Мститель
Шрифт:
– Значит, Кабан попытается уйти вместе с кем-то, кто знает местность не только в районе базы. А вообще, я склоняюсь к мысли, что Кабан не пойдет в горы.
Полковник удивленно взглянул на капитана:
– В смысле?
– Далеко ли он уйдет даже с проводником? И где еще взять проводника? Думаю, если Кабан решит сорваться, то не в горы. Он двинет на север, к Хаба-Юрту, а оттуда к старой крепости Кентум. А уже отсидевшись в Кентуме, пойдет к Ачгады, откуда в свое время вышел его отряд на встречу
Тимохин взглянул на Потапова:
– А ведь капитан прав, Владимир Дмитриевич!
Генерал заметил:
– Но база к этому времени будет окружена?
– Не факт! Кабан может и не ждать окружения объекта, достаточно вывода на нее наших подразделений. То есть дождаться подхода групп. Но все равно ему нужен будет помощник, потому как по дороге или тропе, выходящей к Хаба-Юрту, идти глупо, по ней пойдем мы, а значит, придется пробираться по лесу. Хотя Кабадзе не впервой совершать подобные прогулки.
Потапов постучал ладонью по столу:
– Подождите, товарищи офицеры, мы что обсуждаем? Когда выйти на связь с Кабадзе, определив ему задачу по выводу групп к горной базе, или то, как и где будем отлавливать его в случае возможного побега? Не рано ли начали делить шкуру неубитого медведя?
Тимохин поднял вверх ладони:
– Все верно. Не туда понесло. Значит, ждем сообщений от Соловьева и выбираем время для контакта с Кабадзе?
– А до этого отрабатываем вариант задачи, который передадим Кабану в виде инструкции.
– Да! И задачу надо сформулировать предельно кратко, и в то же время ясно обозначив порядок его действий. Над этим и работаем! Личному составу – отдых.
Однако намерения заместителя руководителя Главного Управления по борьбе с терроризмом, командира групп специального назначения «Орион» и капитана Дементьева скорректировал сам Кабадзе, неожиданно, в 17.00, выйдя на связь по спутниковому каналу, вызвав Андрея.
Отправив капитана с Ибрагимом, Кабадзе подозвал к себе подчиненного, переданного ему Керимом:
– Селим! Готовься к отъезду!
– Понял! Что с теплоходом делать?
– Ничего. Оставим здесь.
Подошел Халиф – помощник все того же Керима Асанова. Спросил:
– Ты решил отпустить русского?
– Да!
– Объяснить, зачем он приезжал и почему ты отпустил его, не желаешь?
– Тебе это надо, Халиф? С Керимом я сам поговорю и вот ему объясню, что и почему сделал. А сейчас иди на судно, готовься к возвращению домой.
Помощник Асанова недовольно цокнул языком, но подчинился.
Через час Халиф доложил, что можно уходить.
Кабадзе сказал:
– Ибрагима дождемся!
– Он-то нам теперь зачем нужен?
Кабан резко повернулся к человеку Керима:
–
– Я помню! Я все хорошо запоминаю!
– Находись в машине.
В 11.10 подъехал «Мерседес». Из него с трудом, кривясь от боли, вышел Ибрагим.
Кабадзе спросил:
– Что это с тобой?
– Да ваш бешеный гость виноват!
– Что случилось?
– Ударил меня! Ногой в промежность так, что все между ног опухло!
– И за что он ударил тебя?
– За то, что я вколол ему вчера препарат. По вашему, кстати, приказу, господин Кабадзе!
Кабан усмехнулся:
– Почему не ответил?
– Я? Кому? Этому безголовому русскому? Я не самоубийца!
– Ладно! Пройдет время, и опухоль спадет. Мы сейчас уезжаем, ты свяжешься с фирмой, у которой арендовали теплоход, скажешь, где он стоит, пусть забирают. Затем проедешь за нами до поста ГИБДД. Потом развернешься и домой, яйца лечить.
– Я хотел бы получить причитающуюся мне сумму!
– Конечно, Ибрагим! Держи!
Кабадзе протянул ему свернутые в трубку стодолларовые купюры:
– Здесь полный расчет!
– А за то, что ваш гость нанес вред моему здоровью, оплата не полагается?
– За вред проси возмещения у русского. Он, наверняка, будет ждать вечернего поезда на Москву. Так что сможешь найти его у вокзала и потребовать компенсации. Думаю, он не откажет!
– Нет уж, спасибо! Обойдусь без компенсации!
– Правильное решение! Занимайся теплоходом.
Ибрагим достал сотовый телефон, положив деньги в карман фирменного костюма.
Из кустов на дорогу выехала «Тойота». За рулем находился Селим. Халиф сидел на заднем сиденье. Передав ему кейс со спутниковой станцией, Кабадзе устроился на месте переднего пассажира. Приказал водителю:
– Трогай, Селим! И не спеши! К нам должен прицепиться Ибрагим!
Боевик усмехнулся:
– Тоже мне прикрытие! Да он слиняет при первой же опасности!
– Знаю! Но пусть отработает свои деньги!
– Кажется, он уже получил расчет сполна.
– Да, ему наш гость от себя тоже добавил.
Селим рассмеялся. Только Халиф сидел, нахмурившись. Он был явно недоволен поведением Кабана. Но спорить с ним не мог. Кабадзе занимал в преступном мире достаточно весомое положение, выше, чем сам хозяин аула Хаба-Юрт, Керим Асанов, и открыто выступать против Кабадзе было очень опасно. По крайней мере пока. Неизвестно, что даст проверка, организованная Тимуром Абадзе. Возможно, она закончится плачевно для Кабана, и из Афганистана придет приказ ликвидировать Кабадзе. Вот тогда Халиф попросит Керима лично казнить зарвавшегося и надменного грузина. А пока следовало молчать.