Моя Ева

Невская Aнна

– Ну что ты, Ева, грех жаловаться. Медперсонал очень вежливый и заботливый, и кормят нас хорошо. Вчера кормили домашними голубцами, представляешь? А еще Глеб Александрович разрешил ходить на водную физиотерапию ежедневно, таким образом мы достигли максимального уровня нагрузки. А еще…

Я счастливо улыбнулась, продолжая прислушиваться к восторженной речи бабушки. Надеюсь, скоро она полностью восстановит свою моторику и ей больше никогда не придется пользоваться инвалидной коляской.

Год назад с нами произошла беда. Мы возвращались с бабушкой домой на такси, когда в нас врезалась маршрутка. Слава богу, никто не погиб, но бабушка была единственной,

кто серьезно пострадал. Перелом обеих берцовых костей, многочасовая операция и вставка специальных пластин на место перелома основательно опустошили наши сбережения. Вернее, обнулили его. Поскольку бабушка была уже далеко не молодой, восстановление после операции проходило мелкими темпами, но, несмотря на это, врачи были очень довольны позитивной динамикой выздоровления. Моей радости по этому поводу не было предела, потому что бабушка была единственным родным человеком на всем белом свете, и я безумно хотела, чтобы она прожила счастливой и здоровой как можно дольше.

– Ева, ты меня слышишь?

– Конечно, бабуль.

– Так вот, я все-таки настаиваю, чтобы меня перевели в другую клинику. Я ведь не слепая и понимаю, что реабилитация в этом месте стоит огромных денег. Я почти выздоровела и прекрасно себя чувствую, так что мне нет смысла больше здесь находиться.

– Бабушка…

– Нет, Ева, выслушай меня до конца, пожалуйста. Тебе нелегко совмещать университет и работу. У тебя экзамены на носу, а ты вместо того, чтобы подготавливаться, пашешь на двух работах, чтобы оплачивать мое нахождение здесь.

ЧтО бы бабушка мне не говорила и как бы она не настаивала, я никогда не соглашусь с ней, пока не услышу от лечащих врачей, что она на все сто процентов готова вернуться к повседневной жизни.

Да! Ее проживание в клинике обходилось нам слишком дорого, но я бы никогда себе не простила, если бы она находилась в неприемлемых условиях или если бы с ней обращались несоответствующим образом. Поэтому решительно и строгo изрекаю:

– Бабушка, мы закроем обсуждение этой темы прямо сейчас и больше никогда к ней не вернёмся. Обещаю, я поговорю с Глебом Александровичем и узнаю приблизительные сроки твоей выписки. Но я никогда и ни за что не переведу тебя в другую клинику.

– Ева…

– Извини, бабуль. Я захожу в подземку, так что связь наверняка прервется. Люблю тебя. Перезвоню после обеда.

– Береги себя, Ева, – сказала она обреченно.

Я хмыкнула. То-то же. Бабушка прекрасно знала, что со мной спорить нет смысла.

***

С самых малых лет мечтала в один прекрасный день стать бизнес-леди. Тогда я еще толком понятия не имела, что означает это словосочетание, но мне нравилось, как оно звучит и как выглядят эти самые бизнесвумен на обложках глянцевых журналов или на экранах телевизоров. Ресторан, в котором я подрабатывала официанткой, находился в самом сердце бизнес-центра, поэтому его посетителями являлись те самые «герои» из моих детских мечт. Они всегда вели себя вежливо и, что немаловажно, оставляли щедрые чаевые, которые в разы превышали мою заработную плату. Именно это сыграло существенную роль в решении госпитализировать бабушку в одну из самых лучших клиник столицы, а также оплачивать консультации лучших врачей.

Мне очень повезло получить место официантки в одном из самых дорогих ресторанов Москвы, ведь без опыта работы сюда невозможно было попасть. Управляющий рестораном, Виталий Евгеньевич, не горел желанием принимать неопытную студентку в ряды своих вышколенных работников, но у него практически не осталось выбора:

в момент, когда я рассказала о причине, по которой мне необходимо было устроиться на работу, – это деньги на реабилитацию моей бабушки после тяжелой аварии – сердце управляющего дрогнуло, и он с тяжелым вздохом направил меня в HR-отдел для заполнения всех необходимых документов.

Я всегда думала, что в работе официантки нет ничего сложного, нужно просто мило улыбаться, принимать заказы и обслуживать клиентов, а затем принимать в дар щедрые чаевые, но… Я ошибалась. Работа оказалась не такой уж и легкой.

Наш ресторан получил звезду Мишлен. Трижды. Поэтому мы должны были соответствовать. Под словом «мы» я имею ввиду всех работников ресторана: от швейцара или хостеса до посудомойки или уборщицы. Наш шеф-повар являлся одним из самых лучших поваров в мире. Его блюда удовлетворяли вкусы самых изысканных гурманов. Уверена, попробовав хотя бы раз нашу кухню, Гордон Рамзи нервно начал бы кур… Эм, то есть, грызть морковку в стороне.

– Привет, Ева. А я думал, у тебя сегодня выходной.

Поприветствовал меня Миша – один из наших официантов.

– Привет. Ты прав. Но Меня Лена попросила сегодня ее заменить.

– С ней все в порядке?

В голосе Миши послышалась тревога. Я мягко улыбнулась ему. Ни для кого не секрет, как сильно Миша запал на Лену. Да и ничего в этом удивительного не было. Ленка была девушкой с яркими чертами лица, натуральным четвертым размером, сами понимаете чего, и к тому же натуральная блондинка. А еще она заплетала волосы в толстую косу, которая доходила ей до пояса. Этакая представительница настоящей русской женской красоты. Стоило ей войти в зал, как тут же все взгляды обращались ей вслед. Мужские с восторгом, женские с завистью.

– Почему бы тебе самому ей не позвонить и не спросить?

– Издеваешься, да? – спросил он кисло.

– Насколько мне известно, Лена девушка свободная, так что у тебя есть все шансы.

– Да нет у меня шансов, Ева. Я простой официант, мне двадцать шесть, и я по-прежнему живу с мамой.

– Ну, всем известны причины, по которым ты живешь со своей мамой.

Два месяца назад отец Миши умер от инфаркта. Его матери тяжело было справиться с утратой, и он решил переехать к ней, чтобы поддержать и побыть рядом в тяжелый период.

– У тебя высшее образование. Возможно, тебе стоит найти работу по специальности, раз беспокоишься, что Лена никогда не обратит внимания на парня, работающего официантом?

– Сама знаешь, какие деньги мы здесь зарабатываем. Поэтому искать новую работу не вижу смысла. По крайней мере на данный момент.

С этим не поспоришь. Наша зарплата в ресторане не была высокой, но чаевые, которые мы здесь зарабатывали, позволяли нам достойно жить и покрывать без проблем повседневные затраты.

Конкретно в моем случае бабушкину пенсию мы тратили на квартплату, а все мои заработанные деньги уходили на оплату счетов из клиники. На еду практически не тратила деньги, питалась в ресторане или клубе. Благо, нам, работникам, это позволяли.

До открытия ресторана оставалось чуть больше часа. В раздевалке я быстро переоделась в униформу. Белоснежная рубашка, темно-вишневая юбка строгого покроя, доходящая до колен, черные туфли-лодочки на очень низком каблуке и волосы, заплетенные в колосок, завершали образ официанта, работающего в одном из лучших ресторанов столицы. Бросила последний взгляд в зеркало, разгладила несуществующие складки на юбке и, подмигнув своему отражению, направилась в зал.