Музыка теней
Шрифт:
С изумлением смотрела она, как Кольм накрывает их сплетенные пальцы тартаном клана. Он смотрел ей в глаза, когда произносил клятву, но она не понимала ни слова из того, что он говорит. Она вдруг забыла гэльский. Но настала ее очередь произносить клятву. Габриела зашептала слова на языке своей матери. Отцу Гилрою пришлось остановить ее и попросить начать заново.
– Я не понимаю, что вы говорите, принцесса Габриела, – пояснил он.
Она, впрочем, и сама не понимала. Она пообещала что-то Кольму, но никак
Габриела в замешательстве посмотрела на священника. Лицо его ничего не выражало, и это был хороший знак.
«Во веки веков, пока смерть не разлучит вас».
С клятвами и молитвами было покончено, благословение получено. Габриела расслабилась, когда Кольм поцеловал ее. Она перестала дрожать, страхи ушли.
– Объявляю вас мужем и женой, – произнес отец Гилрой.
Поздравляли их приглушенными голосами. Телохранители откланялись и по настоянию Габриелы присоединились к празднованию во дворе. Кольм позволил Лайаму поцеловать ей руку, а Бродику удалось даже прижать ее к груди.
– Надо отметить свадьбу, – сказал Лайам.
– Какое милое предложение, – пробормотала она. – Но пожалуй, в другой раз.
Она схватила священника за руку и потащила вниз по лестницам, наставляя по пути, что он должен сказать послу.
– Вы поведаете послу, что обвенчали нас, но…
Кольм остановил ее, поймав за талию и прижав к себе.
– Я сам позабочусь об этом. Нет надобности в спешке.
Она не могла согласиться с ним, ведь она пообещала послу предъявить доказательства. Он наверняка заподозрит что-нибудь, если ему придется долго ждать. Она поклонилась:
– Как вам будет угодно.
Лайам рассмеялся, а Бродик поинтересовался, что рассмешило его. Лайам с радостью объяснил:
– Если Габриела говорит «как вам будет угодно», это значит, что она не согласна и сделает все с точностью до наоборот. Она думает, что ей удается таким образом заговорить Кольму зубы, но мы-то давно уже поняли, что к чему.
Бродик кивнул.
– «Да» значит «нет», а «нет» значит «да»? – Он хлопнул Кольма по плечу: – Тебе повезло. Моя даже не пытается мне заговаривать зубы, она просто не слушает меня.
Кольма, похоже, нисколько не смущало ее упрямство, ему даже нравилось это качество его благоверной.
– Вождь Макхью, так мне идти к послу? – спросил Гилрой.
– Останешься здесь, – велел Кольм.
– Но когда я с ним все же увижусь, что мне ему сказать?
– Скажешь правду, – ответил Кольм. – Только не заикайся о том, когда прошла церемония.
Отец Гилрой до сих пор сжимался от ужаса, когда вождь хмурился, однако виду не подавал.
Лайам все же настаивал на тосте за новобрачных. Он сбегал в погреб и принес кувшин вина.
– И как ты и говорила, Габриела, за идеальный брак, – добавил он.
Габриела была озадачена. Она не могла припомнить, чтобы когда-нибудь говорила об идеальном браке.
– Кольм, разве я говорила что-то подобное, когда произносила клятву? – спросила она. – Если так, то мне очень жаль. Наш брак не будет идеальным. Я также не могу обещать, что из-за меня не будет проблем. Вы только посмотрите, что я натворила в день свадьбы. Я не солгала послу, но ввела его в заблуждение. Да и весь ваш клан тоже.
Кольм не мог понять, что ее тревожит.
– Ложь, проблемы? Ты уже стала Макхью, – рассмеялся он, поцеловал ее и уже серьезно добавил: – Скажи, что подарить тебе на свадьбу. Проси все, что хочешь.
Ей не пришлось думать долго.
– Хочу, чтобы вы построили часовню для отца Гилроя. Она должна быть готова к первой годовщине нашей свадьбы.
Гилрой был приятно удивлен ее заботой и прозорливостью. Кольм нисколько не удивился такой просьбе.
– Сделаем. Что-нибудь еще?
– Для меня важны традиции, – сказала Габриела. – Поэтому подарите мне то, что мой отец подарил на свадьбу моей маме.
– И что он ей подарил?
– Скоро узнаете.
Посол и епископ ожидали Габриелу. Но вместо Габриелы появился Кольм.
– Леди Макхью сказала мне, что тебе нужны доказательства того, что она моя жена. Но ведь она сказала тебе об этом, не так ли?
– Да, вождь, но, с другой стороны…
– Да тебя убить мало за то, что ты считаешь мою жену обманщицей.
– Что вы, что вы, я вовсе не считаю так. Но кто-нибудь может подумать…
– Моя жена не лжет.
– Да, вождь. Она говорит только правду.
Габриела прижалась к Кольму. Она смотрела только на посла и не видела, здесь ли еще Джоанна. Оставалось лишь надеяться, что та не станет скандалить. Вперед вышел отец Гилрой.
– Мне доподлинно известно, что вождь Макхью и леди Макхью поженились. Я лично совершил священное таинство обряда. Слышал их обеты и благословил на брак. – Он театрально вознес глаза к небу и сказал: – Разрази меня гром, если я лгу. – Выждав несколько секунд, он добавил: – Пусть Господь меня накажет.
Епископу не терпелось отправиться в обратный путь.
– Я подтвержу правдивость твоих слов. Итак, дело решено. А теперь давай отправимся в аббатство.
Посла такой ответ удовлетворил.
– Что ж, быть посему. Финнис-Флэт принадлежит вам, вождь Макхью.
– Это что, теперь нашему вождю принадлежит сокровище Сент-Била, – сказал отец Гилрой. Ему казалось очевидным, что двух мнений насчет его слов и быть не может, достаточно было взглянуть на красоту Габриелы.