Мой очаровательный враг
Шрифт:
Шли дни, и нервы Мэгги были натянуты, как стальная проволока.
Кевин был все так же поглощен своей работой. Мэгги догадывалась, что даже дома она поглощает все его мысли. Она ждала, ждала и Эйлин. Причем так прямо и откровенно, что порой Мэгги готова была крикнуть Кевину прямо в лицо: — Неужели ты не видишь этого?! Она ведь предупреждала, что время работает на нее! Что-то должно случиться, и она это знает. Пойми же, Кевин!
Но никто ничего не замечал, кроме Мэгги. Никто, ни одна живая душа!
Она видела, что Кевин все больше тревожится из-за нее. Как
— Я с радостью, — воскликнула Мэгги, — и куда же мы поедем?
— Не мы, а ты, милая. Мне ни за что сейчас не вырваться. А как насчет Валды? Или Ширли? Может быть, съездишь с ними?
И оставить тебя с Эйлин, чуть было не бросила ему в лицо Мэгги, но вовремя прикусила язык. Нет, это невозможно! Ей было стыдно. Она понимала, что Кевин об этом и не думает, но рисковать она не могла: — Тогда я лучше подожду, пока мы не сможем поехать вдвоем.
Три ночи за последний месяц Кевин провел вне дома. В то же самое время не ночевала дома и Эйлин. Само собой, она не потрудилась как-то объяснить свое отсутствие, но Мэгги помнила ее слова: «А до тех пор, дорогуша, лучше тебе не спускать с него глаз, особенно когда он задерживается по вечерам или уезжает на конференцию, как сейчас, не то в следующий раз, когда он исчезнет из дому, знай — я буду с ним рядом!» Впрочем, что в этом удивительного, мрачно думала она. Какая жена на ее месте смогла бы забыть такое?!
Презирая себя, она как-то прокралась на чердак и осторожно стукнула в дверь. Все было тихо.
— Эйлин?
По-прежнему никакого ответа. Мэгги подергала ручку, дверь была заперта. Ни единого лучика света не пробивалось наружу. В комнате не было света до самого утра — снедаемая тревогой, Мэгги то и дело поднималась наверх, чтобы проверить.
К тому же Эйлин легко могла войти так, чтобы Мэгги и не подозревала об этом. Дверь черного хода вела прямо на лестницу, ни из кухни, ни из гостиной ее не было видно. Впрочем, Эйлин часто так и делала, но только не в эту ночь — Мэгги готова была поклясться в этом.
На следующий день, когда Кевин вернулся, Мэгги поинтересовалась как ни в чем не бывало:
— Ну, как все прошло?
— Нормально. Обычная болтовня, — улыбнулся он.
— Кто с тобой ездил?
— Ну, поскольку нам предстояла встреча с большими шишками из Вашингтона, пришлось взять с собой старину Джонсона. — Джонсон, как знала Мэгги, был начальником Кевина.
— Эйлин не ночевала дома, — пробормотала Мэгги.
— Да? — безразлично произнес Кевин с таким видом, будто его это абсолютно не касалось. Точно так же он мог реагировать на ее слова, что идет дождь или на сковородке подгорело мясо.
На этом разговор и закончился. Мэгги устало ссутулилась. Не могла же она спросить его напрямик, не с ним ли была Эйлин прошлой ночью? При одной мысли об этом рот Мэгги наполнялся едкой горечью. Вместо этого она со вздохом поцеловала Кевина, сказав, как она
Когда Эйлин исчезла во второй раз, Мэгги уже не сомневалась, что та приводит в действие свой план. Нет, не может быть, чтобы она была с Кевином! Он не тот человек, чтобы ввязываться в банальную интрижку!
План Эйлин достаточно прост, решила Мэгги: она старается причинить ей боль, заставить мучиться неизвестностью, ревновать и сходить с ума от тревоги, ничего не зная наверняка.
Но на деле вышло по-другому. Мэгги не проронила ни слова. Конечно, она волновалась, и все это видели, но старалась держать себя в руках.
Между тем совесть подсказывала Кевину, что последнее время он слишком уж часто пренебрегает женой.
— Еще пара месяцев, и я смогу взять отпуск, — пообещал он. — Куда бы ты хотела поехать?
И хотя до этого времени было еще далеко, Мэгги не смогла удержаться. Купив буклеты для туристов, она принялась строить планы.
И вот наконец настал день, когда она решила, что счастье вновь вернулось к ним. Кевин лукаво улыбнулся ей:
— Купи себе новое платье, дорогая. В субботу мы приглашены в гости. Блейки устраивают прием.
— Замечательно! — воскликнула она:
— А тебе удастся вырваться?
— Бог даст, ничего не произойдет.
— И кто там будет?
— Все, кто обычно. Нет, будет еще парочка новых лиц.
И, конечно, Эйлин. Ни одна вечеринка не проходит без Эйлин, подумала Мэгги. Но в субботу она воспряла духом. Валда с самого утра трудилась над ней, не покладая рук, и когда вечером Мэгги накинула новое платье из струящегося шелка цвета нежной мякоти лайма, который заставил ее волосы загораться красноватыми огоньками, и посмотрелась в зеркало, то сама была вынуждена признаться, что выглядит прелестно.
— Так бы и съел тебя, — хмыкнул Кевин.
— Ну что ж, для женатого мужчины, к тому же в возрасте, ты не так уж безнадежен, — промурлыкала Мэгги, думая, что годы бессильны, если речь идет о Кевине. Со временем он станет только привлекательнее — над такими, как он, время не властно. И пусть седина посеребрит его голову, а морщины избороздят лицо, все равно, знала она, глаза мужа будут сиять тем мягким юмором, который она так любила. Он все так же будет радоваться жизни — то, чему она никогда не уставала удивляться, и жадно ждать наступления следующего дня. «И я по-прежнему буду сходить из-за него с ума», — стиснув зубы, мрачно подумала она.
Блейки обожали устраивать вечеринки и трудились в поте лица, чтобы все оставались довольны. Мебель обычно сдвигалась в сторону, вдоль стен выстраивались столы, сплошь уставленные тарелками и стаканами, а сами хозяева, переговариваясь с гостями, сновали взад-вперед, следя, чтобы всем было хорошо.
Увидев Кевина с Мэгги, Блейки устремились к ним.
— О, мои дорогие! — радостно завопила Джин.
Эйлин, вся в черном, уже была там. Высоко поднятые волосы ее отливали серебром. Она не окликнула Кевина, не поздоровалась с ним, но не успела Мэгги опомниться, как они каким-то непонятным образом оказались рядом.