Моя за долги!
Шрифт:
Если он сейчас начнет раздеваться дальше, не знаю что делать..
Но он этого не делает, всего лишь делает шаг ближе и упирается ладонями в мягкую кровать, мой взгляд моментально скользит по рельефным мышцам. Марат ложится поверх одеяла прямо в джинсах, подкладывает ладонь под голову.
Он ведь сдержит свое слово, да? Он ведь не соврал?
Мужчина будто чувствует на себе мой взгляд и поворачивает голову, мы встречаемся взглядами лишь на секунду и я закрываю глаза.
Как страшно, когда не видишь выражение
Почему-то я была уверена, что да. И именно это подталкивало меня открыть глаза.
Мои ресницы подрагивают, веки дрожат, такое ощущение, что я в любую секунду просто не сдержусь, я еще никогда не боролась с таким ярым желанием открыть глаза.
Нужно всего лишь подождать пока он уснет, но я боюсь, у меня не хватит сил. О чем вообще думала, когда тянулась за вином? А может он как раз на это рассчитывал?
«Ну да, пока была в нормальном состоянии, не воспользовался, а сейчас решил что тот самый момент?» — отвечает мое внутреннее я.
Моя самооценка в момент рухнула вниз. Мысленный разговор с собой ни черта не помогает.
Я вновь перебарываю желание приоткрыть глаза и хоть одним глазком взглянуть на него. Спустя пару минут эти мысли и вовсе покидают меня, но решаюсь задать вопрос очень-очень тихо, так, чтобы он думал, что я сделала это во сне:
— Что будет завтра?
Ответа я не услышала, лишь крепко вцепилась пальцами в ткань пододеяльника, так и не взглянула на него. Да и не хотелось уже. Я будто нашла удобное положение, тело расслабилось, а веки на самом деле начали тяжелеть. Меня утягивало в сон, и теперь сложно было сопротивляться миру грез.
Я чувствовала, как кровать рядом со мной немного прогнулась, но была где-то на грани реальности и не восприняла как опасность, но могла быть уверенна, что услышала:
— Завтра ты станешь доверять мне больше, девочка, как и с каждым последующим днем..
Марат
Медленно поворачиваю голову в сторону девушки, которая почти с головой зарылась под одеяло. Дыхание медленное и размеренное. Протягиваю руку и тяну одеяло вниз. На ее лбу выступили маленькие капельки пота.
Жарко. Но предпочитает прятаться от меня.
Упертая.
Рука тянется к ее волосам, пропускаю сквозь пальцы густые волнистые волосы, накручиваю прядь на палец. Волосы как шелк. Слегка касаюсь линии скул, убираю тонкую выбившуюся прядь с ее лица.
Действительно спит, или позволяет мне касаться её?
Второй вариант бы меня весьма устроил. Внимательно вглядываюсь в ее лицо, мысли в голове мелькают разные. И ни одной из них я не рад.
Девушка глубоко вдыхает, принимает удобную позу и откидывает одеяло. Жарко. И мне тоже.
Да, она спит, уверен.
Делаю для себя вывод,
Значит, не злоупотребляет алкоголем.
И это не совсем вяжется с ее возрастом.
Многое не вяжется.. Мои поступки тоже порой несознательны.
Так, нужно отвлечься. Поднимаюсь с кровати и направляюсь к двери. Нужно немного освежиться. Дверь запираю на ключ, с недавних пор и в мою комнату появился как таковой замок, хотя моя спальня никогда не запиралась.
Внизу прохладней, иду в гостиную, сейчас бы сбросить напряжение в зале, но на данный момент я предпочту пару бокалов алкоголя.
— Ты что здесь делаешь? — холодно обращаюсь к Егору, заметив его в излюбленном кресле.
— Дверь не заперта, — кивает.
Видимо на эмоциях вылетело из головы. Раз уж девчонку не заметил.
— Ну как дела?
— Терпимо, — отвечаю и направляюсь в игровую комнату. — Выпьешь?
Егор усмехнулся.
— А я когда-то отказывался?
«И то верно».
Достаю из бара бутылку виски, ставлю на бильярдный стол два стакана. Егор обходит стол с другой стороны, берет кий, перекручивая его между пальцев. Долбанная привычка.
— Знаешь, я слышал сегодня забавную историю, — начинает он, наблюдая за тем, как я сажусь на спинку дивана.
Поднимаю на него безразличный взгляд.
— Если хочешь рассказать, рассказывай, знаешь же, я не люблю, когда тянут сам знаешь за что.
Мне плевать, что он там скажет, никогда не интересовался сплетнями. Но в какой-то момент по взгляду друга почему-то кажется, что знаю, о чем пойдет речь.
— А я думал, ты первый начнешь…
— Мне сказать тебе нечего, — перебиваю. — А то, что слышал ты, меня не волнует.
— Серьезно? — возмущается. — Блестящая побрякушка того стоила? С каких пор ты пошел по своим?
Делаю большой глоток горькой жидкости.
— С каких пор они для меня свои? — выгибаю бровь, ответ Егору явно не понравился. — Я не работаю ни с кем, сам знаешь. Я сам по себе.
— От этого ясней не становится.
— А разве я обязан что-то объяснять? — непроизвольно хмурю брови. — Причины моих поступков всегда имеют смысл.
«Ну, почти».
Встаю и ставлю опустевший стакан на стол. Снова наливаю темную жидкость.
— Не говори что все из-за девчонки, — упирается ладонями в стол, слышу тихую усмешку. — Небось, снова сбежала?
— Нет, — коротко отвечаю, делаю глоток и замираю.
Егор выпрямляется, на его лице мелькнуло удивление.
— Неужели, — тихо и недовольно произносит.
Он осушает содержимое бокала и морщится. Я сжимаю ладони в кулак, стекло в моих руках вот-вот треснет, но я все же сдерживаю эмоции, расслабляю пальцы, рефлекторно веду плечами, сбрасывая напряжение.