Мото

Невер М.

Со временем я пришла к пониманию мирового феномена, которым являются гонки на мотоциклах – культура, фанаты, последователи.

Каждая гонка собирает больше зрителей, чем Суперкубок. Это безумие. И в центре этой вселенной находится Риз. Теперь я вроде как понимаю его снобизм. Не то чтобы я потворствовала ему, но когда вы путешествовали по миру и испытали то, о чем большинство людей только мечтают, сельский Мэриленд не кажется особо привлекательным.

– Как думаешь, что это? – несу большую коричневую коробку на кухню. Гипс Риза сняли до колена, так что передвигаться

на костылях ему гораздо легче. Настолько, что он почти никогда не садится, пока я его не заставлю. Иногда мне кажется, что я нянчу малыша с неограниченным количеством энергии. Если он такой с травмой, то даже боюсь представить, какой он в полном здравии. – Животное, растение или полезное ископаемое? – Я играю с ним. Мне нравится наша игра «Угадай, что доставщик привез сегодня?». На прошлой неделе фанат прислал ему бельгийский шоколад, и я, кажется, съела половину коробки. Вы когда-нибудь пробовали бельгийский шоколад? Да, я тоже, до недавних пор. Риз только и делал, что дразнил меня, пока я блаженно постанывала. Не знаю когда, но однажды я отправлюсь в Бельгию и съем все шоколадные конфеты в стране. Буду путешествовать пешком, чтобы сбросить лишние килограммы.

– Насколько тяжелая? – спрашивает Риз.

– Не очень. – я слегка ее встряхиваю. Мы обмениваемся понимающим взглядом.

– Господи, только не это. – разрываю коробку, а та вся заполнена провокационными трусиками. – Неужели этим женщинам нечем заняться, кроме как набивать коробки, надеюсь, новым нижним бельем?

– Ну... – Риз берет пурпурную кружевную пару, растягивает и стреляет в меня ею, словно из рогатки. – Есть разные способы показать свою любовь.

– Я тебе так скажу: не имеет значения, как сильно я кого-то люблю, но не думаю, что когда-нибудь пришлю ему по почте свои трусики.

– Каждому свое. – Риз пожимает плечами. – Тебе нужно, по крайней мере, разрешить кому-то добраться до трусиков, прежде чем их отправить.

Я замолкаю, уперев руки в бока.

– Что ты хочешь этим сказать? Я разрешаю добираться до моих трусиков.

– Кому это? – с сомнением усмехается он.

– Мужчинам, – защищаясь, отвечаю я и закрываю коробку.

– Будь это правдой, ты бы уже на протяжении нескольких недель объезжала меня.

– Я весьма избирательна, но иногда допускаю ошибки. – не хочу, чтобы он поднимал тему о том инциденте с рукоблудием.

– Я тебя пугаю?

– Пугаешь? – усмехаюсь я. – С чего бы?

– Боишься, что под этим колпаком слишком много энергии? – Риз делает поступательные движения тазом.

– Пощади меня. Скорее, слишком много намотано километров и недостаточно топлива.

– О, я прекрасно езжу за рулем. – Риз ковыляет ко мне. – Всю ночь напролет, детка, – шепчет он мне на ухо.

Скрываю, как сильно меня заводит одна только мысль об этом.

– Поселим тебя в гараже, чтобы ты хорошо отдохнул для всех своих обожающих распутных поклонниц.

– Эй, Дэйзи Мэй – милая бабушка из Огайо – обиделась бы на твои слова.

– Напишу ей личное извинение, – сухо отвечаю я.

Риз одаривает меня своей фирменной дерзкой улыбкой.

– Боже, как бы мне

хотелось увидеть тебя на байке.

– Мечтай. – прохожу мимо него и открываю холодильник.

– Мечтаю, детка.

Мысль о том, чтобы сесть на байк, вызывает у меня страх по многим причинам. Я прячусь за дверцей, переводя дыхание, надеясь, что Риз не заметит перемены в моем поведении. К несчастью для меня, происходит противоположное.

– Кайла? – он высовывает голову из-за стальной двери.

– Все в порядке. Ищу салат, – я выныриваю из ящика с овощами. – Держи. – пихаю салат прямо ему в грудь. – Можешь нарезать.

Он с любопытством смотрит на зеленый шар, потом снова на меня.

– Окей.

Молча вытаскиваю кусок стейка и начинаю мариновать его, пока Риз готовит салат. Сосредотачиваюсь исключительно на том, что делаю, подавляя бурлящие чувства и болезненные воспоминания.

– Кайла. Кайла? – Риз машет рукой перед моим лицом.

– А? – я резко поднимаю голову.

– Где ты, черт возьми, витаешь? Я только что пять минут разговаривал с самим собой.

– Прости. – я качаю головой. – Должно быть, грезила наяву.

– По какому поводу? Обо мне? Моей заднице? Была загипнотизирована моим телосложением Адониса?

– Мама дорогая. – я изумленно смотрю на Риза. – Твоему эго нужен свой собственный код города. Я мечтала о пробежке.

– Да ладно? – он ни на секунду не повелся. – Никто не думает о пробежке настолько углубленно.

– А я думаю. Потому что пропустила две последние тренировки. Вы с Дэвом съедаете все мое время.

– Есть вещи и похуже, которые могут тебя съесть.

– Я не говорила, что вы съедаете меня, Риз!

– А я бы с удовольствием тебя съел.

– Пожалуйста, перестань болтать.

– Не могу, это патология.

– Вот почему твои поклонницы присылают тебе нижнее белье. Ты бесстыжий.

– И чертовски возбужден. – Риз хватает себя за промежность. – Кажется, это рекорд.

– Так давай подадим заявку в Книгу рекордов Гиннесса.

– А можно? – спрашивает он совершенно серьезно.

– Тащи долбаные помидоры. – игнорирую его и включаю духовку.

К черту мою жизнь.

К тому времени, как ужин готов, возвращается Дэв. Понятия не имею, как мне удается каждый раз доводить готовку до конца, но я узнала, что это отвлекает Риза и он не цепляется ко мне.

– Вкусно пахнет. – Дэв появляется в дверях кухни и делает глубокий вдох.

– Стейк и салат, – объявляю я. – Американская еда.

– А я думал, бифштекс с картошкой. – Риз бросает свои два цента, просто чтобы повредничать.

– Только не в этом доме, – отвечаю я.

– Выглядишь подкаченным, братан. Тренировки с собственным весом? – Дэв пожимает руку Риза и достает бутылку красного вина. Бокальчик за ужином расслабляет его после долгого дня.

Риз сгибает свой бицепс, и я почти теряю сознание; он одет в обтягивающую белую футболку, которая подчеркивает каждую выпуклость. Я отворачиваюсь и делаю вид, что вожусь с чем-то в пределах досягаемости.