Мурманский сундук.Том 2
Шрифт:
Он был с раннего утра за рулем, в его планы не входило часто останавливаться, чтобы не терять времени и засветло добраться до Дурова, поэтому он жевал прямо за рулем на ходу взятые из дома бутерброды и запивая их кофе. Но из-за этой назойливой машины, наступавшей на пятки, он решил сделать остановку в ближайшем городе, подкрепиться, заправить термос кофе, посмотреть, что предпримут люди в «Мерседесе». Он закурил, посмотрел в зеркало заднего вида на ехавший за ним «Мерседес» и стал готовиться к остановке.
Глава вторая
Живой «труп»
В ближайшем городке Сергей остановился
Столовая была частной. Об этом говорило и название, и обстановка. В помещении было чисто, уютно, внимательная обслуга, готовая по первому знаку посетителя выполнить заказ. Правда, цены были оглушающими. Сергей взял салат, лангет с картофельным гарниром и стакан кофе. Кофе ему понравился, и он попросил налить в термос.
Посетителей было мало. Поэтому, когда вошёл очередной, Сергей его заметил. Да и как было не заметить. Это был тот парень, которого он видел часа два назад на почте, и который нахально заглядывал в его телеграмму. Вёл себя он странно, на что Сергей обратил внимание. Ему показалось, что он напоминает ищейку, взявшую след. Он обежал глазами посетителей, скользнул по Сергею, казалось, безразличным и поверхностным взглядом, и направился к стойке.
Сергей взял термос, услужливо преподнесённый официанткой, расплатился и быстро вышел на улицу, но к машине не пошёл, а завернул за телефонную будку и стал наблюдать за кафе. Вскоре вышел парень, постоял на крылечке, оглядывая улицу, и вразвалку, засунув руки в карманы джинсов, двинулся по тротуару. Сергей направился за ним на центральную улицу, но в толпе потерял из вида. Не заметил он нигде и «Мерседес».
«Чушь собачья, — пробормотал Сергей, шагая обратно. — Чего это я нервничаю! Кому нужен простой путешественник на старой машине, без гроша в кармане. Подумал же, чудак!» — рассмеялся он.
Открыв дверцу «Жигулей», он остолбенел: на заднем сиденье лежало скрюченное тело, завернутое в нечто напоминающее байковое одеяло, запылённое и прожжённое в нескольких местах. Угол был в чём-то красном, напоминающем кровь. Из-под одеяла высовывались кирзовые, запылённые и затёртые сапоги большого размера.
Сергей встал коленями на водительское кресло, дотянулся рукой до одеяла и откинул его. На него смотрело мертвенно-бледное лицо с чёрными точками щетины на щеках и подбородке, бескровные губы, искривлённые в скорбной усмешке, а неживые глаза были неестественно выкачены из орбит. Ко лбу прилип, словно приклеенный, выгоревший клок русых волос. В груди торчала длинная рукоятка ножа. Засохшие пятна крови замарали рубашку.
«Труп! — подумал Сергей, и у него заколотилось сердце. — Как он оказался в машине? Его кто-то подбросил?»
Он снова накинул на скрюченное тело одеяло, чтобы не видеть лица.
Снова вспомнился верзила с наколкой на руке. Он оглянулся по сторонам, думая увидеть что-то или кого-то, но прохожие спокойно сновали по тротуару и никто не обращал на него никакого внимания.
Всё произошло так неожиданно, что вначале Сергей потерял способность трезво оценить обстановку.
Он снова огляделся. Наверняка следят. Нарочно подбросили, чтобы напакостить. Но кто и ради чего? Снова подумал о «Мерседесе». Приняв решение, вышел из кабины и захлопнул дверцу.
— Где у вас тут милиция? — спросил он у первого встречного.
— На улице Крылова, — ответил белобрысый веснушчатый мужчина средних лет с круглым лицом и полиэтиленовым пакетом в руке. — Сейчас сверните вон в тот переулок, за сбербанком, потом налево и прямо. Выедете к скверу. За ним увидите двухэтажное здание. Там милиция.
Забыв поблагодарить прохожего, Сергей сел за руль, стараясь не смотреть на заднее сиденье, мотор взревел, и машина тронулась. Он вёл «Жигули», плохо соображая. Ему хотелось прямо сейчас выкинуть мёртвое тело с глаз подальше, но какое-то стародавнее чувство порядочности заставляло его вести машину к милиции, где его ничего хорошего не ожидало. Ещё ему хотелось оглянуться, посмотреть на холодную скрюченную плоть, что раньше называлось человеком, имело имя, но даже в лобовое зеркало он боялся взглянуть…
— Куда едем? — вдруг раздался глухой голос за спиной.
Сергей отпустил педаль газа и обернулся. Голос, несомненно, принадлежал трупу. Одеяло зашевелилось и открылось лицо. На Сергея смотрели живые серо-голубые глаза. Они не были бессмысленными и выкаченными из орбит, как прежде, а светились умом и хитрецой…
— Не робей, парень! — хрипло сказал «труп», и грязные руки, протянутые из-под одеяла, схватились за спинку сиденья.
Сергей от неожиданности потерял руль, и машина, вильнув, чуть не врезалась в бордюр тротуара. Он резко нажал на тормоз, «Жигули» дёрнулись и остановились.
«Труп» сидел, держась руками за спинку переднего сиденья, и весело хохотал. У Сергея отвисла нижняя челюсть. Его, оказывается, ловко одурачил этот бледно-синий фигляр, разыграл, как в театре. Первым желанием было схватить его за шиворот и вытряхнуть из машины. Подумав так, Сергей уж было хотел осуществить своё намерение, но, поглядев на большие руки, вцепившиеся в переднее кресло, на шею, хоть намазанную какой-то бледной дрянью, однако, по всему видать, здоровенную, отказался от этой затеи. Да и чувство облегчения сразу расслабило тело: ему не надо ехать в милицию и объяснять, как у него в машине оказался труп. Разбирательство, дознание, милицейские бумажки, которые надо подписывать, выбили бы его из колеи, несомненно, задержали бы, как они выражаются «до выяснения обстоятельств», на ночь посадили бы в кутузку. Эта мысль сразу сбросила тяжёлый камень с души, и злость переросла в негодование на этого человека, растянувшего в лучезарной ухмылке рот, если можно было назвать так две полоски фиолетовых губ, с наляпанными, как он только что заметил, искусственными болячками. Негодование так сильно переполняло Сергея, что он угрожающе и с неприязнью бросил: