Мутантики
Шрифт:
Лишившись возможности переправиться по мосту, карлики стали бросать через ручей зажженные факелы, и вскоре лес на другой стороне запылал.
– Пуп, поджигай!
– И так уже горит! Королева будет довольна!
Существует истина – древняя и непреложная – разрушать легче, чем строить, поджигать легче, чем тушить. И вскоре, несмотря на все усилия мутантиков, Странный лес горел уже в нескольких местах. Нетронутой огнем оставалась только чаща.
Туда, в чащу, напуганные дымом и треском сухих ветвей, сбились все синерогие олени с оленятами, зеленые лисы, желтые зайцы, слетелись птицы. Там же собрались все шерстюши
Над чащей, над раскидистыми кронами оранжевых двухсотлетних дубов пронеслась Карла на Черном Герцоге. Что-то крикнув, она швырнула вниз один на другим три горшочка с зажигательной смесью. Два горшочка удалось сразу потушить, а третий разбился о ствол дуба, и мутантики стали поспешно забрасывать загоревшееся дерево землей и заливать водой из ручья.
Но такой метод тушения мало помогал, и огонь уже начал перекидываться на соседние деревья. Тогда все лобастики, которые были поблизости, схватились за руки и образовали что-то вроде хоровода. Они окружили загоревшийся участок леса и сосредоточились, направив все вместе свои мысленные усилия на устранение пожара. Вначале это не очень помогало, и шерстюши уже хотели бежать к ручью за водой, но тут огонь стал затихать, потом перешел в дым и вскоре совсем прекратился. Опасность пожара в чаще была устранена.
Рыжая Карла угрожающе закричала, проносясь на Черном Герцоге: «Рано радуетесь! Я еще вернусь, и вы все сгорите заживо!», и, повернув к реактору, полетела за новым запасом зажигательных горшочков.
Дедушка Умник подъехал на скейте к обгоревшему дубу и прикоснулся к его почерневшей коре.
– Если до полуночи не пойдет дождь, то завтра к утру Странного леса не будет, а вместе с лесом погибнем и все мы… – сказал он негромко.
– Так что же делать? – воскликнула Мумуня. – Что делать? Неужели мы погибнем так бесславно?
– Зачем же бесславно? – Шерстюша по имени Бублик, у которого на свалке сгорел дом и он не знал, спаслись ли его жена и двое сынишек, выступил вперед и поднял с земли толстый сук. – Мы должны атаковать реактор! – крикнул он. – Объявим карликам войну, хватит прятаться по чащам! Атакуем реактор – или победим, или погибнем!
Бублик подозвал красавца синерогого оленя, его олениха с олененком недавно попали в капкан и были убиты карликами, и вскочил ему на спину.
– Что вы ждете? Победим или погибнем! – крикнул он еще раз, взмахнул над головой своей палкой и поскакал через дымящийся лес к реактору.
Все посмотрели на дедушку Умника, и тот кивнул:
– Атаковать реактор – последнее, что нам осталось! Вперед, друзья!
У шерстюш и лобастиков, лесных жителей, неглупых и добрых, была особая внутренняя связь с животными. В минуту всеобщей опасности она усиливалась, и мутантики с животными объединялись вместе.
Хорошист вскочил на другого оленя и поскакал за Бубликом, выставив вперед отбитое у карликов копье. За ним на скейте мчался дедушка Умник.
Лобастики и шерстюши, кто на оленях, кто пешком, устремились к реактору. Туда же бежали лисы, барсуки, рыси, летели орлы и кречеты, все, кто мог сражаться, наступали на ужасную крепость Рыжей Карлы, чтобы отомстить за горящий лес.
По пути они наткнулись на отряд Толстого Грыза. Карлики стали бросать в животных и мутантиков камни и копья, ранив и убив многих, но сверху на них уже спикировали орлы и кречеты,
Карлики сражались с присущей им жестокостью, они размахивали булавами и кололи копьями. Но противник не отступал, на место упавшего зверя или мутантика тотчас вставал новый. Шерстюши становились невидимыми, а когда противник скрыт, его не так легко убить. Лобастики телепатически нагнетали у карликов чувства страха и неуверенности. Сама жизнь сражалась против смерти.
Не ожидавшие такого отчаянного натиска, привыкшие к легким победам, карлики не выдержали и побежали. Толстый Грыз и начальник телохранителей Пуп превратились в камни и поспешно откатились с дороги наступавших мутантиков.
– Кажется, удача поворачивается к нам спиной! – сказал один камень другому голосом Грыза. – Королева будет в ярости.
– В ярости – это еще мягко сказано… Она будет в гневе, в бешенстве, в неистовстве, будет рвать и метать… – вздохнул другой камень.
Возможно, карлики смогли бы отразить наступление на реактор, если бы ожидали нападения. Но Рыжая Карла сама отослала всех подданных в лес с факелами, даже карлиц и поварят, так что реактор в этот час охраняли несколько старых инвалидов и Грымза, которая никуда не пошла, оберегая запертую в кладовке бочку с сокровищем.
Рыжая Карла на Черном Герцоге пролетала над равниной, возвращаясь к дымящемуся лесу. Только что она побывала в реакторе и погрузила на спину летучей мыши бочонок с порохом. Она подожгла длинный фитиль и теперь думала, успеет ли рассчитать время полета к чаще так, чтобы бочонок не взорвался до этого времени.
Трудно даже представить себе ее изумление, когда вдруг на равнине из леса появилось около двух сотен лобастиков и шерстюш, сопротивление которых Королева считала уже сломленным. Большинство из них были безоружны, и только в руках немногих блестели копья и булавы, отбитые у реакторных карликов.
Рядом с ними и впереди мчались синерогие олени, лисы, волки, барсуки, рыси и другие лесные звери. Из ворот реактора им навстречу выскочили красноглазые псы, но сверху на них набросились орлы, впиваясь когтями им в спины, олени распарывали их рогами, а волки перегрызали глотки.
Рыжая Карла видела, что сопротивление защитников реактора будет вот-вот сломлено, и пожалела, что отправила всех карликов в лес.
– Убей их, Герцог! Убей их всех! – в гневе закричала она, следя за тем, насколько прогорел фитиль у пороховой бочки.
Черный Герцог, рассвирепевший при виде такого обилия добычи, сложил огромные крылья и устремился к земле. Но навстречу ему устремились крупные орлы, коршуны и ястребы. После непродолжительного сражения им удалось оттеснить чудовище, оно поднялось выше. Ястребы и орлы создали над землей плотный заслон, и Черный Герцог не мог пробиться к шерстюшам и лобастикам, чтобы сомкнуть на них свои страшные челюсти.
Обнаружив, что фитиль у бочки с порохом почти полностью прогорел, Рыжая Карла привстала на стременах и метнула бочку в самую гущу шерстюш и лобастиков. Но так как Черный Герцог был в этот момент слишком высоко да еще пытался освободиться от вцепившегося ему в морду орла, Карла не смогла как следует прицелиться, и бочка взорвалась вдалеке, взметнув вверх столб земли и песка.