Мой личный чародей
Шрифт:
Я попыталась оттолкнуть Дара и подняться на ноги. О, Боги, как же ужасно всё получилось! Демоны бы меня побрали с моею нынешней несдержанностью!
Даже и не поговорили по-человечески…
Но сильные руки Дара держали меня по-прежнему крепко. Я в упор посмотрела на него — и замерла. На лице моего чародея почему-то не было ни отвращения, ни обиды, только искреннее сочувствие.
— Ах ты моя глупая гусыня! — насмешливо прошептал он, ласково касаясь губами моего уха. — Мышь моя отважная, кролик мой отчаянный, вот ведь как тебе досталось! — Легко поднявшись, он подхватил меня на руки и, бросив через плечо: "Зорана разыщите, срочно!", начал быстро подниматься
Большую часть комнаты занимало широченное ложе с кованым кружевным изголовьем и тонкими витыми ножками — мебель из металла (как всегда, неземной красоты!) была у эльфов в большом почете. Я, с детства привыкшая к деревянным скамьям и сундукам, до сих пор не могла освоиться с этими изделиями мастеров кузнецов. Но Дара не заинтересовали ни легкие узорные стульчики, ни столики, изукрашенные черными глянцевыми цветами и листьями, ни ажурные поставцы. Не глядя по сторонам, он решительно пересек светлицу, осторожно положил меня прямо на роскошное шелковое покрывало, а сам сел рядом и принялся внимательно вглядываться в мое лицо.
— Тебя в этом зелье замачивают? — спросил он немного погодя. — По-моему, ты пропиталась им насквозь.
— Бочки подходящей не нашлось, — покачала головой я, — так что приходится пить.
— Что-то не похоже. Или ты только им и питаешься? Тебя здесь что, голодом морят? — Левой рукой Дар обхватил моё исхудавшее запястье, а пальцы правой легко скользнули по моей впалой щеке.
— Не клевещи на эльфов, — прошептала я. — Они меня просто на убой кормят.
— Оно и заметно, — хмыкнул чародей. — Убоина из тебя знатная получится. Прямо хоть сейчас в котел!
Я отвернулась, чтобы не видеть любимого лица и насмешливых серебристых глаз, по которым так тосковала.
— Прости меня, пожалуйста, — попросила я, глядя, как за окном раскачиваются на ветру голые замерзающие ветви.
— Да за что?! — оторопел Дар.
— За истерику. За то, что не оправдала твоих надежд. За то, что превратилась бес знает во что. За то, что никогда не смогу стать твоей женой и подарить тебе наследников. За то, что тебе пришлось ехать за мною на край света, и совершенно напрасно. Кстати, спасибо, что приехал. Мне, правда, стало гораздо легче…
Я врала. Мне стало гораздо тяжелее. Оказалось, что смириться с грядущей разлукой намного проще в одиночку.
— Что-то я не понял, — Дар хитро сощурился. — Я бы, конечно, мог поинтересоваться, каких таких надежд ты не оправдала и куда денутся наши с тобой наследники. Но ты мне лучше расскажи, почему же ты не сможешь за меня замуж выйти?
Я уныло вздохнула. Вот, казалось бы — умный человек. Чародей. Маг высшей степени посвящения. Неужели ему надо объяснять, почему он не может взять в жены недообращенную змеевиху, чудовище, монстра?! Что тут непонятно-то? Или Радош ему не все рассказал?! Оборотень, конечно, застал только цветочки, все ягодки потом Алу выпало собирать, но и того было достаточно. Однако кто его знает, этого многомудрого кицунэ? Коварный лис мог запросто посвятить моего чародея лишь в ту часть правды, которую счел нужной.
Между тем, пока я раздумывала, что и как сказать, Дар, видимо, решил помочь мне с выбором формулировок. Или, может, подумал, что я снова, как после памятной битвы с личами, впала в оцепенение и опять уподобилась сказочной спящей княжне. Как бы то ни было, рецепт на оба случая у него был один.
Поцелуй
Вспышка ослепительной ярости застала меня врасплох. Ведь моя вторая сущность так давно и прочно находилась под контролем волшебного эликсира! Но всё-таки, мне не стоило забывать, что где-то там, в самых темных закоулках моей души мерзкая тварь, стремящаяся превратить мою жизнь в Преисподнюю, по-прежнему терпеливо копит силы и выбирает подходящий момент для атаки. Оказывается, её кормят не только злоба, раздражение и усталость. Сойдет любое сильное чувство, даже такое чуждое и ненавистное ей, как любовь, лишь бы оно заставило меня забыться и потерять голову!
Любовь даже лучше! Ведь до сих пор эликсир вполне справлялся с засевшей во мне змеюкой…
И на этот раз у меня была великолепная позиция для нападения! Ненависсссстный человек был не просссто рядом, на расстоянии укусссса, он имел наглость и безрассудство целовать меня. Меня!!! Что ж, сейчасссс, сейчасссс он узнает, что значит цс-с-селоваться с волчьим капканом!
Волна свирепой радости захлестнула меня с головой. Вот-вот, через какие-то полмгновения, мои клыки наконец-то погрузятся в сладкую плоть, и горячая кровь разумного существа, такая восхитительная и желанная, хлынет в мою жадную глотку…. Предвкушение наслаждения было таким захватывающим, таким острым, что я даже позволила себе растянуть его ещё на целый удар сердца. Вссссё равно этот человек в моих зубах!
Последнее, что сумел сделать гаснущий разум — это заставить мои руки, внезапно ставшие нечеловечески сильными, оторвать от себя Дара и отшвырнуть его на другой конец комнаты, прямо на затянутую шелком стену. Впрочем, моё гибкое и быстрое тело хищницы тут же стремительно рванулось вслед за добычей.
Хвала Пресветлым Богам, что мой любимый был не только чародеем, но и витязем. Так что, реакция у него была отменная. Но даже, несмотря на это, Дар едва успел остановить меня. Повинуясь замысловатому движению его руки, я застыла всего в паре шагов от него, яростно рыча от бессилия. Я не могла пошевелить даже кончиком пальца, и все, что мне оставалось — это с лютой ненавистью смотреть в сосредоточенные серебристо-серые глаза, которые, медленно приближаясь ко мне, затягивали, завораживали, выпивали из меня желания, силы и жизнь…
Наваждение спало так же внезапно, как и накатило. Шипя и оглядываясь, злобная тварь убралась прочь, в самую глубину моего нутра, чтобы, теперь я знала это наверняка, рано или поздно вернуться обратно. И никакие эликсиры ей не помеха. Главное — не спешить, накопить достаточно сил, терпеливо дождаться подходящего момента, и уж тогда…. От ужаса у меня перехватило горло, и, всё ещё обездвиженная Даровым заклинанием, я почувствовала, как из моих глаз хлынули слезы.
— Всё, всё, — зашептал Дар, обнимая меня, и я почувствовала, что снова могу шевелиться. — Всё прошло, и больше не вернется. Чщ-щ-щ! Не плачь, моя хорошая, не надо.