Мой король

Памфилофф Мими Джин

— Ты такой красивый.

На лице Кинга появилась небольшая ухмылка, но он промолчал.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Стефанос, и Кинг перевел взгляд на него.

— Живым и… голодным. Я очень, очень голоден.

— Ты… голоден? — спросила я, чем снова привлекла его внимание.

— Да. И это касается не только еды.

Мое сердцебиение ускорилось, и все внутри затрепетало. Каждый сантиметр моего тела вопил от восторга.

Так. Нужно разобраться с едой для этого мужчины. Ему понадобятся силы.

Кинг снова вяло улыбнулся. Было

видно, как он слаб.

— Ты все еще можешь читать мои мысли? — спросила я, и он кивнул.

— Видимо, да.

Тогда ты должен знать, что я очень сожалею. Обо всем.

— У нас есть много тем для обсуждения, — сказала он, продолжая улыбаться. — Но позже. Мы обсудим это позже.

Верно! Он был голоден и должен был насладиться его утолением.

Я встала:

— Пойду и найду кого-нибудь из прислуги. Что ты хочешь поесть?

Я ждала ответа Кинга, но вдруг увидела, что его цвет стал синим. Печаль? Вдруг мне стало холодно, а выражение его лица сменилось ужасом. Я собралась спросить у него, в чем дело, но вдруг почувствовала, как по моей груди течет что-то теплое. Посмотрев вниз, я обнаружила, что с меня стекает на пол кровь. Она текла из раны на моей шее, и боль, которую я почувствовала, вряд ли можно сравнить хоть с чем-нибудь еще.

— Миа! — Кинг спрыгнул с кровати и успел поймать меня до того, как я упала на пол. Краем глаза я увидела Стефаноса, который бросил в мою сторону окровавленный нож.

Кинг отчаянно пытался остановить кровотечение, зажимая рану пальцами.

— Нет! Нет! Боже мой, нет!

Я чувствовала, как жизнь покидает мое тело, и леденеют кончики пальцев на руках и ногах.

— Какого хрена ты это сделал? Я убью тебя! — закричал Кинг.

— Проклятье снято. Вы обрели покой. А я должен был убедиться, что эта сучка Провидец больше никогда не сможет разрушить чью-то жизнь снова.

Разумом я пыталась понять смысл того, что он только что сказал. Кинг обрел покой, и теперь Спирос свободны. Я никогда не уточняла, сколько должен длиться этот покой, обретенный Кингом.

— Я поймаю и прикончу каждого из вас.

— Нет. Ты сможешь убить только меня и моего брата. И мы готовы умереть. Совершенно небольшая цена, которая купит справедливость для всей моей семьи.

Я хотела поговорить с Кингом, но из моего рта доносилось только бульканье.

Все хорошо, Кинг. Такова моя карма. Просто пообещай мне, что ты позаботишься о моих родителях.

Своими руками, покрытыми кровью, Кинг убрал волосы с моего лица.

— Ты не можешь оставить меня теперь. Ты не можешь уйти!

У меня нет выбора. Я не могу проклясть саму себя.

— Я люблю тебя, Миа. И я найду способ вернуть тебя, обещаю.

Нет, пожалуйста. Не нужно больше ничего такого. Просто живи… той жизнью, которую я тебе вернула.

Вот так остановилась моя жизнь. На этот раз я не почувствовала какое-то умиротворение или принятие. Только скорбь. Скорбь и темнота.

~ ~ ~

Мое сердце было не в состоянии понять, что я вижу перед собой.

Смесь крайнего ужаса и такой предельной радости, которую только может себе представить человек. Я видел перед собой Мию. Кровь текла ручьем из ее шеи, собираясь в огромную красную лужу. Тем не менее в ее глазах я видел то, о чем человек вроде меня мог только мечтать — искупление. В глубоких синих глазах, которыми она смотрела на меня, не было ничего, кроме любви. Но чувствовать это было унизительно. Я не заслуживаю ее любви. Но факт остается фактом. Ей все равно на мое прошлое и на мои преступления. Ей все равно на то, что преследует меня всю жизнь. Но ей не плевать на меня. На человека. Мой разум резко вырвался из этого мысленного рая и обратился к чувствам, которые я знаю слишком хорошо. Гнев. Ненависть. Месть. Пусть я больше не проклят, но на мне есть отпечаток моего прошлого, и я не чураюсь насилия.

— Я не убью тебя, Стефанос. Я буду разрывать тебя на части. Кусок за куском.

Мужчина напротив меня стоял и молчал, гордо подняв голову. Он знал, что бесполезно скрываться от кого-то вроде меня. Я человек, который отыщет кого угодно и что угодно.

Я снова посмотрел вниз на Мию и увидел, как свет ускользает из ее глаз. В этот момент я не хотел делиться с кем бы то ни было ее последним вдохом. Я хотел, чтобы он принадлежал мне. Только мне.

— Оставь нас. Я разберусь с тобой позже, — выкрикнул я.

Стефанос и его брат покинули комнату. Комнату, которую я сделал для Мии, моей королевы. Комнату, в которой я планировал проводить длинные ночи, занимаясь с ней любовью. Это был ее дворец, в котором мы бы переписали нашу историю. Но этого не будет.

Ее глаза медленно закрылись, и уголки ее губ подернулись в нежной улыбке.

Я не хочу, чтобы она уходила! Я не готов позволить ей умереть!

— Миа, я верну тебя.

Проклятые Боги! Я король! Я обладаю таким арсеналом древних и мощнейших артефактов, которые неизвестны и недоступны больше ни одному человеку. Прожив более трех тысяч лет, я предвидел и подготовился к любому результату. Но чтобы это…

Раскачиваясь на месте, я укачивал голову Мии, словно в колыбели.

Вдруг я вспоминаю, что подарил Мии кольцо для того, чтобы подобное никогда не случилось. Почему она его сняла?

Тут в моей голове что-то щелкнуло. Пусть моя темная сторона взяла под контроль все события последних дней, но я знаю, что Миа не стала бы выбрасывать кольцо, на охоту за которым я потратил почти триста лет. Оно было сделано из камня короны Хаммурапи.

Душа продолжала покидать ее тело, а я судорожно думал, куда делось это кольцо.

Ваун! Он забрал его у нее!

Я залез рукой в карман моих джинсов и вытащил оттуда что-то завернутое в небольшой лоскуток ткани.

Вот черт!

Я вытащил кольцо и чертовски дрожащими руками надел его на ее палец.

— Пожалуйста, вернись, Миа. Пожалуйста, вернись.

Кольцо должно сработать, если оно будет на пальце в момент смерти, а не после нее.

Я прислонил голову к ее груди и стал слушать. Но ни сердцебиения, ни дыхания не было.