Мой парень – демон

Слави Екатерина

Рай снова зевнула и направилась в ванную. Хорошо, что сегодня ей на работу не нужно. Ее работодательница, видимо, пожалела Рай, памятуя ее недавний обморок. Отпуская вчера раньше с работы для похода к врачу, сказала, что сегодня Рай может взять отгул. Это было очень кстати.

В ванной Рай открыла кран с теплой водой и принялась раздеваться. Сняв с себя всю одежду, мимоходом бросила взгляд в настенное зеркало, да так и застыла.

Над левой грудью у нее красовался знак. В первый момент Рай даже рот раскрыла от перепуга, но быстро сообразила,

что рисунок ей знаком — смутно напоминающий букву «А» символ, заключенный в два круга. Будто печать. Именно с этого символа, только без кругов, начиналось имя демона, которое он своей рукой написал незнакомой письменностью на листке бумаги, когда они заключали контракт. Первая буква его имени.

«В ближайшее время у вас на теле появится знак. Он будет означать, что в пределах вашего контракта этот демон не сможет вас ослушаться», — сказал ей напоследок заклинатель.

«Буква «А» — это Андрас, — думала про себя Рай, разглядывая отражение знака в зеркале. — А круг — это то, что его удерживает, символ власти над ним».

Такой вывод она сделала неспроста, а вспомнив слова Дмитрия о том, что, не повреди она тогда круг, нарисованный на полу, Андрас не смог бы бросаться огнем за его пределы.

Рай дотронулась пальцем до груди в том месте, где проступал символ. Потерла пальцами кожу — линии не стирались. Она присмотрелась повнимательнее — темно-красные, как кровь.

— Символ означает мою власть над демоном, — озадаченно произнесла Рай, продолжая смотреть на себя в зеркало. — А выглядит так, будто на мне его клеймо, и это я принадлежу ему.

Она тряхнула головой.

— Какая разница? Полагаю, что когда все четыре мои желания будут исполнены, этот знак на моей коже просто исчезнет.

Включив душ, Рай забралась в ванну и подставила лицо под струю. Стекая по ее телу, вода расслабляла, снимала напряжение, и вскоре в голове Рай не осталось никаких мыслей, кроме одной — поскорее добраться до постели и уснуть.

* * *

Кафе «Сладкий рай» находилось на тихой улочке, но сразу привлекало к себе внимание изображениями на окнах — невероятно соблазнительные на вид пирожные притягивали взгляды, усиливали слюноотделение и заманивали случайных путников в сладкие тенета заведения.

Напротив кафе находилось туристическое агентство — месяц назад Рай пришла туда по объявлению в газете, чтобы устроиться на работу. Однако ее не взяли из-за отсутствия опыта. Оно и верно — откуда у вчерашней школьницы опыт работы?

Расстроенная, Рай вышла в тот день из агентства, подняла голову и увидела кафе. Денег у нее не было, но, не сдержавшись, она подошла к ярким витринам. И внезапно заметила на двери объявление: «Требуется официантка. Опыт работы не нужен». Посмотрев на название кафе, Рай тотчас решила, что это судьба. В итоге, хозяйка кафе, оказавшаяся милейшей женщиной, услышав имя Рай, всплеснула ладонями, воскликнула: «Какая прелесть!», и добавила: «Можете выходить на работу с завтрашнего дня».

Рай работала

здесь уже почти четыре недели. За это время она успела сродниться с этим местом, и ничуть не жалела, что ее не взяли в туристическое агентство.

В это утро она, как всегда, пришла в кафе в половине девятого — открывалось оно в девять. Зашла через задний ход и сразу наткнулась на хозяйку.

— А вот и наш талисман! — радушно приветствовала свою работницу Вероника.

На самом деле, хозяйка кафе была намного старше Рай, и правильнее было бы называть ее по имени-отчеству, но Вероника предпочитала, когда к ней обращались просто по имени.

— Доброе утро, — улыбнулась Рай, направляясь в раздевалку для персонала.

— Как у тебя дела? — улыбаясь в ответ, спросила Вероника. — У врача была? Как со здоровьем? Все в порядке?

Размышляя, на какой из вопросов отвечать, и стоит ли рассказывать все, как есть, Рай открыла дверь в раздевалку, вошла и, увидев наполовину обнаженного парня, застыла с открытым ртом.

Широкие плечи, рельефные мышцы рук и груди, кубики пресса, плоский живот, пояс джинсов, сидящих ниже линии бедер…

Давид, одолевший Голиафа, работы Микеланджело, восхищенно думала Рай. Только этот в брюках, а тот без. Поэтому у этого видно только то, что выше пояса, а у того можно рассмотреть все.

Обнаружив, что беспардонно пялится на «Давида», а тот, надевая униформу, посмеивается в ответ, Рай запоздало охнула и, неуклюже уронив: «Извини», отвернулась.

В быту «Давида» звали Ильей, и в кафе Вероники он был самым важным человеком. Как признавала сама Вероника — важнее ее самой, потому что именно он создавал все это сладкое блаженство, называемое в просторечье десертами.

— Ох, да ладно, чего ты смущаешься? — без всякого стыда и даже с интересом заглядывая в раздевалку, спросила у Рай Вероника. — Немного мужского стриптиза перед началом рабочего дня нам только на пользу пойдет. Да, Илюша?

И разочарованно протянула:

— О-о-о, уже оделся. Значит, все удовольствие сегодня досталось нашей Рай, а меня как всегда обделили.

— Может, табличку на двери повесить? — предложила Рай. — Ну там… «Свободно», «Занято»… Раз уж у нас общая раздевалка.

— Еще чего! — поворачиваясь к Рай, возмутилась Вероника. — И я тогда останусь без мужского стриптиза по утрам?

— Не смущайте Рай, — выходя из раздевалки уже полностью одетым, с улыбкой сказал хозяйке Илья. — В отличие от вас, ей неловко. Она чистая, невинная девушка, правда?

Илья подмигнул Рай, и ей бы это, наверное, польстило, если бы в его подмигивании была хоть капля флирта. Но это был всего лишь дружеский жест — немного покровительственный, немного снисходительный. Илья совершенно не видел в ней девушку. Даже имея очень скромный опыт отношений с парнями, Рай прекрасно это чувствовала.

«Не такая уж я и невинная, — немного обиженно думала Рай, проследив, как Илья завернул на кухню. — Я, между прочим, вчера целовалась».