Муссон
Шрифт:
— Когда конвой уйдет из залива? — спросил Хэл.
Но она уже погрузилась в алкогольный дурман.
— Джангири — дьявол, — прошептала Ханна. — Он антихрист, и все истинные христиане должны его бояться.
Голова ее опустилась на грудь, и Ханна упала лицом в лужицу джина на столе.
Дэниел взял ее за сальные седые волосы и посмотрел ей в лицо.
— Леди нас покинула, — сказал он и отпустил голову. Та со стуком упала обратно на стол.
Потом Ханна свалилась со скамьи и с громким храпом улеглась
— Это больше, чем она заработает за целый месяц, лежа на спине, — сказал Дэниел.
— Но она это заслужила, — ответил Хэл, вставая. — Больше сведений мы не получили бы и от самого адмирала Ван Рейтера.
На берегу их ждал Уил Уилсон со шлюпкой. Пока плыли по заливу к «Серафиму», Хэл сидел молча, обдумывая сведения, полученные от Ханны, и разрабатывая собственный план. И к тому времени, как начал по веревочной лестнице подниматься на борт, уже знал, что нужно делать.
— Слова подружки Дэниела вчера вечером кое-что прояснили. — Хэл осмотрел внимательные лица офицеров, собравшихся в каюте на корме. — Прежде всего: логово Джангири где-то здесь. — Хэл склонился к разложенной на столе карте и поставил палец на очертания Мадагаскара. — Отсюда легче всего контролировать торговые маршруты на восток и на юг.
Аболи заметил:
— Найти его гнездовье будет не так-то легко. Это не обязательно большой остров. Здесь на две тысячи лиг вдоль побережья рассыпаны сотни маленьких островов — от берега Омана в Арабском море до Маскаренских островов на юге.
— Ты прав, — кивнул Хэл. — Добавлю, что существуют еще десятки островов, о которых мы вообще не знаем: у них нет названий, и они не отмечены ни на одной карте. Можно плавать сто лет — и не обнаружить их все. — Он снова осмотрел лица собравшихся. — Что же делать, если нельзя его найти?
— Пусть сам придет к нам, — сказал Нед Тайлер.
Хэл опять кивнул.
— Надо выманить его из логова. Подбросить приманку. И сделать это на Берегу Лихорадок. Мы поплывем между Мадагаскаром и Занзибаром вдоль африканского побережья.
Все согласно зашумели.
— Можно не сомневаться, что у него есть агенты в каждом порту Индийского океана. Они сообщают ему обо всех судах, которые можно бы прибрать к рукам, — сказал Даниэл. — По крайней мере так бы поступал я, будь я пиратом-язычником.
— Да, — повернулся к нему Хэл. — Будем заходить в каждый порт и рассказывать всем, как мы богаты и как плохо вооружены.
— Два боевых корабля с тридцатью шестью пушками каждый? — усмехнулся Нед Тайлер. — Достаточно, чтобы отпугнуть любого пирата.
— Один корабль, — сказал Хэл и улыбнулся, глядя на их озадаченные лица. — Как только «Йомен» придет сюда, я его отправлю в Бомбей одного. Он увезет пассажиров
— «Серафим» сам по себе — грозная сила, — заметил Уил Уилсон. — Он отпугнет любого пирата.
— К тому времени как мы будем готовы к отплытию, все изменится. — Хэл развернул чертежи корабля, над которыми работал с самого перехода через экватор. — Троянский конь, джентльмены. Вот что мы приготовим для господина Джангири.
Все окружили стол, выражая одобрение, высказывая замечания и предложения, как только поняли, что задумал Хэл.
— Пусть «Серафим» выглядит как богатый, толстый, безоружный купец. Начнем с орудийных портов…
На следующее утро Хэл на шлюпке сам обошел стоящий на якоре корабль. С ним были Нэд Тайлер и два корабельных плотника, и он объяснил им, какие изменения должен претерпеть облик «Серафима».
— Всю резьбу и позолоту оставим. — Он показал на прекрасные резные фигуры на корме и на носу корабля. — Они придают нам изнеженный вид. Как барже лорда-мэра.
— Скорее как французской шлюхе, — фыркнул Большой Дэниел.
— К тому же лорд Чайлдс расстроится, если мы причиним ущерб его шедевру, — продолжил Хэл. Он показал на бока «Серафима». — Наша главная забота — орудийные порты. — Крышки орудийных портов были отделаны золотыми листьями: это производило приятное впечатление, но подчеркивало боевую мощь корабля. — Начнете с них, — приказал Хэл плотникам. — Я хочу, чтобы крышки нельзя было заметить. Замажьте щели смолой и перекрасьте так, чтобы они не отличались цветом от корпуса.
Еще час они изучали корабль с шлюпки и решали, какие именно легкие перемены внешнего облика сделают «Серафим» менее грозным.
Когда возвращались на борт, Хэл сказал Большому Дэниелу:
— Я поставил корабль так далеко от берега не только из-за пушек крепости: не хочу, чтобы нас разглядывали с суши. — Он кивком указал на лодки с продуктами и другие маленькие суденышки, окружавшие корабль. — Как только начнутся работы, все эти шлюпки прогоните. Я уверен, что у Джангири есть свои люди во всех портах, и действовать следует исходя из этого.
Вернувшись в каюту, Хэл написал письмо и отправил его на квартиру семьи Битти в поселке. Он объяснил мистеру Битти, что в Бомбей они поплывут на «Йомене из Йорка», когда тот придет, и что Гай поедет с ними. Хэл был рад тому, что сообщал это в письме — не придется спорить с мистером Битти и убеждать его.
— Что ж, — сказал он, посыпая песком чернила на бумаге. — Тем самым мы позаботимся о склонности мастера Тома к любовным приключениям и дракам.
Запечатав письмо воском, он послал за Большим Дэниелом, чтобы тот отнес письмо на берег.