Моя навсегда
Шрифт:
Потерпев вторую неудачу, Иден удивленно взглянула на Себастьяна. Должно быть, слабость повлияла на его поведение, раньше он реагировал совсем иначе. Как же ей его расшевелить? Спешившись, она поднялась на крыльцо и села в кресло, закинув ногу на ногу, но он снова помолчал и никак не прокомментировал не подобающую леди позу.
— Нам нужно обсудить кое-какие интимные моменты. — Иден на мгновение задумалась, подбирая подходящие слова. — Поскольку ты не способен выполнять определенные обязанности, а я открыла для себя прелесть проведения
У Себастьяна задергалась щека, но, вцепившись в подлокотники кресла, он заставил себя прикусить язык и подождать, когда Иден сформулирует свою новую идею.
— Когда мужчина не может участвовать в спортивных соревнованиях, он обычно выставляет вместо себя замену… Улавливаешь мою мысль? — Иден улыбнулась чарующей улыбкой.
— Ты намекаешь, что нашла мне подходящую замену среди военных, — удалось ему произнести без всякого недовольства. Иден, похоже, чтобы добиться своего, не погнушается никакими методами.
— Честно говоря, я познакомилась с мужчиной… с десятью мужчинами.
С десятью? Себастьян мертвой хваткой сжал подлокотники, представив себе, что это шея его строптивой жены. Она почти преуспела: он был вынужден собрать всю силу воли, чтобы сдержаться. Неожиданно Себастьяну на память пришел разговор, который он вел с Питером накануне вечером. Питер упомянул, что Иден просила его перечислить качества, которые он ценил в женщинах больше всего. Он, не задумываясь, назвал ей скромность, верность, доброту и отзывчивость.
Ха-ха, усмехнулся про себя Себастьян. Иден усвоила этот список и теперь старалась продемонстрировать диаметрально противоположные качества. Скача верхом в вызывающем мужском наряде, она изображала из себя распутную женщину. Она бросила больного мужа и не интересовалась его самочувствием. А сейчас взывала к его ревности, утверждая, что могла бы спутаться с другими мужчинами. Воистину ему следовало воздать должное изобретательности своей жены, которая потратила столько сил, чтобы вывести его из равновесия. Найдутся ли еще на свете жены, которые столь активно старались бы убедить своих мужей в преимуществах холостяцкой жизни?
— Если ты не можешь обойтись без того, что доставляло нам обоим столько наслаждения, не отказывай себе в удовольствии, пока я выздоравливаю. — Он одарил Иден непогрешимо искренней улыбкой.
— То есть ты не возражаешь, если я буду развлекаться с другими мужчинами? — Иден бросила на него недоверчивый взгляд.
— Я бы не сказал, что мне это доставит радость. — Он вернул Иден одну из ее всепрощающих улыбок. — Но я понимаю тебя, дорогая. — Вот так, теперь посмотрим, как ей понравится вкус ее обычного благородства.
Она в замешательстве отвела взгляд, но потом снова посмотрела на Себастьяна.
— Есть еще одна проблема — где нам жить? Я не собираюсь уезжать с плантации Пембрук. А у тебя, я полагаю, есть дела в твоем имении. Нам нужно договориться, когда мы будем встречаться. Ты не возражаешь?
— Например,
— Или раз в год для тебя будет слишком обременительно? — невинно поинтересовалась она.
Скрипнула дверь, и появился Талли с двумя бокалами бренди. Стремительно вскочив, Иден схватила один из них, который Талли приготовил для себя, и с жадностью, как матрос, залпом осушила, а затем, сдержав душивший ее кашель, вытерла рот рукавом блузы.
— Это как раз то, чего мне не хватало, чтобы продолжить скачку. — Помахав им рукой. Иден вразвалочку спустилась по ступенькам и уселась верхом на Араба.
— Ваша светлость, вам необходимо как-то обуздать эту женщину. — Талли недовольно поморщился, глядя, как жеребец с седоком перемахнули через забор.
— Я как раз думаю над этим, — ответил Себастьян и сделал глоток бренди.
— Советую думать побыстрее. При такой скорости ваша жена и недели не протянет.
Первая стычка окончилась вничью, подытожил Себастьян, вспоминая их разговор. Он ничего не выиграл, но ничего и не проиграл. Допив бренди, он встал. Пора было отдохнуть: военные игры с Иден отнимали слишком много сил.
— Помоги мне добраться до кровати, а потом ты выполнишь для меня одно поручение. У моей жены нет обручального кольца. Выбери самое лучшее из тех, что могут предложить ювелиры Уильямсберга. Не важно, сколько оно будет стоить.
— Думаете, можете купить се прощение? — Талли иронически усмехнулся, подавая Себастьяну руку. — Три коротких слова подействовали бы гораздо лучше, ваша светлость, и не обошлись бы так дорого.
— Я иду к цели своим путем. — Тяжело дыша, Себастьян стал переставлять непослушные ноги.
— Ну как скажете.
— Вот-вот. — Опустившись на подушки, Себастьян устало вздохнул: эта дырка в груди доставляла ему адские неудобства!
— Надеюсь, вы в здравом уме, ваша светлость, а то я что-то плохо соображаю. К вам не вернулась лихорадка?
— Просто купи для меня это дурацкое обручальное кольцо. Пусть оно будет большим, бросающимся в глаза, чтобы любой замечал его с первого взгляда.
— Стараетесь застолбить участок, ваша светлость? — издевательски фыркнул Талли. — Если судить по усилиям, которые вы прилагаете, чтобы остаться женатым, можно подумать, что вы безумно влюблены в свою жену. Прискорбно, чтобы и ваша леди не хотите этого признавать.
Но Себастьян настолько устал, что уснул, едва его голова коснулась подушки, и не слышал последних слов Талли.
Глава 19
Выйдя на крыльцо, Иден увидела толпу, собравшуюся на лужайке перед домом.
— В чем дело, господа? — с улыбкой спросила она. Делберт Гейтс, худощавый и невысокий владелец кузницы, торжественно сделал шаг вперед.
— Нам стало известно, что вы скрываете в своем доме изменника. Мы пришли за ним. Он должен расплатиться за свое преступление.