Мутанты
Шрифт:
— Героический эпос?
— Нечто вроде.
— Вы ведь знаете, что поиск мой безнадежно бесплоден.
— Ну, это мы еще посмотрим.
— И смотреть нечего. Полный провал.
— Время лечит любую рану. Ну а пока не отстегивайся. Через несколько минут садимся на Колумбиада. Мне надо присматривать за посадкой.
Тоэм откинулся на спинку кресла. Концепция выглядела шатко. Мутики пытались перебросить столицу Базы-II в другую вселенную. Но они ведь открыли, что проще переместить все, за исключением ромагинов и сетессинов! Он до сих пор не уяснил до конца. Бесспорно, воюющие стороны угнетают целый
Выстрелили тормозные ракеты, библиотека дрогнула...
Время помчалось быстро...
Глава 16
— Сядь вон там, — сказал Корги, указывая в другой конец комнаты, полной мутиков, на пустое кресло рядом с Мейной.
— Возле нее?
— Почему нет?
— Она ненавидит меня всеми фибрами. Корги саркастически улыбнулся.
— Неужели?
— Правда. Пожалуйста, посади меня где-нибудь в другом месте.
— Ты действительно веришь...
— Слушай, Корги, она разорвет меня в клочья, если я подойду.
— Дурак.
— Слушай, не называй меня так. Сейчас все в шоке, так что заткнись.
Корги схватил его за руку.
— Нет. Ты дурак. Дурак, раз не соображаешь, что в тебя кто-то влюблен. Конечно, твоя Тарлини никогда не смотрела на тебя так, как Мейна.
Тоэм насупился в нерешительности.
— Я...
— Ты дурак. И еще раз скажу: дурак.
— Нет. Знаешь, она сказала, будто я не понимаю...
— И в самом деле. Ты не понимаешь, что ее научили воевать с нормальными, считать себя лучше, а она вместо этого влюбилась в одного из них. Все ее моральные нормы и ценности поколеблены. Она сражалась с тобой, чтобы приободриться, восстановить свою веру, пошатнувшуюся в твоем присутствии. Она влюбилась — да — с первого взгляда. Ты же думал лишь об одном — как найти Тарлини. Ты когда-нибудь говорил Мейне, что любишь ее?
— Нет!
— Но ведь это правда?
Он попробовал возразить, но не нашел слов.
— Она хочет удостовериться, что ты нас понимаешь, ибо тогда ее любовь получит оправдание. А теперь иди, сядь с ней рядом. Час настал.
Он немножко поколебался и зашагал через комнату Во всех отсеках чрева Тригги Гопа были мутики. Две тысячи мутиков. Остальные из их числа оставались на электронной связи со Стариком. Момент надвигался. Он свалился в кресло, взглянул на нее и в конце концов вымолвил:
— Желаю удачи.
— Спасибо, герой Тоэм.
— Ради Бога...
Но его перебил Тригги.
— Окей, давайте готовиться. Возможно, у нас не осталось времени, но все равно попытаемся. И если сегодня нас ждет удача, запомним, что это Ханк — отважный и умный мужчина, погибший за нас, — принес этот план. А теперь первый этап.
Тоэм разглядывал дикое сборище — двуглавых мужчин, грациозных нимфочек с постоянно менявшими цвет глазами, крылатых людей. Великолепная фантасмагория. Они погрузились в транс, точно составляли единое существо.
Последним словом, произнесенным Мейной, было: "Тоэм".
Он смотрел на ее полные губы, смыкавшиеся во сне. Может быть, Корги прав. Может быть, он величайший
— Второй этап, — сказал Тригги Гоп.
Никаких зримых внешних перемен в мутиках не произошло, но Тоэму показалось, будто он чует, как уходит в сторону духовный поток.
— Тоэм! — рявкнул Тригги через динамик. Он выпрямился.
— Ромагины Боже милостивый, десяток "Джамбо" приближается к Колумбиаду. Они обнаружат нас, прежде чем мы сможем взяться за дело.
— Могу устроить охоту на дикого гуся с "Джамбо-10".
— Возьми ее с собой, — сказал Тригги.
— Но...
— Она не хотела бы, чтобы ты улетел без нее. Иначе не стала бы выручать тебя на Базе-II. Другие эвакуировались раньше. Они вполне могли уйти прежде, чем тебя начали бы пытать и ты выдал бы их полиции.
Рот его невольно раскрылся.
— Все знают, кроме меня.
— Ты исключительно глуп. А теперь двигай.
Он поднял легонькую девушку-кошку и понес в отсек, где ждал "Джамбо". Если его ждет смерть, что вполне вероятно, он будет не одинок.
— Третий этап, — сказал позади Тригги.
Они парили, как семена смерти, над Колумбиадом, сканируя лежавшую внизу планету. Тоэм бросил "Джей-10" вверх над горизонтом и зашел сзади. Они были слишком заняты поисками скопления мутиков на Колумбиаде, чтобы следить заодно за пространством. Он включил коммуникационную систему для прослушивания их переговоров. Если ими управляют не ромагины, а живой мозг, ему не удастся в бою действовать с такой же скоростью. Но у него преимущество во внезапности. Он пристроился сзади к звену и приготовил все семь ядерных ракет. Преимуществом надо воспользоваться быстро.
— Я их накрыл. Мерисив-Сити. По-моему, это Летучая библиотека.
— Заговор Федерации! — сказал другой.
— Мы накроем...
Ждать смысла не было. Они с каждой секундой приближались к Тригги, и именно этому он должен был помешать. Он нацелил каждую ракету в разные точки звена, нажал все спусковые кнопки и затрясся от толчков. Вспыхнул ярчайший ослепительный свет от взрыва всех семи ядерных боеголовок. Семь "Джамбо" разлетелись в пыль при прямом попадании, а еще один развалился, угодив между двумя взрывами. Другие два никак не могли оправиться от подобного поворота событий.
— Кто остался? Кто остался? — гавкал командующий "Джамбо". — Кто вы, двое?
— Я — Сангелит, — доложила вторая машина.
Нечего терять время. Он не знал, какое имя назовет следующий, так что ударил по Сангелиту из лазерной пушки, пробив дыру в тупом конце, где располагались силовые установки.
— Изменник. Боже мой, это изменник! — завизжала командующая машина.
Луч ринулся на Тоэма и промазал, бешеный, словно ад.
Мейна застонала рядом с ним в кресле.
Он рванул назад ручку набора высоты, швырнув "Джамбо" вниз. Но недостаточно быстро. Луч поймал камеры наблюдения, разбил их, ослепив корабль. Пришлось полагаться на один радар. И вдруг все стало очень плохо, ибо на экране возник десяток новых огоньков, надвигавшихся из глубины пространства. К одинокому ромагину шла помощь. И ежели вновь прибывающие наблюдали на радарах ход битвы, им известна виновная сторона.