Мой герой
Шрифт:
– Скажите, Бейли, испытывали ли вы когда-нибудь острейшее ощущение при поцелуе?
Для ответа на этот вопрос Бейли не требовалось времени на размышление.
– Нет, никогда.
– Я так и подумал.
– Но то, что Майкл и Дженис будут целоваться под омелой, мне очень нравится, – возразила она. – Это добавляет новое измерение в сюжет. Я непременно это использую. Ведь в романах о любви обязательно должен присутствовать элемент фантазии, чтобы привлечь читателей.
– О, я вовсе не хочу сказать, что они не должны испытывать сильные
– В этом и заключается мастерство хорошего писателя, – объяснила Бейли, не придавая значения тому, что занялась самовосхвалением. Что он себе напридумывал? Ее целовали раньше! И много раз. – Для того чтобы создать атмосферу любовных переживаний, требуется всего лишь немного воображения. Вы ведь не думаете, что я начну целоваться с незнакомыми мужчинами, чтобы ощутить то, что чувствуют мои герои?
– Почему бы и нет? Ведь вы не испытывали угрызений совести, устраивая слежку за незнакомым человеком. Целоваться со мной – то же самое – своего рода исследование.
– Целоваться с вами?
– Конечно. Это придаст правдоподобность вашему сочинению, научит вас опыту, который вы больше нигде не сможете почерпнуть.
– Уж не хотите ли вы сказать, что, если я захочу написать детектив, я должна кого-нибудь убить? – возмутилась Бейли.
– Не надо преувеличивать! Об убийстве не может быть речи, но поцелуй… поцелуй вполне в пределах ваших возможностей. От этого ваша история только выиграет, и вы это прекрасно понимаете. Я предлагаю приступить к поцелую немедленно, Бейли.
Они продолжали идти неторопливым шагом. Бейли целиком погрузилась в свои мысли, как вдруг Паркер внезапно свернул в узкий переулок. Бейли показалось, что это был тот самый переулок, куда он втащил ее в тот день, когда она следила за ним.
– Итак, – твердо произнес он, остановившись. Потом положил руки ей на плечи и внимательно вгляделся в ее лицо. – Вы готовы?
Готова ли она? Бейли уже ни в чем не была уверена. Паркер прав: описание этого эпизода станет гораздо более живым, если она сама испытает те же чувства, которые испытала Дженис. Шансы на публикацию книги в большой степени зависели от того, как ей удастся раскрыть влечение героя к героине в первой, самой важной главе.
– Согласна, – пролепетала она, не узнавая собственного голоса.
Едва она произнесла это слово, как Паркер мягким движением обхватил ее подбородок и склонился к ее лицу.
– Все будет хорошо, – услышала она его шепот перед тем, как их губы слились.
Глаза Бейли закрылись. Он оказался прав – ей в самом деле было хорошо. Нет, не просто хорошо – чудесно! Во всем теле она ощутила какую-то слабость, голова закружилась, но ей хотелось, чтобы эти ощущения стали еще сильнее и не кончались никогда.
Непроизвольно она приникла к Паркеру, буквально повиснув у него на руках. Если бы он не обнимал ее, она упала бы наземь.
Вкус поцелуя был настолько сладок и знаком, как если
Странное чувство охватило Бейли, тело бросило в жар. Она испугалась, что, если поцелуй продлится еще хоть немного, она потеряет всякое самообладание.
– Хватит, – взмолилась Бейли, отрываясь от Паркера.
Прижавшись лицом к его плечу, она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и перестать наконец дрожать.
И зачем только Паркер подверг ее такому испытанию? Дженис и Майкл могли целоваться сколько душе угодно, а ей глубокие чувства абсолютно не нужны. С таким трудом она создала вокруг себя защитный панцирь, и вот теперь он начинает рушиться…
Жгучее прикосновение губ Паркера к ее виску заставило Бейли отпрянуть в сторону.
– Ну что ж, – сказала она, нервно потирая ладони, как только вновь обрела дар речи. – Это, несомненно, шаг в правильном направлении.
– Не понял. – Паркер изумленно смотрел на нее, словно ослышался.
– Поцелуй. Я почувствовала ошеломление и даже некое очарование, но хотелось чего-то большего… В поцелуе Майкла и Дженис должна присутствовать искра.
– По-моему, в нашем поцелуе была искра. – Голос Паркера прозвучал низко и печально.
– Очарование, – поправила она, затем с живостью добавила: – Скажу одно, однако. У вас это мастерски получается. Сразу чувствуется большая практика, я не ошиблась? – Она шутливо ткнула его локтем в ребра. – Ну что ж, мне пора. Еще раз спасибо за то, что встретились со мной. Как-нибудь увидимся.
Странно, но выдавить улыбку не получилось. Еще более удивительным было то обстоятельство, что, когда она повернулась и пошла прочь, ноги ее были похожи на размякший пластилин.
До ближайшей станции подземки оставалось несколько кварталов. Бейли шагала со всей скоростью, на которую была способна, бормоча что-то себе под нос. Она вообще вела себя как полная идиотка всякий раз, когда общалась с Паркером Дейвидсоном. Просто наваждение какое-то!
Она все еще продолжала бормотать, ругая себя на чем свет стоит, когда у края тротуара затормозил белый спортивный автомобиль. Она плохо разбиралась в марках машин, но отличить дорогие от дешевых умела. И уж поняла, конечно, что костюм, в котором был Паркер, не был куплен в отделе готового платья городского универмага.
– Садитесь, – сказал он сердито, открывая для нее дверцу.
– Зачем? – спросила Бейли. – Я доберусь на СТС.
– Нет, в такое позднее время не следует ехать в подземке.
– Почему это? – возразила она, вскинув голову.
– Не испытывайте судьбу, Бейли. Не упрямьтесь.
Несколько секунд Бейли колебалась, однако вид упрямо сжатых челюстей убедил ее в бесполезности дальнейших упирательств. Никогда в жизни ей не приходилось видеть таких упрямых челюстей. Ах, ну да, припомнила она, именно эта черта внешности Паркера бросилась ей в глаза при первой встрече…