Мустанг
Шрифт:
— Хорошо. Сними с полки тот большой словарь. Бетси сняла. За словарем обнаружилась видеокассета.
— Давай посмотрим, что на ней записано.
Бетси поставила кассету на видеомагнитофон и нажала клавишу «Play».
Экран ожил. На нем возникла пустая кровать. Донеслись голоса.
— Черт побери, не следовало тебе приходить сюда. Ты же знаешь, не надо было тебе приходить, — голос Анджело.
— Почему нет? Старый пердун спит. Отец с Робертой тоже. А я тебя хочу. Ты даже представить себе не можешь, как я тебя хочу, — ее голос.
Объектив камеры нацелился
— Прошло уже четыре года, — буркнул Номер Один. — Я смотрел эту пленку много раз. Ты шлюха, Бетси. Жаль, что тебя не было под рукой пятьдесят лет тому назад.
— А чем Салли лучше меня? — спросила она.
— Салли, твоя бабушка, была дамой.
— А ты — джентльменом.
Старик покачал головой, у него перекосило лицо.
— Анджело Перино, — прохрипел он.
— Мы с тобой идеальная пара, — шептал с экрана голос Бетси. Она отпила коньяку, поднесла бокал к губам Анджело. — Почему мы должны встречаться по ночам, Анджело? Брось ее! Дай ей денег и приходи ко мне,
— Самое интересное впереди, — предупредил Номер Один.
Он не ошибся. Они еще о чем-то пошептались, потом Анджело встал на четвереньки, демонстрируя камере свой зад. Бетси прижалась к нему лицом, и, хотя камера показывала лишь ее затылок, было ясно, где находится ее язычок. Это подтверждали и доносившиеся звуки.
— Можешь выключить. Самое интересное мы уже посмотрели. Жаль, что я не встретил такой женщины даже сорок лет тому назад. Никто так меня не ублажал.
— Я не могу поверить... — Хочешь посмотреть на своего отца с Робертой? — спросил Номер Один — Хочешь посмотретъ, как она охаживает его задницу ремнем? Хочешь услышать, как он говорит, что ему это очень нравится, и просит ее продолжать? Значит, тебе не верится, дитя мое, что я позволяю людям трахаться, лизать задницу, плести заговоры в моем доме и фиксирую эти их деяния. Неужели это на меня не похоже? А как иначе я смог дожить до ста лет, раздавив всех, кто...
— Я могу лишь сказать, что ты злобный старикашка. И был злобным еще до того, как состарился. Когда тебя наполнила злоба, прадедушка? Когда ты трахнул жену моего деда и зачал Энн? Или раньше? Номер Один улыбнулся и покачал головой.
— Да, Энн — моя дочь. Мой сын был гомиком и покончил с собой. Мой внук... ну, для него еще не все потеряно. По крайней мере он хитер и умеет ненавидеть.
— Зачем ты мне все это показал? — Бетси указала на видеомагнитофон.
— Пленка будет использована в качестве вещественного доказательства, если ты попытаешься оспорить мое новое завещание, над которым сейчас работают юристы... которое я подпишу на этой неделе. Ты называешь своего сына Лорен Четвертый. Да как ты решилась на такое, маленькая шлюшка? Твой сын никогда не получит контроля над «Вифлеем моторс». Я оставлю все свое состояние фонду. Ты и Энн станете попечителями, но большинство голосов будет у Лорена и верных
— Тебе придется схватиться с Робертой.
— С Робертой мы договорились. В фонде для нее отписана крупная сумма, а уж от Роберты я избавлюсь. Она манипулирует Лореном, словно кукольник марионеткой, и она скажет Лорену, что ему нужен наследник, которого она родить не может. Роберта найдет подходящую для этой цели женщину и разведется с Лореном, чтобы тот смог жениться на этой женщине, которая забеременеет и родит настоящего Номера Четыре, Лорена Хардемана Четвертого. Как только это произойдет, фонд выплатит деньги Роберте.
— И ты все рассчитал, вонючий старикашка? Номер Один усмехнулся.
— Четыре года назад ты умоляла Анджело бросить жену и уйти к тебе. С тех пор она родила ему еще двоих.
— Значит, ты все рассчитал...
— Похоже на то. До конца этой недели я намерен подписать подготовленные документы.
— Ты кое-что упустил, прадедушка.
— Упустил? Что же?
— Меня.
Бетси выхватила одну подушку из-под спины Номера Один и набросила ему на лицо. Он попытался сопротивляться, но слабый столетний старик не соперник двадцатишестилетней женщине, для которой отыграть трехсетовую партию в теннис — сущий пустяк.
Да и природа пришла ей на помощь. Бетси почувствовала, как Номер Один замер, и поняла, что у старика не выдержало сердце. То есть умер он не от удушья, а от инфаркта. Однако она вновь прижала подушку к его лицу и продержала на всякий случай пять минут. Когда она убрала подушку, лицо старика уже посинело, а глаза безжизненно смотрели в потолок. Бетси посидела рядом еще минут десять, чтобы окончательно убедиться, что он отошел в мир иной.
3
Бетси сняла кассету с видеомагнитофона и стерла отпечатки своих пальцев с клавиш.
Старик не мог сам отснять эту пленку. Это сделал для него кто-то из живущих в доме или где-то еще. Если следователи выяснят, что пропала лишь кассета, на которой сняты она и Анджело, могут возникнуть вопросы. Бетси начала передвигать книги и скоро обнаружила еще с полдюжины кассет. Ей, конечно, хотелось бы посмотреть, как Роберта хлещет отца по голой заднице, но задерживаться в спальне Номера Один она не могла, а оставить кассеты у себя боялась
Бетси вышла на балкон. Дом практически спал. Она убедилась, что внизу никого нет, и сбросила видеокассеты на лужайку
Пару минут спустя, выбежав из дома, Бетси собрала их и направилась к берегу Подчиняясь внезапному порыву, она разделась догола и зашагала вдоль берега Если бы кто-нибудь увидел ее, она могла бы сказать, что ей захотелось прогуляться по пляжу голышом
Пройдя сотню ярдов, Бетси нашла то, что искала остатки чьего-то костра. Иначе ей пришлось бы вытаскивать пленку из кассет, рвать ее на куски и бросать в прибой. Она собрала плавник, разожгла костер, бросила в него сначала пленку, вспыхнувшую ярким пламенем, а потом корпуса кассет, которые тут же оплавились. То, что не сгорело, Бетси остудила на песке и закинула в набегающие волны. После чего вернулась в дом.