Мушкетёр Её Высочества
Шрифт:
Не успела она раздеться, как к ней подскочила её подруга, Сандра Бельфлёр.
— Тебя уже искала Натали Нугерет, — сообщила она. Натали Нугерет, ставшая главным редактором в марте этого года, так же, как и Беатрис, была родом из Дижона, но это всё, что у них было общего. Услышав сообщение подруги, Беатрис разделась и понеслась в кабинет редактора, недоумевая, что понадобилось главному редактору от рядового репортёра, каким Беатрис являлась.
К телу начальницы Беатрис допустили не сразу, выдержав паузу в кресле возле двери, чтобы клиент созрел для понимания высших задач, коими занимается начальствующий
— Садись, Беатрис, — сказала она мягким голосом, опустив глаза на листочки из папки, лежащей перед ней. «Моё дело», — подумала Беатрис и насторожилась. Никаких проступков, кроме редких опозданий, она за собой не чувствовала, поэтому напряжённо ожидала, что скажет Натали.
— Беатрис, у тебя есть молодой человек, — спросила Натали и Беатрис чуть не подавилась слюной от неожиданности. Чего-чего, а такого вопроса она совсем не ожидала и ответа, естественно, не готовила. Что же касается её личной жизни, то она у неё недавно оборвалась после ссоры с Морисом. Правду сказать, оборвалась она намного раньше, а последней каплей было то, что Беатрис застала своего Мориса в постели с подружкой в своей собственной квартире.
— У меня нет молодого человека, —сказала Беатрис, рассуждая, что правда лучше, чем любая выдумка.
— Вот и хорошо, — слегка удивлённая, сказала Натали, — тогда тебя ничто не держит в Париже.
«Что же тут хорошего?» — подумала Беатрис, а Натали продолжила:
— Я хочу отправить тебя собственным корреспондентом в Краину. Как ты на это смотришь?
Беатрис на это смотрела никак, так как о Краине имела смутное представление и, даже, точно не знала, где она находится. Кажется, где-то в России. А ещё то, что краинский язык немного схож с русским, который она немного знала, изучая его, как дань моде. Молчание Беатрис её начальница восприняла, как согласие и сообщила:
— Я сама десяток лет назад была там корреспондентом и обо всём тебе расскажу, чтобы ты сразу вошла в курс дела.
Натали долго рассказывала о Краине, но из всего, что она сообщила, Беатрис запомнила только то, что в стране имелось пару больших рек, пару морей, а люди ещё не отошли от коммунизма.
— Я тебе приготовила некоторые материалы, почитаешь на досуге, — на прощанье сообщила редактор и сунула Беатрис сине-желтую папку. Натали Нугерет поднялась, тем самым давая понять Беатрис, что приём окончен, и её ждёт далёкая Краина.
В аэропорт «Charles de Gaulle» Беатрис приехала на такси, так как не хотела тревожить свою подругу Сандру Бельфлёр, не смея будить её так рано. Быстро пройдя по стеклянному туннелю нелюбимого аэропорта, Беатрис поднялась на аэробус А320 французских линий, рейса AF 1952.
В самолёте, следующем в столицу Краины, Беатрис раскрыла сине-жёлтую папку и начала читать листики, приготовленные Натали. В них говорилось, что президент данной страны носит фамилию Нукович и его поддерживает партия «нуковичей». Есть ещё несколько партий, но они не составляют парламентское большинство, так
Премьер-министр страны, по фамилии Заров, является ставленником президента Нуковича и во всём подчиняется ему. Партия «нуковичей» не монолитна, так как отражает интересы нескольких финансовых групп, которые находятся в жёсткой конфронтации за влияние на президента. Беатрис закрыла нудные листки и, чуть не зевая, откинулась на кресло.
— Политика скучна, — заметил на парижском диалекте юноша, сидящий на соседнем сидении. Беатрис давно заметила его быстрые взгляды, но не придавала тому внимания, так как начинать с флирта в новой стране не собиралась, ещё не забыв парижское разочарование.
— Подглядывать в чужие записи неэтично, — отрезала Беатрис, полагая, что тем самым остановить все попытки соседа познакомиться.
— Вы правы, — согласился сосед и добавил: — Я нечаянно.
Оставив за собой последнее слово, сосед отвернулся к окну. Беатрис данное обстоятельство немного покоробило, но она сдержалась и не ответила. Три часа полёта пролетели незаметно, и Беатрис успела вздремнуть до той поры, когда самолёт ушёл на посадку. Беатрис сидела возле прохода, поэтому видеть столицу Краины сверху не могла, ограничиваясь мелькающими за окном огнями.
Здание аэропорта выглядело немного пустынно, но оказалось, что это новый терминал «D», недавно запущенный в работу. Пройдя таможенный и паспортный контроль, Беатрис увидела табличку со своей фамилией и пошла навстречу к девушке с длинными светло-каштановыми волосами до плеч и открытой улыбкой.
Беатрис представилась, и девушка назвала себя: «Клэр Жорж, пресс-атташе посольства Франции в Краине». На вопрос Беатрис, откуда такой интерес к её персоне, Клер ответила, что послу, Алену Реми, звонила редактор «Le Monde», Натали Нугерет, и просила присмотреть за её сотрудницей.
Такая забота немного смутила Беатрис, но она подумала, что Натали опекает её, чувствуя ностальгию за своим прошлым. Как бы там ни было, Клер проводила её к посольскому автомобилю, и они уселись на заднее сидение. Не теряя времени, Клер рассказала о своей жизни в столице, предполагая, что Беатрис столкнётся с теми же проблемами, как и она.
Была середина дня, несмотря на зиму, на улице шёл мелкий дождь, полосами заливая стекло, и Беатрис казалось, что столица Краины встречает её не радостно. Клер сообщило, что президент Нукович неожиданно отказался от курса на сближения с Евросоюзом, чем вызвал недовольство жителей страны. Когда они проезжали площадь Независимости, главную в столице, Беатрис увидела редкую толпу людей, прячущихся под зонтики, которые собирались мелкими кучками, как грибы на пеньках.
— Что они хотят? — спросила Беатрис, на что Клер ответила:
— Как будто бы в Евросоюз.
Беатрис решила, что завтра сама придёт на эту площадь, сделает фотографии и расспросит людей. Она надеялась, что весьма посредственное знание русского языка поможет ей общаться с жителями столицы.
Машина миновала площадь и поползла под гору, по узким улочкам. Некоторые дома были интересными, и следовало их рассмотреть потом, не в такой мокрый день, а машина вскоре остановилась перед посольством, находящимся в четырёхэтажном доме, весьма странной архитектуры.