Мракоборец 2
Шрифт:
Обошёл здание. Ещё раз досконально изучил дела всех участников моей команды.
В ангаре царил предутренний полумрак. Время близилось к шести. Осветительные лампы были отключены, лишь слабый проблеск пробивался через узкие окна наверху. По полу рассыпаны тени, и в этой серой полутьме я почувствовал приятное возбуждение: сейчас я буду будить свою новоявленных бойцов. Посмотрим, как они выдержат.
Я прошёл на складскую секцию и нашёл трёхкомнатное помещение, где кто-то из них завалился. Судя по негромкому похрапыванию,
Утречка всем… Я приоткрыл дверь, вслушался, усмехнулся и резко рявкнул:
— Подъём! Всем встать! Живо!
На меня воззрились несколько сонных, ошарашенных лиц. Один аж дёрнулся, будто его током ударило, другой подскочил и, похоже, рефлекторно потянулся к ножу, но быстро понял, что это всего лишь я. Девушка зарычала что-то непонятное и полезла за кроссовками. Ветеран открыл один глаз и выглядел так, словно готов был пристрелить меня, но промолчал.
— Ну что, — осклабился я, — Доброе утро, дамы и господа. Вы элита или деревенские лодыри? Быстро на ноги!
Дождался, пока они проснутся окончательно и начнут собираться. Слышал откуда-то сбоку негромкие проклятия — ну уж извините, не на курорте. Тут же проверил соседнюю комнату, где лежал Михайлов и ещё людей. Приказал немедленно выходить в ангар: там устроим утренний сбор.
Минут через пятнадцать народ начал подтягиваться, кто в чём. Некоторые ещё тёрли глаза, двое были в тренировочной форме, один даже при полном параде. Я стоял посреди ангарного пространства и прикидывал: как бы устроить им небольшую панику?
Я выцепил рацию, включил громкую сирену — рёв прозвучал так, что у кого-то чуть не лопнули барабанные перепонки. Бойцы, которые не привыкли к подобному, дёрнулись и ощетинились, кто-то схватился за оружие. Я ухмыльнулся:
— Спокойно! Учитесь быстро реагировать. Если хотите жить, когда начнётся реальный бой, надо быть готовыми к любым сюрпризам.
Некоторые уже начали что-то перешёптываться, мол, «что за беспредельщик этот Градов». Но я почувствовал в них не только раздражение, но и долю уважения: если я могу встать в такую рань и командовать, значит, не простой трепач.
Вскоре у ворот загудел мотор, и показался грузовик Империи с продуктами. Из кабины выскочил молодой боец в стандартной форме, молча выгрузил коробки — каша, мясо, чай, вся эта классика армейского рациона. Я подозвал Михайлова:
— Знаешь распорядок? Раздайте людям пайки, пусть поедят, но всё максимально быстро. Через час хочу видеть всех на полигоне с полным желудком и готовыми бегать.
— Слушаюсь, — кивнул он.
Я решил сам поучаствовать: подошёл к коробкам, взял порцию каши, передал девушке, улыбнувшись ей, словно проверяя, не слишком ли она зла на меня за резкий подъём. Она вздохнула, пробормотала «спасибо» и отошла к остальным.
Бывший уголовник, державшийся немного в стороне, вынул из кармана сигарету, но, увидев мой недовольный взгляд,
Пока все ели, я подходил к каждому, спрашивал, кем он был раньше, какие навыки. Вроде бы уже узнал из дел, но хотелось выяснить, не скрывают ли они чего. Тощий, например, признался, что умеет чинить броневую технику и даже перепаивать какие-то схемы. Хакер сказал, что может взламывать камеры, беспилотники, дроны, короче, всё что угодно. Михайлов рассказал о навыках командования, что в его подразделении их обучали штурмовать здания. Короче, каждый внёс немного уточнений, но ничего суперсенсационного я не услышал. Теперь можно было и самому поесть.
Когда все съели кашу и хлеб, я жестом указал на дальнюю часть огромного ангара:
— Построение. Пять минут.
Все подтянулись. Настроение у некоторых было сонно-озлобленное, но я уже видел, как в глазах просыпается спортивный азарт: они понимали, что так просто я их не отпущу, а значит, придётся соответствовать.
— С этого дня начинается наш полноценный боевой распорядок, — объявил я, скрестив руки на груди. — И первое правило: никто не жалуется на ранние подъёмы. Второе: если вы не готовы испытывать боль на тренировках, лучше сразу валите. У нас предельно жёсткие условия.
Пауза. Никто не двинулся, не сказал «хочу уйти». Я продолжил:
— Отлично. Теперь — распределение ролей. Мы не просто толпа, мы «Отряд 7». Чтобы не путаться, я дам каждому позывной, а также укажу вашу основную специализацию.
Я достал список, заранее нацарапанный на клочке бумаги, и начал:
— Михайлов. Позывной «Старший». Звучит, конечно, пафосно, но так нам проще. Ты — координатор общих действий. Если я иду в бой, и меня нет рядом, значит, за командой смотришь ты. Возражения?
Он качнул головой:
— Принял, командир.
— Корчагина Анна, — я перевёл взгляд на девушку. — Теперь «Кора». Ты — наш снайпер и глаза на поле боя. Твоя задача: наблюдать, отрабатывать дальние цели. Надеюсь, справишься.
— Конечно, — ответила она ровным тоном, хотя в глазах мелькнула искорка любопытства.
— Игорь Сомов, «Клей». Отвечаешь за технику, ловушки, взрывчатку и разминирование. Сможешь оснастить наши машины дополнительными фокусами или устроить сюрприз врагам?
— Запросто, — ухмыльнулся он. — Клей — значит, прилипнет к любому.
— Вот и хорошо, — я сместил взгляд на статного мужчину постарше. — Фёдор Шевцов, «Батя». Ты — ветеран, я вижу в тебе опыт и стратегический ум. Будешь помогать в планировании, подсказывать, если видишь ошибку. Но помни: последнее слово за мной.
— Понял, — хрипло ответил он, нахмурился, но промолчал.
— Сергей Руденко, он же «Гвоздь». Из тебя выйдет неплохой штурмовик. Любишь идти вперёд? Окей, но всё же в паре с кем-то. Один не геройствуй.