Мой ад
Шрифт:
Ашер слегка приподнял бровь. На миг. Почти незаметно.
— Да. Интересная, — отозвался он медленно. Холодно. И по тому, как у Селин дрогнули пальцы на сумочке, я поняла: она заметила.
Он не подтвердил ни «сестру», ни «приятно познакомиться».
— Мы говорили о наших делах, — продолжила она, не сдаваясь. — О твоей помощи мне… и вообще о том, как важно доверие в таких отношениях. Ты ведь сам говорил, что без доверия ничего не работает.
Он перевёл на неё взгляд. Жёстко.
— Говорил. И я очень чётко указываю границы, чтобы это доверие не превращалось в недопонимание.
Селин чуть пошатнулась. Улыбка всё ещё держалась на её лице — но уже она была совсем другой. Той, где нужно сохранять лицо, даже когда тебя душит неловкость.
— Так что, — альфа повернулся ко мне, — ты готова?
Я едва заметно кивнула. Почти машинально. Потому что в этот момент внутри меня горело нечто другое — что-то ядовитое, острое. Селин ещё стояла рядом, и не собиралась так просто исчезнуть.
— А может, мы втроём сходим поедим? Я же все-таки приехала, — предложила она с той же фальшивой лёгкостью.
— Нет.
Ашер даже не удосужился объясниться. Его «нет» прозвучало как приговор. Необсуждаемый.
***
Мы молча ехали. Он не смотрел на меня, не касался, не спрашивал, как я себя чувствую. И всё же — молчание между нами было другим. Не холодным. Не пустым. А скорее… насыщенным. В нём что-то накалялось.
Ресторан оказался закрытым для остальных. Частная обстановка, тихий зал с тусклым светом и одиночным столом у окна. Вид на город был красивый.
Я села напротив, чувствуя, как он всё ещё смотрит. Не на платье. Не на лицо. А как будто глубже. Словно пытается считать эмоции. Или то, что я могла услышать от Селин.
— Ты не сказала, как она тебя нашла, — наконец заговорил он, пока официант наполнял бокалы вином. Голос ровный. Даже почти вежливый.
Я пожала плечами.
— Подошла сама. Представилась. Улыбалась. Хвалила тебя, если вкратце.
Ашер не отреагировал. Только взял бокал, отпил и поставил обратно, не отрывая взгляда.
— И что ты ей сказала?
— Что не интересуюсь твоей личной жизнью.
Я сделала паузу, потом чуть наклонилась вперёд.
— Она говорила, что у вас были… моменты. Что вы близки. Что вы — совпадаете. Звучало довольно интимно. Почти как признание.
Он раздраженно поджал губы.
— Селин любит чувствовать себя незаменимой. Особенно, когда ею не является.
Я молча смотрела на него. Он спокойно откинулся на спинку стула. Вроде расслаблен — но сжат в плечах.
— Ты специально сказал ей где будешь?
— Нет. Я сказал человеку передать ей документы. Селин должна была дождаться их в отеле. Не думал, что она решит прийти.
Он сделал глоток. Глаза
— А ты не хотел её видеть?
Вопрос вырвался сам. Почти шепотом.
Ашер еще сильнее прожег меня взглядом.
— Если бы я хотел её видеть, ты бы сейчас сидела здесь одна.
Внутри что-то дрогнуло. Я отвела взгляд. Сделала вид, что увлечена едой. Хотя вкуса не чувствовала - видимо, этот разговор вызывал во мне волнение.
— Её фирма действительно зависит от тебя? — спросила чуть позже.
— Я инвестировал на старте. Дал пару толчков. Сейчас она на плаву, благодаря этому. Селин любит всегда говорить, кому обязана своим успехом.
— И это сближает?
— Нет. Это раздражает, — он чуть склонил голову.— Но тебя это почему-то задело.
Я молчала.
Он продолжил сам:
— Или ты не хочешь, чтобы кто-то назывался моей истинной?
— Я не хочу, чтобы кто-то врал, — отрезала. — Особенно публично.
— В таком случае, давай расскажем всем, что ты моя истинная, — от этого предложения кожу пробрало ледяным холодом и я даже дышать перестала.
30
— Это ты сейчас серьёзно?
Альфа не отводил взгляда. Прожигал им.
— Серьёзно.
— Ашер… — я выдохнула, отложив вилку. — Мы не будем этого делать. Не сейчас. У нас есть дети. Два маленьких человека, чью жизнь мы не может ставить под угрозу. Они тебя еще не знают. А стоит объявить о нашей истинности - дом сразу окружат журналисты лишь бы выведать как можно больше про нашу семью.
Ашер чуть склонил голову, всё так же молча.
— Я не боюсь говорить правду. Но я боюсь, что за ней придут. С камерами. С заголовками.И мне плевать, что они скажут обо мне. Но не о них. Ни о Клэр и Даймоне.
— Я понимаю. Когда ты будешь готова, — альфа начал говорить, — всё будет иначе. Я позабочусь, чтобы их никто не посмел тронуть.
Я кивнула. Без слов.
Мы доели молча. Тишина между нами не была тяжёлой. Она просто… была. Как временное перемирие.
Когда он встал, я почувствовала, как обострилось всё вокруг — воздух, шаги, взгляд.
— Ты хочешь ещё прогуляться? Или вернёмся в номер?
— В номер, — тихо сказала я.
Денор сделал шаг ближе.
Наклонился чуть к моему уху. Голос — хриплый. Слишком близко. Обжигающе.
— Я всё ещё хочу сорвать с тебя это чёртово платье.
***
Утром мы поехали в клинику.
В дороге было тихо. Тишина между нами теперь была другой. Уже не отстранённой, но и не близкой. Но колебалась от любого движения, от взгляда, от случайного касания пальцев, когда он протягивал мне кофе у заправки.