Мудрость веков
Шрифт:
Елена Ивановна ушла из жизни в 1955 году и за несколько месяцев до этого написала о России пророческие строки:
„События сложатся неожиданно, не так, как мы ожидаем, но как всегда на пользу лучшей страны. Страшное время пронесется очищающим вихрем. Трудность в том, что многие еще не понимают причин и смысл совершаемого на всей Планете. Новые сознания должны полюбить волну нового строительства. Новое строительство должно раскрепостить мышление, отсюда произойдут благие перемены. Накопившаяся злоба в мире разрешится потрясениями“ [699] .
699
Письма Елены Рерих. 1932–1955. Новосибирск, 1993. С. 511.
Энергетический
700
Община, 226. Рига, 1935.
701
Там же, 258.
России, действительно, суждено было увидеть все миражи, пройти через все иллюзии и заблуждения. Тоталитарный мираж был самым страшным уже потому, что это был мираж „светлого будущего“, который вознесся над реальными обманом и низостью, насилием и жестокостью, корыстью и предательством, подлостью и трусостью. Никогда еще в истории человечества эти качества не излучали таких красивых миражей. Но XX век был во многом особым, как и та страна, над полями и лесами которой гуляли такие обманные и такие привлекательные миражи…
К 70-м годам XX века социалистическая система начала давать сбои. Если в предыдущие годы она поскрипывала, иногда прокручиваясь на холостых оборотах, то теперь все ясней становилась ее неспособность решать самые простые вопросы, связанные с культурной, социальной и экономической жизнью страны. Когда-то отлаженный с помощью насилия и принуждения механизм постепенно ржавел, терял былую динамичность и обретал ясно выраженную тенденцию к замедленному ходу, который мог кончиться остановкой. Объявление в стране эпохи „развитого социализма“, основным лозунгом которой стала таинственная фраза „Экономика должна быть экономной“, свидетельствовало о неспособности правящей элиты сохранить пришедшую в ветхость систему. Начался скрытый развал, сопровождавшийся моральной деградацией этой элиты и ее окружения. Позже, когда наступит перестройка, это время назовут „застоем“ и скроют по стародавней привычке правду о происходившем в стране, в государстве и правящей партии.
То, что никакого „застоя“ не было, а шел уже по всей России подземный гул рушащейся, ставшей глубоко антинародной системы, было ясно далеко не всем. Магия старой идеологии продолжала еще действовать на сознание миллионов. Нерушимо стояли древние стены Кремля, неизменно сверкали на его башнях рубиновые звезды — символ мощи и вечности социалистического государства.
Законы, нравственные и правовые, по которым жило это государство, никогда не соответствовали ни духу, ни национальному характеру его подданных. Энергетика, заложенная самопожертвованием руководителей
Разворовывание и растаскивание государственной собственности началось еще при генсеке Брежневе, личности, которая если и не войдет в историю, то останется надолго в памяти своих современников. Именно при нем стала складываться та „теневая экономика“, в создании которой участвовали уголовники и номенклатура, использовавшая власть в собственных интересах. „Теневики“ постепенно становились реальными хозяевами страны. Это они совершали многомиллионные хищения государственных денег, растаскивали огромные ценности под „неусыпным оком“ правоохранительных органов. Генсек и его непосредственное окружение тоже занимались такой же деятельностью, но придавали ей законный характер, включая ее в число „заслуженных ими“ привилегий. Потом развал из тщательно скрываемого стал явным и поверг миллионы россиян в состояние шока и потрясения.
На наших глазах распалась огромная и мощная держава, „дружбы народов надежный оплот“. Мы оказались свидетелями следствий регулярного нарушения страной Великих законов Космоса. Объективная энергетика Космоса разрушила нежизнеспособную, противоречащую духу человека, государственную систему. Поиски виновных в случившемся являются бесплодными и ирреальными. С таким же успехом можно обвинить в сходе лавины человека, оказавшегося в этот момент в ее пространстве.
Грядущая гибель Союза была уже заложена в его основание с первых же дней существования. Ложная концепция национальности и национальной культуры с самого начала повела процесс его развития в тупик.
У „надежного оплота“ не оказалось реального, сцепляющего этот „оплот“ раствора. Ибо дух народа и его национальные культуры, являющиеся единственным скрепляющим материалом, в расчет никем не принимались. Этот материал был заменен государственным насилием и принуждением. Да и такой „раствор“ к концу восьмидесятых годов был почти полностью израсходован. И ничего удивительного в том, что с крушением тоталитарного государства, его идеологии и механизмов, распался за очень короткий срок и СССР. Но распался не для новой национальной жизни, а для чего-то совсем другого. Национальная номенклатура, та самая, которая, следуя указаниям „сверху“, проводила все ту же антинациональную политику в своих республиках, воспользовалась общим недовольством на местах, захватила власть и объявила свои республики независимыми.
Разрушенная экономика, социальная незащищенность, кровавые столкновения, продолжающееся разрушение национальной культуры — вот далеко не полный перечень того, что принесла еще одна „новая жизнь“ в независимые государства. Эта „новая жизнь“ оказалась „оскалом старого“, как сказано в одной из книг Живой Этики. Таким же „оскалом старого“ оказался и „новый передел собственности“, названный приватизацией. Если в 1917 году большевики и те, кто их поддерживал, грабили частных собственников, отбирая их имущество в пользу пролетарского государства, то сейчас старая номенклатура, оставшаяся у власти, грабит это самое государство, а вместе с ним и сам народ в пользу новых собственников. Иное направление грабежа не меняет его принципиальной сути.
Действуя в самых лучших большевистских традициях, сегодняшняя номенклатура добавила еще одно звено в бесконечную цепь российских переделов, экспроприации и конфискаций. Тех, кто пришли к власти на гребне событий августа 1991 года, не интересовало, откуда появились деньги у бывших „трудящихся“, выкупавших эту собственность, движимую и недвижимую. Новые собственники создавали частные фирмы и компании, приобретали контрольные пакеты акций и основывали частную банковскую сеть. До сих пор официально остаются неизвестными источники так называемых „первоначальных накоплений“. Можно только предположить, что часть из них образовалась из государственных и партийных средств, которыми распоряжалась номенклатура, часть же была представлена „теневой экономикой“, сложившейся во времена „застоя“ и носившей криминальный характер.