Моя одержимость
Шрифт:
Во рту ужасная сухость, пальцы онемели. Жарко.
Прикосновения к клитору заставляют взвыть. Они мягкие, поверхностные, но даже так сейчас слишком.
Очень много всего.
Очень.
Я не уверена, что выдержу.
Горячая сперма заливает живот. Егор помогает себе рукой, после откатывается в стороне.
Минута.
Две.
Едва не плачу, когда пробка вновь включается.
— Ш-ш, все хорошо. Я понял, ты пока еще не со мной, — мягкий смех, затем снова пальцы между моих ног. Вытаскивают игрушку.
Голос
Когда Егор приносит стакан воды с плавающими в нем прозрачными кубиками, мои щеки вспыхивают. Жадно пью, лед касается распухших губ.
Это почти похоже на новый оргазм.
— Перевернись, Ась. Надо убрать остатки воска с твоей спины.
Я похожа на ленивца из мультика, где он сидел на почте. Все делаю очень медленно, меня тело сейчас не слушается.
Егор использует какую-то очень щадящую щетку. Становится щекотно на некоторых участках, и я улыбаюсь, уткнувшись в подушку. Дальше на мою спину опять льется странная жидкость. Гель или что-то вроде, насколько я понимаю чуть позже.
По коже пробегает легкий холодок. Меня настолько разнеживает этот новый массаж, что я не могу удерживать веки, и они смыкаются.
Я абсолютно голая. В чужой постели. Засыпаю.
Глава 24
«Хорошо подумай, девочка. Нам бы не хотелось как-то вредить твоей семье».
В сообщении два вложения. Я открываю первое видео, и телефон тут же выпадает из рук. На экране мой брат, Денис смотрит точно в камеру. Его практически невозможно узнать, все лицо — одна сплошная гематома.
На втором видео Стася. Ее снимали во время прогулки, она играет в песочнице с какой-то девочкой и улыбается так широко, что у меня самой сводит скулы.
Подонки.
Других слов у меня просто не находится. Использовать маленького ребенка в своих угрозах… Уму непостижимо.
— Ася, смотри, он умеет гавкать!
Вздрагиваю, когда в комнате раздается настоящий собачий лай. Подыгрывая пчелке, заглядываю под диван и притворно удивляюсь, что у нас не завелась настоящая собака.
Мы вернулись домой пару часов назад, Егор привез, и все это время занимались распаковкой нашего нового члена семьи. Стася светится от счастья, нажимает на все кнопки пульта и бегает вокруг Балу, когда робот двигается.
— А что там у тебя? — племянница пытается заглянуть в мой телефон, но я быстро блокирую экран и несильно щелкаю ее по любопытному носу.
— Это по работе, солнышко. Обедать пойдем?
Время как раз подходит. Сегодня я не повела Стасю в центр, потому что мы проснулись только около десяти. Вернее я проснулась…
Очнулась в кровати Егора, одна. Оделась быстро и вышла из спальни. Увидела Стасю в гостиной перед телевизором, на столе рядом с ней тарелка с погрызанными корочками от пиццы. Она налетела на меня с обнимашками и попросила сильно не ругать «дядю Егора» за отсутствие полезного завтрака.
После
Балу снова тявкает, Стася подхватывает его на руки и несется на кухню. Роботу пришлось выделить небольшую зону рядом с холодильником, куда мы поставили два блюдца — одной с водой, второе с двумя кусочками колбасы.
— Не хочу суп, — морщится пчелка. — Можно мне снова пиццу?
— У тебя будет болеть животик, если есть ее слишком часто, — ставлю перед ней полную тарелку, себе беру просто подсушенный кусочек хлеба, чтобы погрызть.
— А когда папа придет?
— Малыш, у него сейчас много важной работы. Но он звонил, пока ты спала. Спрашивал, как у нас дела.
— Правда?
Сжимаю зубы, кивая. Пусть хоть у Стаси сохранится хорошее настроение.
В клубе вечером многолюдно. У меня внутри все бурлит от мысли, что кто-то может найти сверток в шкафчике, где я его спрятала. Вадим несколько раз спрашивает, точно ли со мной все в порядке. Просит рассказать, если ко мне снова кто-то пристает.
— Да я не выспалась просто, — отмахиваюсь от его назойливых вопросов, натягивая самую искреннюю, на какую только сейчас способна, улыбку на губы.
— Ну-ну, — Вадим сам переставляет коктейли на мой поднос. — И кто же тебе спать не давал, Асенька?
Я убегаю к столикам.
Егор появляется в клубе позже обычного. Мы встречаемся взглядами, он подает мне знак подняться на второй этаж, куда направляется сам. Набравшись смелости, отыскиваю его среди других гостей, по привычке проговариваю заготовленную стандартную речь.
— Я вроде еще не в том возрасте, чтобы забывать имена окружающих меня людей, — он посмеивается и резко за руку дергает меня на свои колени.
— Не нужно, — ноги не достают до пола, вывернуться слишком сложно.
— Лапуль, утром же еще все нормально было. Ты улыбалась. Что изменилось?
Пытаюсь собраться с мыслями хоть немного, но Егор отвлекает чувственными поцелуями в шею. Отводит мои волосы, скользим языком по коже, вызывая волну мурашек по коже.
Все прекращается, когда у него звонит телефон. Егор прикладывает палец к моим губам, просит быть тихой, прижимая к себе. На таком расстоянии я могу слышать все из-за слишком громкого динамика. Женский голос называет Егора милым и просит его приехать для какого-то важного разговора.
— Ась, — нажим руки усиливается, когда я пытаюсь слезть. — Это глупости все. Мать Алекса внезапно решила сменить место жительства, я снял квартиру для нее, чтобы не докучала.
— Хорошо, я…я поняла.
— Офелия, — Егор прищуривается. — У меня нет с ней никаких отношений, и я понятия не имею, почему она вдруг решила позвонить так поздно.
— Понимаю.
— Врать ты не умеешь, малышка, — он снова пытается поцеловать меня, но я начинаю сопротивляться активнее.
— Не нужно. Все это… Я не хочу.