Муссон
Шрифт:
ПРИЗОВЫЕ ДЕНЬГИ, СОТНИ ФУНТОВ!
Таков был заголовок, набранный большими черными буквами. В помещенном под ним тексте буквы были помельче, но слова не менее выразительные, яркие, он пестрел гиперболами и изобиловал восклицательными знаками:
КАПИТАН СЭР ХЭЛ КОРТНИ, герой войн с Голландией, искусный моряк и знаменитый навигатор, который захватил голландские галеоны «Стандвастигейд» и «Хеерлике Нахт», прославил корабли «Леди Эдвина» и «Золотой куст», совершил много плаваний к берегам Африки и Островам пряностей в Индиях, сражался с врагами, побеждал их и захватывал БОЛЬШИЕ СОКРОВИЩА и БОГАТУЮ
С ЛИЦЕНЗИЕЙ, выданной ЕГО ВЕЛИЧЕСТВОМ ВИЛЬГЕЛЬМОМ ТРЕТЬИМ (да благословит его Бог), КАПИТАН КОРТНИ будет искать в ИНДИЙСКОМ ОКЕАНЕ врагов ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА, чтобы уничтожить их И ЗАВОЕВАТЬ БОГАТЫЕ ПРИЗЫ! Из коих половина будет поделена между офицерами и ЭКИПАЖЕМ.
ВСЕХ ДОБРЫХ МОРЯКОВ, кто ищет работу и удачу, будет сердечно приветствовать кружкой эля БОЛЬШОЙ ДЭНИЕЛ ФИШЕР, главный боцман «Серафима», в гостинице «ПЛУГ» на ТЭЙЛОРС-ЛЕЙН.
Аболи прочел объявление вслух ради Большого Дэниела, который всегда утверждал, что для чтения зрение у него слишком слабое, хотя мог заметить чайку на горизонте и без малейших затруднений вырезал самые тонкие детали в своих моделях судов.
Когда Аболи дочитал, Дэниел улыбнулся:
— Слишком большая удача, чтобы упустить ее, да и капитан мне подходит. Думаю, я поставлю крестик в его судовом расписании.
Когда мастер Уэлш вернулся из типографии, сгибаясь под тяжестью тюков с объявлениями, Хэл отправил близнецов и Дориана помогать Аболи и Дэниелу прибивать эти листы на всех углах, в каждой таверне и борделе вдоль реки и в доках.
Аболи подвел карету к верфи. Хэл нетерпеливо выскочил из нее и пошел к краю Дептфордского причала, где его уже ждали Большой Дэниел и Уил Уилсон. Река кишела судами, от перевозящих провизию шлюпок до военных кораблей первого класса. Одни представляли собой только голые корпуса, другие шли в полной оснастке, с поставленными наискосок реями и поднятыми парусами; они шли вниз по реке к Грейвсэнду, чтобы выйти в Канал, [8] или лавировали против ветра и течения, направляясь к Блэкуоллу. [9]
8
Каналом англичане называют пролив Ла-Манш.
9
Лондонская верфь.
Но среди всего этого изобилия кораблей невозможно было не узнать «Серафим». Хэл сразу увидел стоящий на якоре в главном течении корабль, окруженный лихтерами; на палубах работало множество плотников и парусных мастеров.
На глазах у Хэла с одного из лихтеров подняли и опустили в открытый люк трюма огромную бочку для воды.
— Красавец! — прошептал Хэл, почти со сладострастным наслаждением скользя взглядом по бортам корабля, словно тот был обнаженной женщиной. Хотя реи корабля еще не выправлены, мачты уже стоят, и Хэлу представилось то огромное облако парусов, которое они понесут.
Корпус корабля представлял собой удачный компромисс. Корабль, достаточно широкий, имел необходимую осадку, чтобы нести груз
— Он поплывет куда захотите, капитан, и распустит паруса, стоит фее пукнуть, — сказал за спиной у Хэла Большой Дэниел. То, что он заговорил без приглашения, свидетельствовало о глубине его восхищения.
Убранство «Серафима» не посрамило гордость и престиж Ост-Индской компании. Хотя лихтеры, окружавшие корабль, частично загораживали его корпус, свежеокрашенный борт сверкал на солнце. Краска была золотая и синяя, галереи юта украшены множеством резных херувимов и серафимов, фигура на носу — крылатый ангел с лицом ребенка, давший кораблю его название. Орудийные порты в шахматном порядке выкрашены золотом, подчеркивая огневую мощь корабля.
— Эй, на шлюпке! — крикнул Хэл и, когда одна подошла, проворно сбежал по скользким каменным ступеням причала и шагнул на корму.
— Отвези нас к «Серафиму», — сказал Большой Дэниел лодочнику, который сел за руль, и сам оттолкнул шлюпку. От суденышка пахло сточными водами, палуба была грязная; вероятно, одна из обязанностей этой шлюпки — вывоз ночных отходов из офицерских кают стоящих на якоре кораблей, но днем она развозила овощи и пассажиров.
— Вы капитан Кортни, новый капитан «Серафима»? — спросил лодочник.
— Почитай наше объявление в таверне «Твое место», — ответил Большой Дэниел, потому что Хэл был слишком увлечен видом корабля, чтобы расслышать вопрос.
— У меня два отличных сильных парня, они хотят плавать с вами, — сказал старик.
— Пришли их ко мне, — проворчал Большой Дэниел. В три дня после того, как были развешаны объявления, он набрал почти весь экипаж.
Теперь нет необходимости ходить по тюрьмам и подкупать тюремщиков, чтобы те отправляли подходящих заключенных на борт в цепях. Напротив, Дэниел сумел отобрать лучших из множества осаждавших его моряков. Места на кораблях Компании пользовались большим спросом — условия жизни и плата там были гораздо лучше, чем в королевском флоте.
Каждый бездельник в порту и каждый моряк на идущем в Англию корабле прекрасно знают, что как только будет объявлена война Франции, шайки ловцов начнут прочесывать порты и всех, кто попадется, отправлять на военные корабли. Каждый дурак понимал, что лучше обеспечить себе хорошее место сейчас и уплыть в дальние моря до начала бойни.
Главный корабел на борту «Серафима» распознал в высокой фигуре в шлюпке важную особу и догадался, кто это. Когда Хэл поднялся по лестнице, его уже ждали.
— Эфраим Грин, к вашим услугам, капитан.
— Пожалуйста, покажите мне корабль, мистер Грин.
Взгляд Хэла уже кочевал от стеньг по всем уголкам палубы. Хэл отправился на корму, корабел заспешил. Они обошли весь корабль — от нижнего трюма до брам-стеньги, и Хэл, обнаружив хоть малейший изъян, отдавал краткие указания Большому Дэниелу. Дэниел делал знак Уилсону, и тот заносил пометку в книгу в кожаном переплете, которую нес под мышкой. Дэниел и Уилсон уже составили хорошую рабочую команду.
Когда Аболи отвез Хэла назад в гостиницу, Дэниел и Уилсон остались на корабле искать себе прибежище среди бревен и опилок, тюков новых парусов и мотков троса, которые загромождали палубы «Серафима». Теперь у них вряд ли найдется время сойти на берег до того, как корабль будет полностью готов к плаванию.
— Вернусь завтра рано утром, — пообещал Хэл Дэниелу. — Мне понадобится список того, что уже есть на борту, — можете уточнить у мистера Грина, — и того, чего еще не хватает.