Мужские игры
Шрифт:
– Это тебе не прогнившая американская фемида, которую ты привык покупать, - стремясь восстановить доверие начальства, пошутил сержант. Но, остановленный суровым взглядом, ретировался к стене.
– Так что подписывай-ка, мужик, договоры эти - и вали отсюда по-доброму, - вернулся к прежнему разговору капитан.
Максим, до которого все происходящее доходило через какую-то пелену, попытался скривиться, но одеревеневшее лицо не слушалось. Тогда он вложил правую руку в левую и принялся выстраивать из непослушных пальцев кукиш.
Удар
– Да ты никак шутник!
– взъярился капитан.
– Так и я тоже. И раз уж мне люди доверили, так я их не подводил. И не подведу! А потому, если ты, погань, сейчас не подпишешь, так мы тебя в подвал опустим и для начала так отымем, - Он свел два пальца в кольцо и принялся двигать меж ними дубинку.
– что потом ни один пидор дел с тобой иметь не захочет. Это если ты вообще отсюда выйдешь. А я уж и сомневаюсь. Потому как ты упрям и, оказавшись на воле, можешь попытаться опорочить репутацию безупречных наших органов. А у меня, кстати, и звание очередное подходит. Так что, не подписав, пожалуй, вовсе не выйдешь. Тащите падлу в подвал!
Вопреки ожиданию, подчиненные, до того благоговейно постигавшие высокое искусство допроса, не бросились выполнять приказание. Они прислушивались к тому, чего не услышал увлеченный собой капитан. Со стороны дежурной части доносились громкие, стремительно нараставшие голоса.
– Товарищ капитан, что-то не то...
В следующее мгновение в кабинет вбежал лейтенант с повязкой дежурного на рукаве.
– Там идут!
– едва успел выкрикнуть он. Глянув назад, вытянулся в струнку: - Смирна-а!
В раскрытую дверь стремительно вошел генерал-майор милиции, за которым едва поспевали два подполковника, следом появились двое в штатском - Курдыгов с Забелиным.
– Максик!
– Забелин бросился к обвисшему на стуле другу.
Генерал меж тем остановился перед вытянувшимся капитаном. Нарочито медленно протянул руку и с силой рванул на себя погон.
– Твой выдвиженец?
– скосился он назад.
– Мой, товарищ генерал, - один из подполковников подскочил сбоку.
– Мой, к сожалению!
– Полдня тебе даю. Чтоб восстановить законность, - едва сдерживаясь, чтоб не ударить стоящего перед ним офицера, приказал генерал.
– Всех... восстановить. Или я тебя самого восстановлю по самое некуда.
И, развернувшись, в сопровождении второго подполковника зашагал к выходу. Возле Курдыгова притормозил:
– В расчете.
– В зачете, - мягко подправил тот.
Генерал зябко подернул плечами и, не задерживаясь более, переступил через порог.
– Полдня много, товарищ генерал! Я их, тварей, за час перевоспитаю!
– крикнул вслед выходящим оставшийся подполковник.
В голосе его было такое, от чего лицо капитана, до того лишь удивленно-растерянное перед генеральским гневом, покрылось крупным, хлынувшим изо всех пор потом.
– Так ты, стало быть, на частные заказы сел?
–
– Без согласования с начальством мундир позоришь? Да я тебе, паскуда, сейчас демократизатор этот знаешь куда засуну!
– О Боже, - простонал Максим.
– Алеха, уведи ты меня из этого бардака.
– Дурашка же ты!
– бормотал Забелин, с помощью Курдыгова выводя обессилившего Максима, из ушей которого сочилась кровь.
– Ну что за осел выискался! Подписал бы всё, к чертовой матери. Знаешь же, что ни черта твоя подпись не стоит. Так нет, весь мир переупрямить хочешь.
Краем глаза он заметил, как всколыхнулся при последних словах крепко и, как выяснилось, напрасно подставившийся капитан, которому теперь, похоже, не суждено было стать майором.
...Придерживая похрипывающего от боли Максима, Забелин свободной рукой пытался отомкнуть дверь своей квартиры.
– Потерпи еще! Я с дороги бригаду врачей вызвал. Посмотрят уши твои, да и почки тоже. Как они?
– Вроде отходят.
– Вот и ладушки. Сейчас Наталье позвоним - прискочит.
– - Наталья? Никогда.
– Прискочит. И - простит. Но, правда, в ногах придется поваляться.
– Так это с нашим удовольствием.
Забелин открыл-таки дверь. Принялся втискивать Максима внутрь: - Пару дней у меня оклемаешься. А там, черт с тобой, рви за бугор. Раз уж с нами невмоготу.
Максим опять принялся складывать пальцы в злосчастный кукиш, но, похоже, сегодня была не судьба - от неловкого усилия его повело, Забелин не успел удержать. И оба с грохотом обрушились на коридорный шкаф.
Дверь из комнаты распахнулась, и в прихожую на шум выскочила Юля. В полной растерянности смотрела она на лежащих в обнимку, заваленных меховой одеждой мужчин.
– Дрались где-то, - с жалостью разглядывая Максима, догадалась Юля.
– Да нет, просто побили меня чуток, - вопреки обыкновению, честно признался Максим.
– Классно, что ты появилась, Юлька, хоть будет теперь кому от жлоба этого защитить. Он ведь чего без тебя удумал? В загранку меня отослать хочет, чтоб самому в институте порулить. Это после того как я ему все акции скупил. Можно сказать, преподнес.
Забелин скинул с себя женскую дубленку.
– Не сердись, Юлочка, что вещи твои развалили. Все равно пришлось бы доставать, - зима впереди, - не отрываясь от подернутых пеленой Юлиных глаз, счастливо пробормотал он.
– Мальчишки! Ну, на минуту вас оставить нельзя, - опустившись возле них на пол, она заплакала.
Конференц-зал банка "Возрождение" вновь был переполнен. За овальным столом собрались члены Наблюдательного Совета и высшие менеджеры. В ожидании начала они поглядывали на председателя Совета.