Мститель
Шрифт:
Майкл слез вниз и присоединился к Небворту.
— Кажется, на сегодня нам придется прекратить работу, — промолвил Джек.
— Атмосфера напряженная, и, вероятно, пройдет немало времени, прежде чем мне удастся заставить девушек работать ночью.
Майкл взял в свою машину директора и всю дорогу обратно домой раздумывал над странным появлением зверя. Кто-то ухитрился надеть Багу наручники. Как это ему не пришло в голову, когда он рассматривал сломанное звено? Никакой человек не мог разорвать цепь. Но Баг бежал. Вопрос, от кого? Как? И почему он не возвратился
Высадив директора у студии, Майкл прямым путем направился к дому сэра Грегори. Он нашел его играющим в гольф на лужайке вблизи дома. Старик все еще был забинтован, но, по-видимому, уже поправлялся.
— Да, Баг вернулся. Он пришел приблизительно полчаса тому назад. Бог его знает, где он все это время пропадал. Мне не раз хотелось, чтобы он мог говорить, но еще никогда я этого так не желал, как теперь. Кто-то заковал ему руки, и я только сейчас снял с него наручники.
— Можно их посмотреть?
— Вам это было известно, не правда ли?
— Я видел его. Он вышел из старой башни на холме. — Майкл рукой показал туда, где находилась башня.
— Неужели он был там? Какого черта он там делал? — Сэр Грегори в раздумьи почесал подбородок. — Он и прежде уходил мили за три отсюда, где много зелени и его никто не мог заметить. Нашли вы Фосса?
Баронет возобновил игру и уставился на шар, лежавший у него под ногами.
— Нет еще, — спокойно ответил Майкл.
— Но надеетесь найти?
— Не будет ничего удивительно, если мы его найдем.
Сэр Грегори стоял, готовясь сделать удар.
— Скажите, что полагается по закону, если человек убьет своего слугу, который напал на него?
— Ему придется отвечать по закону. Суд, удостоверившись в факте нападения слуги, вынесет оправдательный приговор.
— Но представьте себе, что человек не сообщит об этом вовремя. Предположим, он скроет содеянное, закопает труп где-нибудь и умолчит об этом…
— Таким образом он поставит себя в весьма опасное положение, — ответил Майкл. — В особенности, — он в упор посмотрел на собеседника, — в особенности, если женщина была случайной свидетельницей или каким-нибудь образом узнала об этом.
Единственный видимый Майклу глаз сэра Грегори сверкнул, и лицо его покрылось краской.
— Предположим, что она попытается получить от него деньги под угрозой донести на него полиции?
— В таком случае, — терпеливо ответил Майкл, — она попадет на скамью подсудимых за шантаж и как соучастница в преступлении.
— Неужели? — сказал сэр Грегори. — Неужели она будет обвиняться в соучастии, если присутствовала при том, как резали человека? Имейте в виду, что это случилось много лет тому назад. Ведь есть же какой-то закон давности для такого рода преступлений.
— Только не для убийства.
— Убийство? Разве это можно назвать убийством? Ведь это было совершено в силу самозащиты.
Майклу постепенно становилось все ясным. Как-то раз Стелла Мендоза назвала баронета убийцей, и теперь Майкл восстанавливал в уме всю картину преступления. Какой-то цветнокожий слуга, один из малайцев, впал в буйное помешательство, как это с
Все было ясно, как на ладони.
— Так, стало быть, вы закопали свою несчастную жертву? — хладнокровно спросил Майкл.
— Закопал?.. Что вы хотите сказать? — переспросил баронет. — Я никого не убивал и никого не закапывал. Я вел с вами теоретический разговор.
— А мне показалось, что вы спрашиваете практического совета. Но все равно.
Действительно Майкла интересовали подобного рода преступления, и если бы он не был занят сложным делом Охотника за головами, он охотно занялся бы сэром Грегори. Привлекало его также и другое обстоятельство. Грубость натуры сэра Грегори, чудовищность его фантазии и вульгарность его любовных похождений указывали на нездоровую психику этого человека, и он с удовольствием избавил бы общество от этого индивида. Но сейчас он еще не был уверен кое в чем.
— До чего странно, как эти вопросы превращаются в навязчивые идеи, — продолжал сэр Грегори, снова приходя в себя. — Такой человек, как я, которому совершенно не к чему обременять себя подобными мыслями, тем не менее носится с ними. Так вы говорите, она будет обвиняться в соучастии? Ведь в таком случае ей угрожают каторжные работы?
По-видимому, эта мысль давала ему большое чувство удовлетворения, и он был почти любезен с Майклом, когда тот, осмотрев наручники, стал прощаться.
— А сам Баг сильно пострадал? — спросил Майкл.
— Нет, ничего. У него на теле две-три царапины и только. — Сэр Грегори, по-видимому, не делал никаких попыток скрыть, что произошло ночью. — Дело, видите ли, в том, что он, бедняга, явился на помощь мне. И тот человек едва не убил его.
— Что было на голове у коричневого человека?..
— У Кеджи? Не знаю. Мне кажется, у него на голове была шляпа, но я не уверен. А почему вы спрашиваете?
— Я просто так спросил, — с беззаботным видом ответил Майкл. — Может быть, он потерял ее в катакомбах?
Говоря это, Майкл зорко следил за своим собеседником.
— В катакомбах? Никогда не слыхал о них. Что это такое? Это какие-нибудь пещеры в окрестностях? — задал невинным тоном вопрос сэр Грегори. — Вы великолепно ознакомились с топографией местности, Бриксен. Я живу здесь двадцать лет и все же каждый раз путаюсь, когда отправляюсь в Чичестер.
28. ОБЪЯВЛЕНИЕ
Вопрос о катакомбах интересовал теперь Майкла больше всех других обстоятельств дела. Он решил обратиться к Лонгвалю, знакомому лучше других с историей и окрестностями Чичестера. Старика не было дома, но Майкл встретил на дороге его старомодный экипаж, возвращавшийся из города. Услышал он его раньше, чем увидел: плохо смазанные колеса пронзительно скрипели, а расшатанная пролетка дребезжала, словно воз с гвоздями. Майкл остановил ее, и Лонгваль любезно уступил сыщику место рядом с собой на козлах.