Мой ботаник
Шрифт:
— Я не считаю, что женщина вообще должна зарабатывать, — внезапно выдает Зацепин, разводя руками. — Только если ей ну очень хочется, но приют — это слишком странное развлечение, ни я, ни твой отец не станем тебе помогать его спасти, так что лучше учись готовить шарлотку.
— Почему? — не понимаю, хлопая глазами. — Что плохого в том, чтобы спасти животных? Я не хочу чтобы их усыпляли, и для меня это вовсе не развлечение.
Мажор устало потирает переносицу, в точности повторяя мой
— Хорошо, поговорим об этом позже, — разворачивается и утыкается взглядом в компьютер.
Я уже собираюсь уходить, но тут на столе Зацепина «квакает» телефон. Простенький такой, самый обычный.
— Зачем тебе два телефона? — спрашиваю машинально, пытаясь взглянуть на маленький экран.
— Это рабочий, — быстро отвечает мажор и тут же скидывает его в шуфлятку стола и закрывает там на ключ.
Очень подозрительно. Чего переполошился?
— Эм, ладно, — произношу растерянно и возвращаюсь в свою комнату.
Переодеваюсь в домашние шорты с футболкой, умываюсь и отправляюсь в кухню, на своё рабочее место. В голове полная неразбериха. Я не понимаю Зацепина, не понимаю, зачем ему следить за мной, зачем указывать где я должна работать, зачем предлагал денег, если я и так должна ему…
Странный. Может, он таким образом заботится? Да, не… глупость какая.
Мотнула головой и приступила к приготовлению шарлотки. Зацепин и тут отличился: оставил все необходимые ингредиенты на столе. Ингредиенты и рецепт, выписанный на листочек.
— Спасибо тебе огромное, милый человек, — бормочу язвительно и приступаю.
Глава двадцать третья
о правильном тесте
Кира
Если Зацепин хотел поиздеваться, то у него получилось на все сто процентов. Мало того, что перекупил у Ботаника мой долг, практически взяв меня в рабство, так ещё и строит из себя моего надзирателя. Суёт нос в мои дела и… заставляет готовить.
Вздохнула, печально глядя на непонятную жидкую массу из муки, яиц, молока и сахара. Кажется, я что-то не так делаю. И не слишком-то аккуратно: весь стол и пол мукой замарала.
Оглядела себя и жалобно скривилась, хныкнув. Руки в муке, лицо, я подозреваю, тоже, и волосы.
Ладно… сейчас приберусь, это непонятное нечто, которое я побоялась бы назвать тестом, выкину, притащу нетбук и начну сначала.
Уборка заняла много времени, я почти закончила, только сама не успела умыться, когда в кухню вошёл Зацепин, прикрывая зевок.
— Я не понял, почему ещё не пахнет яблочным пирогом? — нагло заявил он, озираясь.
Бросила грязную тряпку в раковину,
— Знаешь, Зацепин, ты толкаешь меня…
— Ваня, — флегматично поправил он, дерзко смотря мне в глаза и ухмыляясь. — Имя такое. Исконно русское. И-ван, — по слогам протянул гад и ухмыльнулся. — Или это слишком сложно для тебя? Как и шарлотка, я смотрю…
Вы когда-нибудь представляли, как бьёте вашего собеседника? А сковородкой?
— Ты… — с языка едва не сорвались ругательства. Хотелось всё бросить и уйти, наплевав на нелепый договор, заключённый между нами. Но… и совесть не позволяет, и гордость. Не могу сдаться. Я просто обязана утереть этому мажору нос, щёлкнуть по его самолюбию. — Дай мне ещё сорок минут. Первый пирог комом, как говорится.
— Не-а, — Зацепин насмешливо качнул головой. — Подвинь свой «тазик», блондиночка, папочка покажет тебе, как нужно пироги печь. По бабушкиному рецепту, между прочим.
Ну всё… мне нужна лицензия на убийство. Срочно!
— Блондиночка? — фыркнула возмущённо. — Как я с тобой связалась, ума не приложу… — пробормотала себе под нос и включила в кране воду.
— А тебе просто прикладывать нечего, — поддел этот умник. — Не водится в твоей хорошенькой головке ума. Смирись.
… Зацепин ловко замешивал тесто. В отличие от меня, он справлялся гораздо лучше. Я засмотрелась, позабыв об обидном намёке на то, что у меня нет мозгов. Может, и правда, нет. Откуда им взяться, когда за меня всю жизнь решали, всё делали? Опыту неоткуда взяться. Мама умерла слишком рано. Ни я, ни папа к этому не были готовы.
— Тебя бабушка научила? — спросила спокойно, наблюдая.
— Да, — с теплотой в голосе отозвался Зацепин. — Она классная была. Тебе бы понравилась.
Усмехаюсь, тряхнув головой.
Зацепин перестал взбивать венчиком ингредиенты и повернул голову ко мне.
— Иди-ка сюда, пробовать будешь. Вставай, — велел он и осторожно пристроил венчик к краю миски.
Подавила тяжкий вздох, подошла к столу и взяла «инстумент». Зацепин встал позади меня, почти прижимаясь, и опустил свою ладонь поверх моей.
— Взбивать нужно вот так. По часовой стрелке. Сильно не тряси, брызгов не должно быть. Осторожно… — давал указания он, почти положив подбородок мне на плечо. И как тут сосредоточиться?
— А не мог бы ты отодвинуться? — глухо поинтересовалась, пытаясь не отвлекаться.
Послышался смешок.
— Только не говори, что смущаешься.
— Просто отодвинься, — ровно повторила я. — Чтобы учить, не обязательно прижимать меня к столу.
Зацепин отодвинулся и встал так, чтобы видеть моё лицо.