Моя
Шрифт:
— Поттер, я жду.
— Что ты хочешь услышать? — слишком устало проговорил Гарри.
— Я всегда знал, что у тебя проблемы со зрением, но, чтобы еще и со слухом — это слишком даже для тебя, Поттер. Мне повторить?
— Не надо, — огрызнулся Поттер. — Гермиона после похорон родителей от нас полностью отдалилась. Игнорирует меня, Рона и даже Джинни. Как только я пытаюсь с ней заговорить, она уходит. Она и на похороны отправилась одна, хотя я думал, что она захочет кого-то из нас с собой взять…
«Ну да, одна…»
— И вообще,
Драко отвернулся и отошел к окну. Уже было довольно темно, и это нравилось Драко. Он любил это время суток. Поздний вечер. Ночь. Именно ночью обнажается истинная душа человека и появляются сумасшедшие идеи, как, например, устроить задушевный разговор с Поттером, о котором завтра, наверняка, будет знать вся школа.
— Назови мне, Поттер, хотя бы одну причину, почему я должен отвечать на твои вопросы.
— Я же на твои отвечаю, — голос Поттера раздался слишком близко. Малфой боковым зрением увидел, что тот стал рядом и так же смотрел в окно.
— Если вопросов больше нет, я пошел, — Гарри развернулся в медленным шагом двинулся к выходу.
Когда он, наконец-таки, достиг двери, Драко услышал тихий, но жесткий голос Поттера:
— Если ты ее обидишь, я тебя из-под земли достану, — и парень скрылся за дверью.
После разговора с Поттером прошло несколько дней, а ситуация так и не изменилась. Грейнджер по-прежнему ходила одна и ни с кем не общалась. Однажды за завтраком, когда Поттер попытался с ней заговорить, девушка снова его проигнорировала и ушла, гриффиндорец посмотрел в сторону Драко и пожал плечами.
«Чертов Поттер абсолютно ни на что не годен! И кто придумал, что он — Избранный, если он даже подруге помочь не в состоянии, нe то что всему магическому миру?! А если самому попробовать поговорить с Грейнджер? Хотя, если учесть, что она и меня игнорирует, это будет довольно сложно. Но, черт возьми, ее нужно вытаскивать из такого состояния. Не хватало, чтобы она еще на себя руки наложила…»
Последняя мысль застряла в голове Драко. Почему его это так волнует? Почему его волнует, сможет ли Грейнджер свести счеты с жизнью или нет? Подумаешь, одной грязнокровкой больше, одной меньше. Но его это волновало. Очень волновало. До дрожи в коленях. До сжимания сердца.
Гермиона уже давно покинула Большой зал, а он так и пялился на гриффиндорский стол, даже не потрудившись этого скрыть.
На улице была ночь. Уже давно глубокая и непроглядная. Драко ворочался в постели. Он так и не смог заснуть сегодня. В голову лезли какие-то страшные мысли. Они касались всего: Грейнджер, отца, матери, Волан-де-Морта, снова Грейнджер. Почему-то парню казалось, что сегодня что-то должно было произойти. Что-то, что окончательно изменит его жизнь.
Вдруг раздался какой-то стук. Драко не сразу сообразил, что это стучали в дверь. Он резко поднялся и в пару шагов преодолел расстояние до дверей. Открыв
— Хозяин Драко, Вам просили передать.
Драко забрал небольшой лист пергамента у эльфа, и тот тут же исчез.
Не медля, парень развернул его, и его глаза округлились.
Прощай, Драко.
Спасибо за все.
Г.Г.
— Твою мать! — Драко схватил мантию и буквально вылетел из комнаты.
Он бежал настолько быстро, насколько у него хватало сил.
Хоть уже была глубокая ночь, но не хотелось попасться никому из преподавателей или Филчу.
Он точно знал, куда бежать. Точно знал, где она. И точно знал, что она собралась сделать.
Преодолев все ступеньки, ведущие на Башню Астрономии, Драко резко затормозил.
Девушка стояла на внешнем выступе за перилами и держалась только одной рукой.
Нужно было срочно действовать.
— НЕТ!!! — Драко не успел даже поразиться истеричности своего голоса. Он побежал к ней и схватил за руку, когда Гермиона уже была готова сделать шаг в бездну.
Он продолжал держать девушку одной рукой, а второй легко подхватил ее под колени и перенес на безопасное расстояние от края Башни. Там он поставил девушку на пол и буквально накинулся на нее.
— ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ? СОВСЕМ РЕХНУЛАСЬ?!
Гермиона никак не реагировала. Взгляд пустой. Все тело била мелкая дрожь.
Драко встряхнул ее. И снова ничего. Да что же это такое?
Тогда парень решил прибегнуть к крайнему методу — поцеловать. Прошла, наверное, вечность, когда Грейнджер стала отвечать, и парень отстранился.
— Что это сейчас, черт возьми, было? — он уже не кричал.
— Я не могу так больше, — тихо, сглатывая слезы, проговорила Гермиона. — Я не могу без них. Так будет лучше… Для всех…
— Ты с ума сошла? Кому от этого будет лучше? Ты потеряла родителей, но у тебя есть друзья. Ты не одна… — ему так хотелось добавить, что еще у нее есть он, но эти слова застряли в горле и не желали быть произнесенными.
— Мне не для кого жить… — Гермиона уже плакала.
— Не смей так говорить, Грейнджер, слышишь, не смей! Продолжай жить для себя, Поттера, Уизли, для меня… — последнее было сказано уже шепотом, чтобы за всхлипываниями девушка не услышала. — Не смей больше пытаться свести счеты с жизнью! Ты слышишь меня? — Гермиона неуверенно кивнула.
— Умница! — парень прикоснулся губами к ее виску. — А теперь, пойдем-ка спать.
И снова Драко, взяв девушку на руки, понес ее в Выручай Комнату. Там она будет в безопасности.
====== Полыхая новым чувством ======
После той ночи Гермиона пришла в себя.
Очнувшись в Выручай Комнате, девушка с интересом огляделась по сторонам. Комната на этот раз была незнакомая. В прошлые разы Малфой специально просил открыть настоящую спальню в доме Грейнджер, но после ужасающей ночи он решил, что это может только сильнее ранить девушку.