Мой палач

Блэк Дана

– Полностью с тобой согласен, Лиза, - поддакивает Марк.

Стою рядом.

А кажется, что за сотню километров.

Слов не найду.

Перевожу взгляд с него на нее.

Сговорились.

У них улыбки одинаковые. И тон. Лишь сейчас замечаю, насколько эти двое похожи, преподаватель и бывший студент, и дело не в общем увлечении Германской культурой, нет, они мыслят одинаково.

Говорят одинаково.

Одинаковую фигню.

– Вы оба...- начинаю.

– Ладно, дети, - перебивает мама и беззаботно чмокает

Марка в щеку. Щебечет.
– И так уже везде на свете опоздала. Марк, ты уж за ней присмотри, - кивает на меня.
– Аня перенервничала вчера из-за помолвки. Пройдет. Съездите куда-нибудь развеяться, пообедать. Я на телефоне, - она поворачивается спиной и цокает каблуками к своей машине.

Марк сдвигается в сторону, вырастает передо мной, загораживая ее. 

Он больше не улыбается, закончил комедию ломать. Его взгляд потемнел, между бровей залегла морщинка.

Невольно отшагиваю.

– Ну что, Анюта?
– ласковое обращение с его ледяным тоном не вяжется, от этого контраста по спине мурашки ползут.
– Куда собралась, - видит, что я пячусь и ловит меня за руку.
– В машину сядь, - командует.
– Поговорить надо.

Глава 31

Я была влюблена в него с детства, и с детства же знала, что когда вырасту выйду за него замуж.

Он не стал хуже или лучше, это я повзрослела. А Марк...он может быть самовлюбленным, эгоистичным, циничным, но это все равно Марк, и я его не боюсь.

Послушно сажусь к нему в машину.

Смотрю на маму. Она за рулем, но ехать никуда не торопится, словно контролирует сидит, не выкину ли я чего.

– Анюта, - Марк устраивается на сиденье рядом.
– Тс-ш, - шикает, когда я открываю рот. И уверенно, с расстановкой, рассуждает.
– Ты на меня обижалась долго, что я вечно занят, много работаю, с другими девушками провожу время и за тобой не бегаю, так?

– Какая теперь разница?
– поворачиваюсь. Смотрю в его красивое лицо. Модные очки в дорогой оправе. В ухе поблескивает сережка-гвоздик.
– Ты же все сам видел ночью, - голос меня подводит, я сиплю.

Это очень волнительно, разговаривать с ним о другом мужчине. Тем более, этого мужчину он знает, этот мужчина его за шкирку, как кота, из квартиры вышвырнул, когда Марк чуть было не открыл мне мир взрослых, взрослого секса и отношений полов.

– Я видел, - подтверждает Марк.
– И ничего не сказал Лизе.

– Почему?
– задерживаю дыхание. Сердце колотится в груди, сбивается с ритма.

– А зачем ей об этом знать?
– Марк жмет плечами.
– Ты ошиблась, Анюта, и ты сожалеешь, - вкрадчивым голосом внушает он мне.
– Тебя соблазнили, заставили, ты этого не хотела.

– Не так все было.

– Было именно так, - он поднимает с подлокотника мою руку, сплетает наши пальцы.
– Ты юна и неопытна. А он взрослый мужик. Еще и несвободный. Воспользовался твоей глупостью. 

И

отымел меня - мысленно заканчиваю.

Смотрю на Марка, и верить в такое не хочу. 

Не стал бы Кирилл.

Пусть я наивная, но ведь не дура, в конце концов. Я видела и чувствовала, что это серьезно.

– Понимаешь, Анюта, - Марк поворачивает ключ в зажигании. Кратко пожимает мою руку и отпускает, перемещает ладони на руль.
– В жизни всякое случается. И нужно учиться прощать близких людей, их же так мало, а мир огромный. Я тебя прощаю. И хочу, чтобы ты знала - мои чувства к тебе не изменились. Я по-прежнему настроен жениться. Ведь признайся, - он выезжает со двора и слегка поворачивается - ты же не беременна?

Подавленно качаю головой.

– Это главное, - с удовлетворением кивает Марк.
– Торопиться некуда. Будет у нас ребенок, и не один.

– Не будет, - смотрю на улицу, на деревья и магазины, что проносятся мимо.
– Я тебе все сказала вчера.

– Ты была неубедительна.

– То, что я кольцом в тебя швырнула недостаточно убедительно?

– Аня.

– Что, Марк?
– ладонью бью по двери.
– Иди ты со своими сказками, - запальчиво выговариваю.
– Не хочу я. Куда ты меня везешь?

– Пообедаем, - сухо отзывается он.

– Не хочу есть.

– Хватит капризничать.

– Выпусти меня из машины, - все сильнее распаляюсь, не сказал он мне ничего нового, ерунду он городит, да разве может мужчина, который любит, вот так спокойно, холодно обсуждать, что его любимая провела ночь с другим?
– Марк!

– Тихо сиди!
– рявкает он.

Глотаю возмущение, что на языке вертится.

Такого я от него еще не слышала.

Недоверчиво разглядываю его напряженный профиль и понимаю, что шутки кончились, Марку надоело сюсюкать со мной, он сам на пределе, едва держится.

– Куда ты меня везешь?
– негромко повторяю вопрос.

– Обедать.

Едем молча.

Бросаю осторожный взгляд на экран телефона.

Сообщений нет, и непредвидится, похоже, Марк подтверждает мои мысли голосом, в который вернулась мягкость.

– Ему незачем разводиться, Аня. Зачем ему это? Кто ты такая? Студентка. Живешь на деньги родителей. Зависишь от них во всем. Его жена - профессор. Шикарная женщина. Плюс ко всему - твоя мать. Тебе самой-то не стыдно?

В горле встает ком.

От ветра глаза слезятся. Или от его слов. Или от собственных чувств, которые наружу рвутся, черной паутиной, они вяжут меня по рукам.

Ведь Марк прав, мне должно быть стыдно за свой поступок. Одно дело - влюбиться в Виконта.

Другое - в Кирилла.

– Все люди совершают ошибки, милая, - успокаивает меня Марк. С проспекта сворачивает во дворы, дорога знакомая, он катит к своему дому.
– Вот увидишь, Анюта, пройдет время, - вещает он.
– И ты будешь вспоминать этот урок. Как полезный. Как жизненно-важный.