Моя воля сильна...

Недзуми Шион

Она, Савада Тсунаеши, его, и он никому ее не отдаст. Тсуна усмехнулась, протянула руку и переплела пальцы со свободной рукой киллера. Тот поднес тонкую ладошку, прижался к ней губами, скользнул к запястью, где ровно бился пульс.

Свободные киллеры преследуют только свои интересы. Истинная правда.

– Когда должны прибыть кольца?
– сменила тему Тсунаеши. Руку она так и не отняла, перевернула, очерчивая кончиками пальцев мозоли от оружия на ладони мужчины.

– Завтра к полудню. Их должен привезти ученик Емитсу, Базиль. Вария попытается их отнять?

Раньше он не сомневался бы в подобном исходе, но теперь, когда в игру вмешался Чеширский кот, прописанный план летел к чертям.

Пожалуй, когда все закончится, утащит он ее подальше от всех мафиозных интриг и подковерных игр. Своего он не отдавал никому, он не принадлежит к Вонголе, чтобы ставить ее интересы превыше своих. Ему нужна Тсуна, а не Даи, вот и весь разговор.

Есть у него на примете один домик в Швейцарии.

– Не думаю, - Тсунаеши покачала головой, сделала глоток вина.
– Конфликт Колец уже объявлен, и Емитсу будет в городе в ближайшие два дня.

– После чего у нас останется всего неделя, чтобы подготовить детишек, - хмыкнул Реборн. И посмотрел серьезно, пристально: - Они ведь могут победить, как считаешь?

Скептически выгнутая бровь стала ему ответом.

– Против отряда убийц? Офицерского состава элиты киллеров мафии?
– в голосе сквозил неприкрытый сарказм.
– Не думаю, Реборн. Моему глупому маленькому брату не хватает ненависти, - киллер насмешливо фыркнул, девушка улыбнулась.
– И глубоких личных интересов. Ему даром не нужна Вонгола, и если Вария не будет угрожать жизни его друзей, а она не будет, у Даи так и не появится стимул сражаться.

Реборн вздохнул, снова посмотрел в бокал. Истина в вине? Действительно, рубиновые волны завораживали, манили. Мысли текли плавно, неспешно. Занзас - то, что нужно Вонголе. Дон Тимотео выбрал Даи не за красивые глаза, а потому, что приемыш не позволит ему остаться у руля, сразу отстранит. В лучшем случае старику придется доживать свой век где-нибудь на отдаленном острове, принадлежащем семье. И не вмешиваться в ее дела. Даи же оставил бы его при себе, советовался, слишком мягкий и нерешительный, чтобы нанести окончательный удар. Он еще не столкнулся с огромным количеством смертей, не глядел на надгробия с дорогими именами, чтобы уметь убивать.

Возможно, если бы в будущем, под прессингом обстоятельств, ему пришлось выбирать, он бы и смог убить противника, сжечь своим пламенем. Однако при этом он непременно потерял бы значительную часть себя. Нельзя совать руки по локоть в кровь и не запачкаться.

Этого не допустит уже Тсунаеши.

Впрочем, свое задание он выполнил: кандидата в боссы к экстремальным видам упражнений подготовил, остальное - уже не его задача.

Савада Емитсу появился в своем излюбленном стиле - весьма неожиданно. Вернувшись домой, они обнаружили развешанную во дворе постиранную шахтерскую форму, тяжелые ботинки со шнуровкой, кирку и самого "шахтера", сидящего за столом в ожидании вкуснейшего угощения от Наны. Сама женщина светилась от радости, хлопотала вокруг мужа и что-то безостановочно щебетала.

– Отец?
– сказать, что Даи был удивлен, значит - не сказать ничего. Емитсу редко позволял себе вырываться в гости к семье из-за важных дел.
– Что здесь делаешь?
– набычился подросток.

Маму он любил, и ему

не нравилось эгоистичное поведение отца, который даже не звонил ей.

Тсунаеши переглянулась с Реборном, кивнула.

– Здравствуй, Емитсу, - она прохладно-вежливо улыбнулась. С отчимом теплых отношений не сложилось, но и враждовать они не собирались.
– Даи, пойдем поможем маме накрыть на стол. Мы все проголодались, да и детей пора кормить.

– Угу, - Савада-младший беспрекословно направился на кухню.

Тсуна последовала за ним, оставляя Реборна "отчитываться".

На кухне счастливая Нана, напевая себе под нос, выдала им тарелки, чтобы отнести в общую комнату. Брат с сестрой приблизились, затем Тсуна неожиданно остановила младшего, приложила палец к губам.

– Ты спишь с моей дочерью!
– раздраженно шипел Емитсу.

– Она твоя падчерица, - скучающе произнес Реборн. Тсуна не сдержала улыбки, представив, как любовник чуть ли не зевает в лицо Внешнему Советнику.
– Но да, ты прав, я с ней сплю. И не только.

Судя по звукам, Емитсу поперхнулся воздухом. Рядом закашлялся красный как рак Даи. Парень быстро проскользнул внутрь, поставил тарелку и шмыгнул обратно на кухню. Тсуна тоже сгрузила свою ношу, но не ушла от дверей, осталась, прислушалась. Подслушивать, конечно, нехорошо, но как еще можно разжиться любопытной информацией?

– Он должен быть готов к сражению!
– Емитсу был... недоволен.

– Я сделал то, что не удавалось еще никому, - в голосе Реборна - превосходство и молчаливая угроза не переходить черту.
– За пару месяцев он подошел к пробуждению пламени - тому, чему Занзас обучался годами. Неужели ты правда думаешь, что у Даи есть шанс против Варии? Даже если потенциал Даи выше, чем у Занзаса, сырой силой главу отряда не взять. На его стороне опыт и мастерство.

– Предоставь мне самому решить вопрос с мотивацией наследника, - отчеканил Емитсу.

Тсуна заметила, как из кухни вышел Даи, взглянул вопросительно. Она взяла тарелки и отослала брата обратно. Ему не нужно знать, какой двуличной сволочью оказался его отец.

Обедали они вместе, но в странном молчании. Нет, даже не так - МОЛЧАНИИ. Оно чувствовалось в воздухе, ядом растекалось по венам. Может, эмоциональный диапазон у Даи и был как у чайной ложки - по мнению того же Реборна - но даже он ощущал недовольство отца и мрачное удовлетворение с вызовом репетитора. И старался держаться поближе к сестре, которая о чем-то напряженно размышляла, практически не вмешиваясь в разговор. Который поддерживала одна, ничего не замечающая, Нана. Лишь ее взгляды, бросаемые на старшую дочь как бы говорили "Я предупреждала". Ее предчувствие, из-за которого она и вызвала в свое время дочь обратно домой, сбывалось.

Вместе с ними за столом присутствовал ученик Емитсу - Базиль. Милый мальчик с зачесанными на один глаз соломенными волосами. Тсуна сразу отметила, что занять пост учителя ему не светит - слишком мягок, слишком добр. Он сочувствовал, сопереживал Даи, а не вычислял свою выгоду. Неслыханное дело для мафиози. Если он не уберет эти ненужные эмоции, ему так и светит остаться на роли мальчика на побегушках с функциями телохранителя и курьера.

Когда Нана вышла из комнаты, чтобы помыть посуду, Тсуна последовала за ней. Они сгрузили тарелки в раковину, и мать молчаливо кивнула на коридор.