Моя навсегда
Шрифт:
— Ваша светлость, в ближайшее время мне действительно потребуются новые занятия, — шепнули нежные, как лепестки, губы, стройное женское тело прижалось к нему, и Себастьян почувствовал, как превращается в заварной пудинг. — Обещаю, что с наступлением осени избавлюсь от своего увлечения стрельбой. — Ожидались и другие перемены, но Иден еще не была готова объявить об этом.
Она прижалась к его груди, откинув в сторону ружье, обвила его шею, и железная решимость Себастьяна была поколеблена. Иден обладала волшебной
— Ну пожалуйста, Себастьян, — шепнула Иден, а ее руки принялись гладить шею мужа. — Обещаю, я буду осторожна во время охоты, к тому же со мной будет ангел-хранитель.
— Ангел-хранитель? — Себастьян вытаращил глаза. — Что еще за ангел-хранитель?
— Ну конечно же, ты. Теперь ты понимаешь, что у меня рядом будет надежный защитник? — В глазах Иден светилась нежность.
— Действительно. — Непрошеная улыбка тронула губы Себастьяна, и он притянул Иден к своему сердцу, и она приникла щекой к его груди.
— Ведь если ты откажешь мне, значит, не считаешь себя достаточно надежным защитником, правильно?
— Правильно? — Вдохнув свежий аромат каштановых волос, Себастьян почувствовал, как рассыпалась в прах еще одна линия его обороны.
— Ну да. Представляешь, как пострадает твоя репутация, если по всей округе пойдет слух, что ты не включил меня в охоту из-за неспособности меня защитить? Видите, ваша светлость, единственный способ не ударить лицом в грязь — это взять меня на охоту. Любое другое решение повредит тебе в глазах окружающих.
— А этого нельзя допустить, верно?
— Конечно, нельзя! — обрадованно воскликнула Иден. — Участвуя в охоте, я докажу всем, что ты мой надежный защитник.
— Спасибо, моя радость. Я глубоко тронут твоей заботой и верой в меня.
— Не стоит благодарности. Пусть все знают, как я ценю и уважаю тебя, как поверяю тебе.
Себастьян обреченно вздохнул. Против него использовали тяжелую артиллерию, а с этим не поспоришь. Но он все-таки намеревался взять реванш и позаботиться о благосостоянии поставившего на него Камерона.
— Куда мы идем? — удивилась Иден, когда Себастьян за руку повел ее к окружавшей сад живой изгороди. — Я же тебе объяснила, что больше не интересуюсь виноградом и луковичными.
— Да, но декоративный куст Сейбера нуждается в твоем внимании. — Себастьян повлек ее к уединенной беседке.
— Декоративный куст Сейбера — это совсем другое дело, — фыркнула Иден, страстно кинувшись в объятия мужа — к нему я всегда испытываю интерес.
— Честно говоря, я имел в виду лошадку необыкновенного цвета, — пробормотал Себастьян и вывел из-за беседки молодую кобылу. — Это тебе, Иден. Каждому ангелу положено иметь собственную белую лошадь, чтобы успевать повсюду.
— О, Себастьян,
— Сегодня утром еще ни разу. — Его губы коснулись ключицы Иден, а затем пробежались вдоль выреза платья, а затем Себастьян на руках отнес Иден в беседку.
— Ваша светлость? — Иден потерлась о него.
— Что, ангельские глазки?
— Сколько существует способов делать это?
— Сто и еще один… — Дьявольская улыбка заиграла на губах Себастьяна, и из уст Иден вылетел стон.
— Себастьян, я люблю тебя всей душой, — призналась она, ощущая его нежность и желание. — Некоторые вещи никогда не изменятся…
Что ж, пожалуй, это победа. И он дал себе торжественное обещание посвятить свою жизнь изобретению новых способов любви.
— Ваша светлость? — много позже шепнула Иден. — Мне нужно кое-что сказать тебе. Я хотела подождать, но, пожалуй, сейчас самое время. У меня тоже есть для тебя подарок.
— Какой подарок, Иден? — Он подвел жену к покачивавшемуся от ветра гамаку, и она удобно устроилась там в нежных объятиях.
— Ты великолепный муж, и я не сомневаюсь, что с приходом осени станешь великолепным отцом.
— Боже мой! — Подняв голову, Себастьян укоризненно взглянул на жену. — Ты ведешь со мной нечестную игру, уговариваешь, чтобы я разрешил тебе стрелять и участвовать в охоте, и только потом, черт возьми, говоришь о самом важном! — Себастьян так резко сел, что они оба — совершенно голые — едва не перевернулись вместе с гамаком.
— Ты не хочешь ребенка, Себастьян? — Иден казалась расстроенной и обиженной — во всяком случае, она старалась это изобразить.
— Конечно, хочу, иначе и быть не может.
— Я так рала это слышать. — Иден расслабилась в объятиях мужа. — Итак, сколько, ты говоришь, существует способов делать это?
Временами ему казалось, что он бы сам поставил против себя, если бы заключал пари на конюшне. Отказать этому ангелу в ее капризе было так же сложно, как полететь на Луну. Иден щедро одарила его своей любовью и преданностью, а вскоре подарит ребенка — и их любовь обретет земное воплощение.
— Я люблю тебя, ангельские глазки, — прерывающимся голосом прошептал Себастьян, глядя в ее сияющее лицо, и слегка отстранился.
— Сто второй? — лукаво улыбнулась Иден.
— Подожди, любовь моя, впереди еще и сто третий… — Себастьян придвинулся к Иден и отдался во власть любви, которая, он знал, будет длиться вечно.
В глубине его серебристо-серых глаз Иден прочла сладостное обещание многих предстоящих «завтра» и, свободная от тревог, поплыла по волшебным морям имеете со своим защитником…