Мудрость палача
Шрифт:
Они направились к выходу, где уже стояли Потапов и его сотрудники. Машков, увидев Дронго, кивнул ему в знак приветствия. Сегодня они все отвечали за безопасность гостей в этом здании. Потапов подошел к ним, сухо кивнул, после чего протянул руку.
– Я вас опять неприятности? – спросил Дронго.
– Прокуратура не закрывает дело Лосякина, – сообщил Потапов. – Они считают, что происхождение денег так и не было установлено. А мы не можем предъявить им нашу пленку. Кроме того, наши аналитики считают, что была и другая пленка, на которой запись разговора Лосякина с заказчиком. Но ее мы не можем
– Где вы ее искали? – спросил Дронго.
– В доме и на даче Лосякиных. Даже нашли тайник, но пленки там не было. Говорят, что у него была где-то другая квартира, где он встречался иногда с женщинами. Но мы не знаем точного адреса.
– Он не стал бы там ничего держать, – возразил Дронго. – Вы искали у него в служебном кабинете?
– Конечно. Думаете, он прятал пленку в своем кабинете?
– Нет, не думаю. Где вы нашли тайник?
– На даче, – сообщил Потапов, – на веранде. Он сделал тайник прямо на веранде.
– И там не было пленки?
– Не было.
– Все верно. Он не стал бы прятать такую улику на государственной даче, которую могут отобрать. В тайнике могли быть только деньги. Не стал бы он ее прятать и квартире, где принимал женщин. Она наверняка большую часть времени пустует, а он знал, что любую дверь можно открыть. Служебный кабинет тоже можно исключить. Если бы его сняли с работы, он никогда больше не смог бы попасть туда. Остается только его квартира. Там всегда кто-то есть, и только там он мог спрятать пленку.
– Мы провели обыск в его квартире, – напомнил Потапов.
– Этого мало, – возразил Дронго, – нужен повторный обыск.
– Что значит повторный? – спросил Потапов. – Прокуратура не даст второй раз санкции на обыск.
– Большинство людей, когда теряют в доме какую-нибудь вещь, начинают ее лихорадочно повсюду искать и тратят на это уйму времени, – заметил Дронго, – а иногда полезно просто сесть, успокоиться и вспомнить, где ты оставил эту вещь.
– Не понимаю, о чем вы говорите, – поморщился Потапов.
– Мне нужно попасть в квартиру Лосякиных и самому все осмотреть, – попросил Дронго.
– Завтра поговорим об этом, – отвернулся Потапов и отошел к своим сотрудникам.
– Он нервничает, – сказал Осипов.
На фоне высоких Дронго и Осипова коренастый, среднего роста Потапов выглядел не слишком выигрышно. Он чувствовал это и старался не стоять рядом с ними, предпочитая окружение менее рослых людей. Если Осипов при своем росте был весьма худощавым, то широкоплечий Дронго выглядел на фоне Потапова просто атлетом.
Уже в машине Осипов сказал Дронго:
– Если вы найдете эту пленку, то мы наверняка сумеем установить, с кем говорил Лосякин. Я не думаю, что в нашей стране найдется много неизвестных людей, которые могут давать указания генералу ФСБ. Как вы считаете?
– Нужно найти первую пленку, если она действительно существует, – заметил Дронго, – судя по всему, Лосякин очень боялся этого задания. Поэтому он и сделал запись своей беседы с Рашниковым. Видимо, генерал хотел спрятать вторую пленку туда же, куда и первую. Надежное укрытие он мог придумать только в своей квартире. При наличии минимальной фантазии пленку там можно спрятать где угодно.
– Надеюсь, что мы сможем найти эту чертову
День девятнадцатый. Москва. Пятница. 13 июля.
Презентация была назначена на семь часов вечера. Но уже с половины седьмого начали подъезжать автомобили. Некоторые подъезжали в окружении джипов, в которых сидели охранники. По московским понятиям престижности именно «Джип» с охранниками был символом благосостояния их хозяина. Никто не принимал в расчет тот факт, что у громоздкого джипа гораздо меньше шансов набрать первоначальную скорость в городе, чем, скажем, у «БМВ» или «Мерседеса». Никто не задумывался над тем, что приспособленные для горных дорог, эти машины с трудом перемещаются в многомиллионном городе-мегаполисе. Все это было ерундой по сравнению с престижем. А «Мерседес» хозяина, в сопровождении эскорта охранников на джипе поднимал этот самый престиж на должную высоту.
Среди первых гостей, прибывавших на презентацию, были в основном бизнесмены и деятели культуры. Первые приезжали на «Мерседесах», вторые, по большей части либо приходили пешком, либо подъезжали на такси. Разумеется, это не касалось звезд эстрады или популярных актеров, передвигавшихся на длинных лимузинах, которые должны были поражать воображение конкурентов и поклонников.
Осипов не соврал. Лев Григорьевич действительно стоял у входа. Проходившие мимо него люди не обращали ни малейшего внимания на этого старика, стоявшего чуть в стороне от охранников. А он прекрасно знал, как искусно умеет гримироваться Посол, к каким невероятным ухищрениям он может прибегнуть, и поэтому внимательно следил за всеми входящими, пристально вглядываясь в их лица.
Все входы и выходы из здания, кроме центрального, были перекрыты. И у каждой двери, каждого окна стояли сотрудники службы охраны либо офицеры ФСБ. К семи часам все с нетерпением ждали появления политиков. Первым приехал Председатель Государственной думы. За ним появился Премьер-министр. Почти сразу за ним приехал Председатель Совета Федерации. И наконец в пять минут восьмого, когда оба спикера и даже Председатель правительства начали с недоумением поглядывать на часы, приехал мэр столицы, обозначивший таким образом, кто является главным на этом празднике.
Нужно отметить, что ему сразу удалось привлечь к себе внимание большей части журналистов, бросившихся к нему. Он охотно и много отвечал на вопросы, понимая, как нервирует его популярность главу правительства и спикеров обеих палат. В семь тридцать наконец к микрофону, стоявшему на небольшой площадке, подошел президент фармацевтической фирмы, чтобы объявить вечер открытым. И почти сразу передал слово мэру столицы.
Когда тот пошел выступать, Дронго и Осипов тревожно переглянулись. За несколько минут до этого Вигунов привез на презентацию своего пленника. Саиду пришлось заучить текст своего выступления почти наизусть. Вигунов был уверен в успехе. Он, правда, соврал, пообещав Саиду несколько десятков своих сотрудников на презентации. На самом деле их было только двое. На остальных не удалось достать приглашений – настолько строго и четко работала пресс-служба компании.