Мститель
Шрифт:
– Ушел в столовую!
Хозяин квартиры подчинился.
Кабан, у которого неровно дергалась щека, спросил:
– Что ты решил?
– Не напрягайся, Кабан! Мой друг посоветовал отпустить тебя и за имеющееся «бабки»! Так что сейчас я уйду. Земляк Каримова находится в подъезде. Он ничего не соображает, пока – не соображает, а когда придет в себя, ни хрена не будет помнить с момента, как ему ввели специальный препарат. Он привез тебе ксивы. Через двадцать минут можешь выходить на стоянку, забирать тачку Рахима и валить на все четыре стороны. Считай, что
Кабадзе внимательно посмотрел на капитана:
– Я понял тебя!
Дементьев прищурил глаза:
– Молодец! Рахима не трогай, с Каримовым делай что хочешь. И быстрее уходи из Москвы. Не надейся, что сможешь перекантоваться здесь даже в самой надежной хате. Спецы перевернут всю столицу. И сделают это оперативно. Не загоняй себя в угол. Но это теперь, в принципе, твои проблемы.
Капитан бросил на ковер ключ от наручников:
– Снимешь, как уйду! И избавься от браслетов при первой возможности. Прощай, Кабан, да простят меня ребята, погибшие у Кентума, за то, что не убил тебя. Хотя, наверное, не простят. Но дело сделано, обратного хода нет.
Дементьев, спрятав пистолет, достал сотовый телефон:
– Саня? Внимание! Я выхожу!.. Давай!
Капитан поднял сумку и направился к выходу, спустился по лестнице мимо сидевшего и находящегося в ступоре Рахима. Прошел мимо закрытого окошка нейтрализованной охраны элитного дома, вышел из подъезда. Направился в сторону переулка, где его встретил полковник Крымов:
– Слушал ваш разговор.
– Ну и как?
– Да вроде нормально. А там, черт его знает, как дальше поведет себя Кабан. Может, и прочухал игру. Тогда вся операция полетит к чертям собачьим. Кабадзе мы возьмем по-любому в нужный момент, браслеты пометили его, так что все передвижения будут фиксироваться через спутниковую систему. А вот выведет ли он нас на базу Хана, вопрос. Если нет, то... но не будем загадывать.
– А Кабан не въедет, что царапина от наручников на руке не случайна?
– Браслеты почти всегда оставляют следы. Их не подгоняют под определенное лицо.
– Но заусенец?
– Издержки производства. Да и царапина останется пустяковая, через пару дней заживет.
– А что это за хреновину мы ему ввели через браслеты?
– Радиоактивную жидкость! Она будет выдавать излучение, которое зафиксируют очень чувствительные датчики антенны спутника. Или наземные приборы, если держать объект в радиусе тридцати километров.
– Значит, мы облучили Кабана?
Крымов улыбнулся:
– Тебе его жалко?
– Хороший вопрос, я же тоже держал эти браслеты. И они находились у меня гораздо дольше, чем на запястьях бандита.
– С той лишь разницей, что, когда спецнаручники были у тебя, радиоактивный элемент находился в микрокапсуле. Но даже если жидкость не была защищена, то ни твоему здоровью, ни здоровью Кабана ничего не угрожает. Степень облучения при вводе препарата и дальнейшем нахождении внутри организма сопоставима со степенью облучения при рентгеновском обследовании. В общем, все нашими специалистами продумано.
Дементьев не унимался:
–
– Да хоть рота химзащиты со всем своим оборудованием. Облучение не превысит допустимую норму.
– Как же спутник зафиксирует облучение, а главное – определит, что оно исходит именно от Кабана, а не от другого лица или технического объекта? Как распознает Кабана, если любое тело имеет радиоактивный фон? Вот что мне непонятно.
– Тебе это нужно, капитан? Технари сказали, что смогут вести объект, если мы введем в организм радиоактивное вещество, так чего нам ломать голову, как это они сделают? Главное, результат.
– Ясно! Будут вести Кабана, ну и ладно, большего нам не надо.
Крымов внимательно посмотрел на Дементьева:
– По-моему, ты, Андрей, не совсем доволен своей работой.
– Угадал! Как-то уж вот наивно выглядело. Я, кровник Кабана, опережая спецслужбу, выхожу на его след, успешно иду по нему, без проблем осуществляю преследование, легко вычисляю его логово, заявляюсь на хату и... предлагаю сделку. Но сделка – ладно. Для таких типов, как Кабан, подобный ход в порядке вещей. А вот все остальное слишком просто.
Начальник отдела спецмероприятий сказал:
– Чем проще, тем лучше. Простота как раз может и сбить Кабана с толку. А позже он вообще успокоится, когда беспрепятственно уйдет из Москвы и региона. И от сомнений, которые могут сейчас терзать его, не останется и следа!
– Из Москвы-то он уйдет, но вряд ли с ходу ломанется на базу. Начнет кружить.
– Так мы это и просчитывали. Пусть кружит. Пусть связывается с Тимуром. Вполне вероятно, тот прикажет Хану покинуть базу. И Кариму свалить из Хаба-Юрта. Но через какое-то время, когда ситуация устаканится, все вернется на круги своя. Узнать бы, где этот гадюшник. Узнав, отработаем так, что возьмем Хана, а тот выложит маршрут транзита рабынь дальше на Восток!
Диалог начальника отдела спецмероприятий с капитаном милиции прервал сигнал вызова на сотовом телефоне полковника Крымова:
– Да, Саня, слушаю тебя!
– Дементьев с тобой?
– Со мной!
– Кабан тоже вышел. С ним Рахим. Идут к машине Халимова. В руке Кабадзе кейс и целлофановый пакет.
– Так Дементьев дорожную сумку у него конфисковал. А Каримова не видно, значит!
– Думаю, в квартире № 5 мы обнаружим труп доверенного человека Тимура Абадзе.
– Не исключено, что Кабан и Рахима уберет!
– Возможно! Так, «Паджеро» выехал с территории, окружающей дом. Пошел к проспекту. Посмотри на прибор, фиксирует ли он Кабадзе?
– Минуту!
Крымов вернулся в машину, открыл кейс, достал специальный прибор с небольшим монитором.
– Все в порядке, Саня! Прибор пока устойчиво принимает сигнал. Сейчас свяжусь с Управлением, узнаю, видит ли боевика спутник!
– Давай! Я выхожу к вам.
– До встречи.
Из технического отдела ГУБТ начальник отдела спецмероприятий получил сообщение, что и разведывательный спутник, работающий на службу антитеррора, контролирует объект.