Мой очаровательный враг
Шрифт:
— Конечно.
— Насколько серьезно это было между Кевином и Эйлин?
Джин открыла рот.
— Заметь, я не спрашиваю, было ли это. Я хочу знать, насколько серьезно.
— Но ведь он женился на тебе! — воскликнула Джин.
— Но для тебя это было неожиданностью, правда? Ведь все ожидали, что он сделает предложение Эйлин?
— Ну… да. Но это было, пока он не встретил тебя.
— Она все еще надеется заполучить его! Господи, Джин, что мне делать? Как заставить ее уйти?
— А Кевину известно, как ты относишься к этому?
—
Джин потянулась за чайником.
— Если хочешь знать, что я думаю, — сочувственно пробормотала она, — выброси все это из головы. Подумай сама — стоит тебе только указать Эйлин на дверь, как все станут ломать голову, что за муха тебя укусила. Говорят же, что нет дыма без огня! В конце концов все решат, что ты не доверяешь собственному мужу. — Поверь, я хорошо знаю Эйлин — она не так уж плоха, как ты думаешь. И Кевина я тоже знаю. Он порядочный человек и всегда считал, что игра должна быть честной. И он может решить, что ты несправедлива к Эйлин. Подумай, что было бы, если б я, к примеру, не умела держать язык за зубами. По городу сразу поползли бы сплетни, что у нее все еще роман с твоим мужем.
Мэгги почувствовала, что ей преподали урок. Щеки ее побагровели от стыда.
— Забудь об этом, — смущенно пробормотала она.
— Конечно, с радостью. — Похоже, Джин почувствовала не меньшее облегчение. Должно быть, когда вдруг появилась Мэгги, они с Дэвидом не раз между собой жалели Эйлин.
Мэгги скоро ушла. Теперь она безумно жалела, что рассказала обо всем Джин. Какое было бы счастье, если бы Эйлин не оказалось дома, взмолилась она. Но молитва ее не была услышана. Она еще только приоткрыла дверь, как ее ушей уже коснулись звуки музыки, и почти сразу же через перила свесилась белокурая головка Эйлин.
— Это ты, Мэгги?
— Да.
— Ты одна?
— Да. — Голос Мэгги звучал резко, как бы предупреждая Эйлин, что дальнейшие расспросы нежелательны.
Мэгги вошла на кухню, плотно прикрыв за собой дверь. Она должна заставить Эйлин уехать! В конце концов, та гостит у них уже почти третий месяц. Неужели же за это время нельзя было навести порядок в ее прежней квартире?! И какие могут быть разговоры, в конце концов, если она наконец уедет? Ведь ее с самого начала предупреждали, что речь идет только о временном пристанище. А уж если вспомнить, как она выглядела прошлой ночью, так ей куда приятнее жить где угодно, только не здесь!
Мэгги посидела, чтобы немного успокоиться и собраться с мыслями. Меньше всего на свете ей хотелось бы обидеть Эйлин. В конце концов нельзя же винить девушку в том, что она потеряла голову из-за Кевина! Но позволить ей остаться в их доме значило бы играть с огнем, и она это знала.
Вздохнув, она отправилась наверх и постучала. Эйлин тут же откликнулась, и Мэгги вошла в комнату.
Ярко пылал камин. Перед ним, уютно свернувшись калачиком и глубоко зарывшись босыми ступнями в пушистый ковер, устроилась Эйлин. На ней было
— Мне бы хотелось поговорить с тобой.
Эйлин чуть заметно покачала головой:
— Ни за что.
— Что?! — поразилась Мэгги.
— Я ни за что не уеду отсюда. Ведь именно об этом ты и пришла поговорить, верно? Хотела попросить меня съехать. Точнее, вышвырнуть меня отсюда!
— Эйлин, я не шучу.
— Я тоже, дорогая. Я намерена оставаться здесь.
В Мэгги удушливой волной поднимался гнев.
— Насколько я помню, когда ты въехала, тут не было мебели.
— О, брось, к черту все это! А что, Кевин тоже хочет, чтобы я уехала?
— Он считает, что так будет лучше.
— Лжешь! Я за версту вижу, когда кто-то врет, а ты не очень-то умеешь это делать! Слова застревают в горле, верно? Кевин ничего не знает! Попробуй втянуть его в это, и увидишь, будет ли он на твоей стороне! А точнее, если я съеду, не уверена, что он не последует за мной!
— Ты сошла с ума!
Эйлин даже не шелохнулась, греясь у камина, точно сытая кошка. Все так же негромко она продолжала:
— Ах, как ты все-таки глупа, Мэгги! Неужели ты не понимаешь, что Кевин просто-напросто возненавидит тебя за это? Возненавидит за то, что ты сделаешь из него дурака, за то, что втянешь его во все эти дрязги! Возненавидит тебя и… и преисполнится сочувствия ко мне. — И давно вы… хм… женаты? Кажется, всего полгода? И Кевин уже далеко не так влюблен в тебя, как было раньше, когда вы улетали в Италию. Он устал от тебя, Мэгги. Я это знаю. И я не сдвинусь с места, пока сам Кевин не попросит меня уехать. А до тех пор, дорогуша, лучше тебе не спускать с него глаз, особенно когда он задерживается по вечерам или уезжает на конференцию, как сейчас, не то в следующий раз, когда он исчезнет из дому, знай — я буду с ним рядом!
Мэгги была в таком бешенстве, что, задержись она хоть на минуту в этой комнате, неминуемо придушила бы Эйлин.
— Ты уедешь, как только встанет солнце, — ледяным тоном процедила она. — А если нет, я вышвырну тебя собственными руками! Будь уверена, мне это доставит массу удовольствия, и хотела бы я посмотреть, кто решится мне помешать!
Она стремглав скатилась вниз по лестнице и помчалась в студию, чтобы налить себе бренди. Мэгги сама не понимала, почему так дрожит, от волнения или от ярости.
Итак, завтра Эйлин уедет. А пока надо взять себя в руки и хоть немного поспать.
Она разожгла в спальне камин, переоделась в темно-синий пеньюар, отделанный кружевом, и уселась возле огня. Если она расскажет Кевину, что услышала от Эйлин, он сможет понять, и тогда они снова будут счастливы вдвоем. Конечно, она доверяет ему, как же иначе? Она бы с радостью доверила ему и свою жизнь! Но вот Эйлин…
То ли бренди был слишком крепок, то ли в комнате слишком жарко, но постепенно глаза у Мэгги стали слипаться, по телу разлилось приятное тепло. Голова у нее откинулась, и Мэгги забылась в тяжелом сне.