Мститель
Шрифт:
– Эй, мужик?! Куда прешь?
– Так в аптеку! А что?
– Ты придурок, да? Вход в аптеку с улицы!
– Серьезно? А я думал, со двора!
– Ты че, в натуре, дуру гонишь, козел?
В перепалке капитан сблизился с охранником, что Дементьеву и требовалось на первом этапе.
– Не стоило бы тебе, парень, козлить незнакомого человека.
– А как насчет дубинкой по макушке?
– Попробуй, может, что и получится.
– Да ты, смотрю, борзый! Ну ладно, мудак, сам напросился.
Охранник поднял дубинку, но опустить ее на голову капитана не успел. Дементьев нанес самоуверенному
– Николай!
Судя по всему, Леев звал охранника.
Дементьев сказал:
– Да?
– Ты чего вышел? Посторонний кто объявился?
– Ага!
– Ну и что?
Капитан не стал отвечать, встав у косяка открытой двери и услышав звук приближающихся шагов.
Владелец аптеки вышел на улицу:
– Я спрашиваю...
Он осекся, увидев лежавшего в наручниках и с лентой на рту человека охраны Рафшанова. Резко обернулся, почувствовал на себе чужой взгляд. Увидев Дементьева, отступил на шаг в глубь коридора, изумленно произнеся:
– Участковый?
– Именно!
И не дав наркоторговцу опомниться, Андрей врезал ему кулаком в челюсть, не сломав ее, но отправив владельца аптеки в нокаут. Перешагнул через неподвижное тело, вышел в торговый зал. У окошка за прилавком сидела знакомая Андрею продавщица. Она так же удивленно воскликнула:
– Вы? Откуда?
– Все оттуда же, Анфиса Николаевна, из милиции!
– Но почему со двора? И какие на этот раз к нам претензии?
– К вам, госпожа Курина, пока... я подчеркиваю, пока, у милиции нет никаких претензий после того, как прекратили продавать наборы наркоманов. А вот к вашему хозяину... впрочем, поднимайтесь, закрывайте сие заведение на учет и выходите к офису господина Леева. Да, и не забудьте прихватить с собой нашатырный спирт.
Женщина растерянно спросила:
– Зачем?
– В чувство своего работодателя приводить. Он оказался слабаком, от испуга потерял сознание.
– Что? Господи! Что происходит?
– Ничего особенного! Делайте, что я вам сказал, и в темпе, Анфиса Николаевна, в темпе!
Продавщица, опрокинув стул, бросилась к центральной двери, закрыла ее, вывесив табличку «Учет», затем так же почти бегом вернулась к витрине, взяла набор первой медицинской помощи, встала перед Дементьевым.
Капитан приказал:
– Следуйте за мной!
И пошел на выход, где у собственного кабинета лежал нокаутированный владелец аптеки. Увидев хозяина, Курина вскрикнула:
– Господи! Да жив ли он?
– Жив! Такие, как Леев, живучи.
– А за что вы его?
Женщина нагнулась над Леевым.
– Задаром, Анфиса Николаевна! Кстати, вы не видели, куда Евгений Петрович определил коробку, что недавно привез в аптеку Лысенко?
– Лысенко не знаю! А коробку какую-то охранник, что сегодня приехал с Леевым, в нишу за аппаратом оплат мобильной связи
– Грамотно! Если что, можно сказать, кто-то принес, ничего не видели, ничего не слышали!
– О чем вы?
– Да так, о своем! Ну что там, ваш работодатель?
– Сильно вы его ударили, но переломов, похоже, нет, а вот лицо заплывет точно.
– Ничего. Ему красоваться теперь не перед кем.
От нашатыря владелец аптеки пришел в себя. Попытался встать, но Дементьев поставил ногу ему на грудь, чем вызвал искреннее негодование женщины:
– Что вы себе позволяете?
Дементьев взглянул на Курину:
– Идите на свое рабочее место, Анфиса Николаевна. Предупреждаю, никому не звонить, на звонки не отвечать, аптеку не открывать, даже если этого потребует губернатор. Вам все ясно?
– Нет, мне ничего не ясно! И попрошу объяснить, что означают ваши грубые, хулиганские действия.
Капитан ухмыльнулся:
– Вам ли задавать вопросы, Анфиса Николаевна? Но я отвечу. Мои грубые и хулиганские, как вы их назвали, действия означают захват преступников, осуществлявших продажу крупной партии наркотиков. Захват, санкционированный Москвой, проведенный в рамках широкомасштабной контртеррористической операции. Вы во время доставки сюда наркотиков, в той самой коробке, что охранник спрятал в тайнике, находились в аптеке, а посему являетесь сообщницей наркоторговцев, если не их подельницей, имеющей долю в прибыли от организованной преступной деятельности. Вот такой расклад, Анфиса Николаевна. Еще вопросы будут? Вы продолжите возмущаться моими хулиганскими действиями?
Курина явно растерялась:
– Но я, я не знала, что в коробке. Леев не сказал, охранника вижу впервые. Это правда, товарищ участковый!
– Разберемся! А сейчас ступайте на свое рабочее место и помните о предупреждении. Не создавайте себе совершенно ненужных проблем!
Продавщица удалилась. Дементьев нагнулся над владельцем аптеки, убрав с груди ногу:
– Ну что, господин Леев? Предупреждал я вас, что прикрою это осиное гнездо? Предупреждал. Не верили. Уверовали в собственную безнаказанность, во всемогущество Рафшанова, продолжая торговлю дурью. И доигрались! Вас ждут ой непростые времена. Долгие годы на зоне. И это закономерный конец вашей преступной деятельности. Каждое зло должно быть наказано. И оно наказано. Рафшанов, и отец и сын, Бабаев, ваш партнер по бизнесу, курьер Лысенко, бармены в кафе, также лица, доставившие новую партию наркотиков на вашу базу, у усадьбы Бабаева взяты с поличным. Как и вы, господин Леев!
Владелец кафе побледнел, но сумел удержать себя в руках, изобразив недоумение:
– О чем это вы говорите? Я, конечно, слышал о Рафшанове, но кто о нем в городе не слышал?! Однако лично знаком не был. С Бабаевым пересекались, но редко, никакого совместного бизнеса у нас нет. Ни о какой наркоте я не знаю! Никто, ничего мне ни сегодня, ни когда-либо не доставлял...
– А как насчет коробки, что находится в тайнике за аппаратом оплаты услуг мобильной связи?
– Впервые слышу о каком-то тайнике и коробке. В тамбур заходят сотни людей. В том числе и специалисты, установившие и обслуживающие этот аппарат. Они могли оставить там все, что угодно.