Мой плохой

Гетта Юлия

– …не врешь? А если найду?

– Клянусь, наверху никого нет… – хрипел в ответ Илья.

Настя отчаянно закусила кулак, в одно мгновение осознав всю патовость ситуации.

– Где твоя хозяйка?

– Она улетела, я отвёз ее в аэропорт сегодня утром.

Мужчина повернул голову вправо и кивнул одному из «спецназа» в сторону лестницы. Тот понял без слов своего, судя по всему, начальника, двинувшись вместе с остальными в указанном направлении.

А мужчина снова склонил голову над Ильей, грубо воткнув дуло в его

затылок.

– Смотри, если найду – сдохнешь, – разнесся по гостиной тихий пугающий голос.

У Насти словно все внутри оборвалось от этих слов. На мгновение она представила, как этот мужчина нажимает на спусковой крючок и стреляет Илье в голову, отчего её горло тут же сковало паникой. Не задумываясь о последствиях, она резко отдернула штору, выскочила из-за неё и закричала что было сил:

– Не трогайте его!

С десяток пар глаз людей в масках тут же устремились на неё. Не отнимая дула от головы Ильи, их предводитель тоже повернул голову, прошив Настю насквозь цепким ледяным взглядом.

Её сердце словно остановилось в эту секунду. А после затрепыхалось как сумасшедшее, заставляя содрогнуться от фантомной боли, прострелившей грудь. Губы разомкнулись, в голове зашумело, перед глазами все поплыло. Воздух едва заходил в лёгкие рваными порциями. Но Настя усердно вдыхала и выдыхала его, не смея поверить своим глазам.

Мужчина медленно распрямился во весь рост и сделал шаг в сторону лестницы, небрежно оттолкнув ногой лежащего на полу Илью.

Это был он. Вне всяких сомнений. Просто очень сильно изменился. Внешне. Стал словно ещё выше и намного шире в плечах. И эта одежда на нем смотрелась так… непривычно. Солидно. Дорого. Дерзко. Часы на запястье… Он никогда раньше не носил часов.

А его взгляд… неотрывно следил за Настиным лицом. Но не выражал ничего. Не было в нем ни удивления, ни смятения, ни даже отторжения или каких-то других эмоций.

Острый, холодный как лезвие, он подавлял, пробирал насквозь и вместе тем заставлял испытывать нечто не поддающееся никакому объяснению и логике. Что-то тяжелое, болезненное, невероятно сильное, но в то же время теплое, огромное, щемящее. Не оставляющее ни единого шанса вернуть дыхание в прежний спокойный ритм.

– Саша… – едва слышно выдохнула девушка, все еще не веря своим глазам.

– Сколько лет, сколько зим. Любовь моя.

2

Его слова прозвучали как жестокая шутка или сарказм, причинив девушке слишком сильную боль. Закусив губу, чтобы сдержать подступающие слезы, Настя стояла неподвижно. Наблюдая, как её когда-то самый любимый и дорогой человек на земле медленно, но неумолимо приближается к ней, ступая вверх по лестнице.

С каждым его шагом Настино сердце все тяжелее ухало в груди, заставляя прогонять внутри болезненные воспоминания. Саша. Александр Каримов. Её первая любовь, её первый мужчина. Первый, но, к сожалению, не единственный…

Он

так изменился. И в то же время, будто все такой же. Те же темные волосы, разве что уложенные теперь в более стильную стрижку. Те же внимательные серые глаза, взгляд которых проникает сразу в самую душу.

Последние пять лет ей часто снились эти глаза, заставляя каждый раз после пробуждения обильно смачивать подушку слезами. А теперь она видела их наяву. И это было так… мучительно больно.

Поднявшись по ступеням, Саша замер всего в шаге от неё. Слишком близко. Слишком знакомым и в то же время чужим стал его запах, чтобы не доставить девушке новую порцию душевных терзаний.

По его лицу невозможно было ничего прочесть. Когда-то любимые и родные черты, такие красивые, мужественные и благородные, теперь тоже стали чужими. Холодными. Безразличными.

Что он делает в её доме? Зачем пришел? Привел всех этих людей в масках? Угрожал Илье? Неужели это он устроил проблемы её мужу?

Но зачем? Хочет… отомстить ей?

– Что все это значит? – тихо спросила девушка, чувствуя, как тело начинает мелко подрагивать от переизбытка нахлынувших разом эмоций.

Когда-то безумно любимые губы дернулись в ироничной усмешке.

– Это все, что тебя интересует?

Его голос холодный. Безразличный. Такой же, как и его глаза. Больно режет. Не оставляет ни единого шанса, никакой надежды на лучший исход их такой долгожданной встречи.

Настя нахмурилась, не понимая, что еще он ожидал услышать от неё, вломившись в дом таким образом.

– Мы не виделись пять лет, – негромко пояснил Саша. – Даже не спросишь, как у меня дела?

Он снова жестоко подтрунивал над ней. Словно веселился. Только глаза оставались пугающе ледяными.

– Я и без того вижу, как у тебя дела, – бесцветным голосом отозвалась Настя, обведя глазами «спецназ» и оружие, которое все еще находилось в его руке.

Губы парня снова растянулись в нехорошей ухмылке. Сократив остатки и без того небольшого расстояния между ними, он наклонился к её уху и, понизив голос, вкрадчиво произнес:

– И неужели ничего даже не ёкнуло?

Настя сглотнула. Грудь прострелил неприятный спазм.

Ёкнуло. Ещё как ёкнуло. Перевернулось и сделало кульбит. А после стало метаться в груди как сумасшедшее. И, наверное, нескоро теперь успокоится.

– Что тебе от меня нужно? – отшатнувшись, сдавленно спросила она, впиваясь в его глаза испытующим взглядом.

Саша холодно смотрел на неё в ответ.

– Я пришёл за тобой.

– Ч..что?

– Хочу забрать тебя.

– Куда? Зачем?

Настя не понимала ровным счетом ничего. Стояла и растерянно хлопала ресницами, глядя на него и чувствуя, как все тяжелее заходится в груди её бедное сердце.

– Будем считать, что я соскучился, – безразличным тоном произнес мужчина. – Давай. Собирайся, поехали.