали возмущаться.
– Тем более он со своей девчонкой! Вы же девки, сумасшедшие, кинетесь на нее…
– Зачем нашему Кею девчонка?!
– Она дура какая-то левая! И Nзапрещено цензуройN
– Мы бы ей все кости переломали, если б узнали, что эта за стерва!!
– Вот-вот, - поиграл широкими бровями бывший обладатель ирокеза.
– В ее живьем съедите!
– И вообще, - вдруг проснулась в нем мужская солидарность, - Кей что, не мужик что ли? Ему подружку тоже надо!
– Точно!
– Поддержали
Эти слова еще больше не понравились девушкам, и они, активно работая локтями, полезли вперед, надеясь все же увидеть предмет поклонения близко.
– Не, Кей точно не выйдет, пока толпу не уберут, - покачал головой безволосый парень, потирая кожаный шипастый браслет на руке.
– Эй, Палкин!
– Позвал притаившийся директор своего ученика, недавно сбрившего ирокез.
– Вы че, - очень сильно удивился юноша, увидев перед собой Льва Семеныча, - тоже фанат?
– Я те покажу фанат. Палкин, Мышкин, ну-ка за мной.
– Че мы опять сделали?
– Заныли парни, которые каждую неделю, словно по расписанию, оказывались виноваты то в одном, то в другом злодеянии.
– Пока ничего. А если не пойдете - сделаю много сего хорошего, - многообещающе сказал добрый директор, души не чаявший в своих учениках.
– Смотрите, Помидока! Помидорка пришел!
– Заволновалась толпа. Ребята понимали, что сейчас учителя в общем, и директор в частности сделают все возможное, чтобы разогнать их всех на урок. Большая получасовая перемена заканчивалась через пару минут, а школа просто бурлила и кипела, как ведьмин котел, в котором варилось и булькало зелье.
"Я вам покажу, Помидорка! Я вам устрою!
– очень задевало подобное прозвище степенного и важного Льва Семеновича, - мерзкие маленькие уродцы! Вылезли изо всех нор, чтобы посмотреть на какую-то там рок-обезьяну!"
– Лев Семеныч! Че вы хотите? Это не мы разрисовывали портреты в классе историка! вновь заныли друзья, когда бормочущий что-то директор отвел их за угол. Там было относительно тихо. Только младшелкасснки выглядывали, пытаясь разузнать, что там происходит с большими ребятами.
– Какие еще портреты?
– Строго взглянул на них самый главный человек школы.
"Уф, еще не знает", - понеслось в головах Палкина и Мышкина, и он облегченного вздохнули, переглянувшись друг с другом.
– Так, - по-деловому и без предисловия начал Помидора, - школу без двоек в этом году хотите закончить?
Его ученики насторожились, переглянулись и коротко кивнули.
– Значит, так. Условия просты. Седлайте что угодно, но этот ваш Кей или Мей должен запеть,
– Вы чего?
– Вытаращился на него Палкин, почесывая лысину. Спустя пару секунд они с другом, перебивая друг друга заговорили.
– Как мы такое сделаем? Кей только на концертах поет!
– Как вы себе это представляете?
– Да вы бы лучше разогнали бы всех этих сумасшедших девок!
– А то вам ментов
– Вы ваще представляете, сколько этот чувак за частный концерт берет?
– Сколько?
– Заинтересовался тут же директор. Лев Семеныч очень любил подсчитывать чужие доходы.
– Ну, точно не скажу, но много.
– Опять почесал голову лысый паренек.
– Ну, наверное, ваших десять зарплат точно, - важно кивнул юноша с дредами, словно самолично выплачивал Кею деньги.
Пока директор разговаривал со своими нерадивыми учениками, делегация вполне успешно прибилась к островку учителей, держащих оборону вахтерской.
– Ошшень супер!
– На ломанном русском попытался сказать кто-то из американцев, которому нравилась такая вот неформальная культура в русской школе.
– Мисс Орлова, а ваш рок-кумир сидит во в той гримерной?
– Вновь поинтересовался, повышая голос, чтобы переводчица услышала его слова, самый любознательный из иностранцев.
– Да-да, он в гримерке!
– Закивала головой девушка и подумала про себя: "Боже мой, нам никак нельзя опозориться перед американскими коллегами! И зачем я вообще пошла работать в школу? Лучше бы в ту фирму устроилась, которую мама мне предлагала…"
– Что делать с учащимися?
– Тем временем начали что-то похожее на военный совет собравшиеся здесь учителя. Кто-то предлагал вызвать милицию, но педагогическое большинство тут же отклонило это предложение - не хотели портить репутацию школе. Мужчины из ГОРОНО стояли отдельным кружком - молоденький физик в больших очках и та самая завуч младших классов, Ирина Родионовна, взяли на себя задачу сделать так, чтобы эти люди не заподозрили, что ситуация совсем уж критическая и вот-вот может разразиться скандал. Подобного в их родной школе еще не было, и если преподавали знали, как можно утихомирить одного-двух-трех (а опытные моли держать в узде и весь класс) подростков, то как воздействовать на огромное их количество, они не понимали. Опыта в подобных вещах у них не было, и все эти люди довольно смутно представляли, что такое настоящие фанатство, а о том, что в толпе все чувства заразительны и гипертрофированы - только догадывались. Вернее, догадывался физрук, который в юности часто бывал в столице на футбольных матчах и болел за московский клуб. А еще он посещал концерт одного из столпов рока, приезжавшего в Россию в конце восьмидесятых, и участвовал в огромной давке, когда пробирался за автографом. Этот бывалый человек прекрасно знал, что такое поклонники, которые ждут своего кумира. А если учесть, что этот кумир находится в такой опасной близости…
Задумавшегося учителя оттолкнули два бугая из десятого, и тот чуть не полетел на пол.
– Эй, - заорал физрук, - Палкин! Мышкин! Идиоты! Ко мне!
– Извините, - пропыхтел сзади директор, спешащий за учениками, - им некогда!
Парни действительно даже не оглянулись, хотя вся мужская часть школы физрука побаивалась - он был сильным и вспыльчивы мужчиной. Друзья-панки подбежали к завхозихе, у которой находился второй комплект ключей от всей школы и едва ли не утащи пожилую женщину за собой.