Мой чемпион
Шрифт:
Рейн не знала, что делать. Ей хотелось прояснить со Скоттом все до конца, заставить его признаться в споре, и, может быть, потом начать все с чистого листа.
— Привет, красавица! Ты хотела меня видеть?
— Хотела, — Рейн затащила его в кабину. — Тебе уже прицепили микрофон?
— Нет пока.
Это хорошо, подумала Рейн. Она не хотела, чтобы кто-то слышал их разговор. Всю ночь она думала только о Скотте и наутро чувствовала себя разбитой и раздраженной. Если он сегодня
— Я видела, с тобой разговаривал Джоэл. Что он хотел от тебя?
— То же, что и от тебя.
— Я так и думала. Каковы твои шансы на победу сегодня? — спросила Рейн?
— Я предчувствую удачу, — сказал Скотт, прислоняясь к стене и складывая на груди руки.
— Прямо как за игрой в рулетку? — вопросительно посмотрела на него Рейн.
— Очень смешно.
— И я так думаю!
Скотт обошел кабину, коснулся режиссерского пульта, камер и мониторов.
— Рулетка — это риск. Покер — наука. Хочешь попытать удачи за столом игры в покер?
Рейн думала об этом. Однажды, еще в школе, она выиграла достаточную сумму денег, чтобы оплатить их с матерью поездку в Нью-Йорк. Но это было давно.
— Нет, не буду испытывать удачу. Я хочу быть той единственной женщиной, которая может сказать, что победила Скотта Риверса.
— Ты хочешь, чтобы я проиграл? — спросил Скотт. Он перестал забавляться с оборудованием
и повернулся к Рейн. На какую-то минуту ей показалось, что он не знает, какую роль ему следует сейчас играть, и хочет узнать ее мнение как режиссера.
— Не совсем так, но твое самолюбие не пострадает, если ты однажды не выиграешь, — тихо сказала Рейн. Если бы она собиралась обмануть Скотта, сказала бы другие слова. Она бы подыграла ему, чтобы он, как всегда, почувствовал себя богом среди людей.
Скотт наклонил голову в сторону, потом произнес:
— Когда я рискую, мне всегда сопутствует удача.
— А в любви? — Рейн сама не знала, почему задала ему такой вопрос. Наверно, это крепко засело в ее мозгу. Она влюбилась в него, стоит уже в этом признаться. Вчера вечером она лежала в своей кровати, расстроенная и взволнованная его поцелуями, и страдала, что его нет рядом.
— Я думаю, что любовь — лотерея, — произнес Скотт таким мрачным тоном, что Рейн поняла: она близка к разгадке.
— Как это? — спросила она, желая узнать побольше. Рациональная часть ее мышления предупреждала, что не стоит слишком привязываться к Скотту. Не верить его открытости и тому, как он разговаривает с ней. На кону большие деньги, а он сам только что сказал, что не любит проигрывать.
— Мои родители замечательные люди. У меня есть несколько близких друзей. Но когда речь идет о конкретной женщине… Скажу просто, мое сердце однажды было разбито.
— Правда? — Рейн была удивлена, что он признался в самом
— Хочешь услышать чудовищные подробности? — спросил Скотт.
Да, ей хотелось узнать все подробности, чтобы понять, чем он живет. Она хотела быть уверена, что перед ней не плейбой, который ухаживает за ней ради денег.
— Ты, правда, расскажешь мне? Не побоишься выглядеть неудачником?
Скотт рассмеялся.
— Если хочешь узнать о моем разбитом сердце, я расскажу тебе. Но только тебе. И, может быть, ты пожалеешь меня.
— Теперь я понимаю… Прости, не хочу ничего слышать о твоих бывших любовницах.
Скотт приблизился к ней. Она почувствовала запах его лосьона, и ей захотелось вдохнуть поглубже, чтобы навсегда запомнить этот аромат.
Рейн хотела крепко обнять его и почувствовать силу его объятий. Только в его руках она чувствовала себя защищенной.
— А как ты? Твое сердце когда-нибудь было разбито? — тихо спросил Скотт.
Рейн не хотелось говорить на эту тему. Во всяком случае, не сейчас. Не с ним. Ей хотелось, чтобы он поверил: она всегда такая холодная и невозмутимая, как на съемочной площадке.
— Со мной это случалось не один раз.
— Правда? Ты производишь впечатление человека, который никогда не позволит мужчине разбить сердце более одного раза.
— Ты нрав, это был один мужчина. Остальные проблемы связаны с отцом и братом. Но я уже научилась не верить их обещаниям.
— И что же они обещали?
— Бросить играть. Начать жить нормальной жизнью.
— Поэтому ты научилась не верить ни одному мужскому обещанию? Ну что ж, в таком случае я не буду тебе ничего обещать.
Рейн молчала. Она так хотела верить искренности, звучащей в его голосе, его открытому взгляду, который обещал защиту…
— В чем дело, дорогая? — спросил Скотт.
— Все в порядке, — ответила Рейн.
Скотт вплотную подошел к ней и обнял за талию. Рейн нравилось ощущать его прикосновения, и она теснее прижалась к нему. Закрыв глаза, она представила, что они не на телевизионном шоу, а все это происходит по-настоящему.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ