Муссон

Смит Уилбур

Огромные богатства рыцарей-храмовников — золото и земли — были конфискованы королем, а глава ордена подвергнут пытке и сожжен, привязанный к столбу.

Однако предупрежденные союзниками моряки-храмовники снялись со своих стоянок в Ла-Манше и вышли в море.

Они уплыли в Англию и попросили защиты у короля Эдуарда.

С той поры в Англии и Шотландии их ложи открыты под новыми названиями, но основные догматы ордена остались неизменными.

Наконец все вопросы были заданы и ответы на них получены.

Том встал на колени,

и рыцари окружили его. Они возложили одну руку на его склоненную голову, другую — на рукоять Нептуновой шпаги.

— Томас Кортни, приветствуем тебя в обществе Грааля и принимаем тебя братом в Храм ордена Святого Георгия и Священного Грааля.

Они поставили Тома на ноги и один за другим обняли его. Это была часть древнего ритуала, но, когда Тома целовал отец, он отошел от застывшей в веках формы. Он вложил в руки Тома рукоять шпаги и сжал на ней его пальцы.

— Отныне она твоя, мой сын. Владей ею храбро и честно.

Том знал, эта прекрасная шпага — самое дорогое, что есть у отца. И не мог найти слов благодарности, только посмотрел в глаза Хэлу. И увидел, что отец понял молчаливую клятву любви и долга, которую сын старался ему принести.

После того как скорбящие и четыре рыцаря ордена разъехались, Хай-Уэлд стал тихим и пустынным. Элис все время проводила в своих личных комнатах. Том однажды видел, как она в одиночестве едет верхом по болотистой равнине, но хотя долго наблюдал за ней издалека, не забыл последствия их предыдущей короткой встречи и потому не приблизился.

Уильям, занятый управлением поместьем, проводил дни в конторах шахт, совещаясь с управляющими или объезжая поместье и неожиданно появляясь, чтобы найти среди слуг бездельников и разгильдяев.

За мелкие проступки он наказывал кнутом и немедленным изгнанием из поместья. По вечерам возвращался в большой дом и проводил час с отцом, прежде чем ровно в восемь часов сесть за ужин. Ужинал он в одиночестве: Элис к столу не выходила, а Том находил предлоги, чтобы поесть в своей комнате или в одной из местных таверн с Аболи, Люком Джервисом, Недом Тайлером и Уилом Уилсоном. Здесь он находил более веселое общество.

Время шло, и Тома одолевали все большее беспокойство и нетерпение.

В отсутствие Уильяма Том все время проводил с отцом. Он уносил Хэла в библиотеку, усаживал в кресло во главе длинного дубового стола, потом доставал карты, которыми Хэл завалил полки, и начинал расспрашивать. Они расстилали карты на столе и разглядывали их, обсуждая подробности плавания, в которое, как понимал Том, отцу уже не суждено уйти.

Мастер Уэлш в заново купленных очках на носу сидел в конце стола и записывал то, что диктовал Хэл. Они подробно обсуждали необходимое снаряжение и припасы, составляли список матросов, с которыми отправятся в плавание по Индийскому океану.

— Нужны два корабля, — решил Хэл. — Не такие большие, как «Серафим» или «Минотавр». Быстрые, легкие в управлении, но хорошо

вооруженные: ведь почти несомненно нам придется сражаться с язычниками. С не слишком глубокой осадкой, так как, вероятно, понадобится заходить в эстуарии и реки на Берегу Лихорадок.

— Я пошлю Неда Тайлера и Уила Уилсона приискать подходящие корабли, — энергично вмешался Том. — Проедут по побережью, заглядывая во все порты от Плимута до Маргейта. Но сейчас, когда идет война с Францией, найти хорошие корабли будет нелегко.

— Если у тебя есть золото, ты удивишься, как легко они отыщутся, — возразил Хэл. — Пусть я потрачу все деньги до последнего фартинга из тех, что мы взяли в качестве приза у аль-Ауфа, но если удастся вернуть Дориана, я буду считать, что издержался не зря.

— Можно развесить объявления, — предложил мастер Уэлш.

— Толковая мысль, — сказал Хэл.

— Или попросить у лорда Чайлдса корабль Компании, — оторвался от карты Том.

— Нет. — Хэл покачал головой. — Если Чайлдс узнает, что мы опять ведем эскадру в воды Компании, он сделает все, чтобы помешать нам. Компания решительно противостоит контрабандной и просто торговле на своих землях.

День за днем они строили планы и спорили. Потом, через пятнадцать дней после того как Том их отправил, Нед Тайлер и Уил Уилсон вернулись и сообщили, что нашли корабль. Он как нельзя лучше подходил для их задачи, но владельцы запросили преступно огромную плату семь тысяч фунтов. Тайлер и Уилсон привезли договор, который Хэл должен был подписать, и просьбу владельцев заплатить им банковским чеком.

Хэл тщательно расспросил обоих о состоянии корабля, потом закрыл глаза и сидел молча так долго, что Том начал тревожиться.

— Отец!

Он вскочил с места и подошел к отцу. Прикоснулся к шее и обнаружил: горячая.

— Его милость нездоров. Помогите мне, ребята. Надо перенести его в постель.

Даже мастер Уэлш взялся за ручку кресла, и вчетвером они подняли Хэла по лестнице.

Уложив отца, Том отправил Аболи в Плимут, за доктором Рейнольдсом на его городскую квартиру. Потом отпустил Неда Тайлера и остальных и попросил подождать внизу. Когда все вышли, он запер двери спальни и остался наедине с отцом. Отбросил простыни и со страхом начал снимать повязки с культей.

К этому времени Хэл горел в жару и что-то бессвязно бормотал в бреду. Сняв повязку, Том увидел, что края шва снова разошлись и из открытой раны течет желтый гной. Знакомый липкий запах разложения заполнил комнату, и Том сразу понял, что началось глубокое воспаление, на этот раз гораздо более опасное, чем раньше. Вся культя покрылась красными полосками, словно ее высекли бичом. Доктор Рейнольдс предупреждал об этом симптоме, и теперь Том дрожащими пальцами притронулся к паху отца, боясь того, что может обнаружить. Железы разбухли и затвердели, как каштаны, и Хэл застонал от боли, когда Том коснулся их.