Мосты, гордыня, фальшь...
Шрифт:
– Просто решила отдохнуть, – не нашлась, что ответить Инесса. Алекса здесь встретить она совсем не ожидала, и была очень удивлена этому.
– Ты за мной следишь? – грозно спросил Алекс.
– Нет конечно, – ответила она уверенно. – У нас сегодня получился вечер неожиданных встреч и совпадений, – невинно пожала она плечами.
– Да вечер совпадений, – как – то двусмысленно эхом отозвался Алекс.
– Пойдем, потанцуем, – предложил он.
– Пойдем, – радостно согласилась девушка уже довольная, что все обернулось именно так.
– После танца они перебрались за один из
«Как когда – то раньше», - радостно подумала Инесса с вновь возобновившейся надеждой, что может быть еще не все потеряно.
Так с интересом ведя беседу, как в старые времена, Инесса с Алексом и не заметили, как за ними ревностно следили две пары глаз.
.Справедливость восторжествует.
Она с неприязнью наблюдала за Алексом и Инессой. Как бы она не хотела, чтоб это не случилось, но эта пара сидит вместе, Алекс наливает этой женщине вино и видно, что хочет ей понравиться. А она только позволяет за ней ухаживать. А она бы все отдала, чтобы быть на ее месте. Да, это именно она должна сейчас быть на ее месте. Но ничего справедливость восторжествует, если устранить соперницу, у нее появится шанс.
Девушка вспомнила, как все начиналось с Алексом и в душе еще больше усилилось чувство ненависти к своей сопернице.
Они выпили с Алексом по бокалу шампанского, и перед ее глазами все завертелось в бешеном хаотичном танце. Она старалась держаться с достоинством, но не привыкшая к алкоголю Маргарита постоянно ловила себя на мысли, что ей очень нравится ее новый знакомый. Было в его внешнем виде что – то притягательное, не смотря на колючий взгляд серых ледяных глаз и грубые черты лица. Но они порой смягчались и тогда он казался неимоверно красивым.
– Расскажи о себе, красивая незнакомка, – и девушка словила себя на мысли, что не знает, что ему рассказывать.
– Я родилась в обычной семье: мать, отец. Все счастливы. Сейчас я учусь, живу отдельно. Как видишь, все довольно прозаично.
– Но в таких прозаичных условиях выросла совсем не ординарная девушка, – сделал ей комплимент Алекса.
– А у тебя как прошли детство и юность? – поспешила она перевести тему.
– Ты можешь не верить, но тоже довольно банально. С одним исключением, что отец у меня зверски богат и теперь я владелец успешной фирмы и могу себе позволить все, что захочу. По какому – то негласному соглашению оба сделали вид, что поверили друг другу, хотя и он и она знали, что в их словах нет и доли правды.
– Поедем завтра со мной, – неожиданно предложил он, – мне завтра нужно уезжать на Бали, а мне совсем не хочется расставаться с такой очаровательной знакомой.
– Ты меня уже покупаешь поездкой на Бали?
– Вовсе нет, – невинно помотал он головой из стороны в сторону. – Такую женщину, как ты, нужно только завоевать. Эта поездка совершенно ни к чему тебя не обязывает. По крайней мере, мне будет не скучно коротать вечера на Бали.
– А разве тебе может быть с твоими деньгами скучно в обществе длинноногих красоток с островов? – с легкой иронией сорвалось с ее губ.
– Деньги не заменят интересного общения.
– Хорошо, я согласна, –
– Тогда завтра я заеду за тобой по дороге в аэропорт. Куда тебя отвезти? – спросил ее галантный кавалер.
– Поэтическая, 23.
По дороге она счастливо смотрела на ночной город, волосы обвевал приятный, ночной ветерок и девушке казалось, что это какой – то эпизод из сказки и он вот – вот и развеется. Она взволновано поворачивала голову в сторону своего шофера, и на нее с улыбкой смотрел Алекс.
– Вот мы и прибыли, – перед ней, как по волшебству, распахнулась дверца его машины.
– Завтра, – он посмотрел на часы. – То есть уже сегодня, будь готова к 17.00.
Перед тем как сесть в машину и уехать, он несколько мгновений смотрел ей в глаза, затем нежно поцеловал в щеку и умчался в ночную темноту.
Девушка целый день не могла поверить в свое счастье. «Это все, наверное, какой – то обман – думала она, но на всякий случай собрала чемодан. А следующим утром она безумно счастливая уже была на Бали. Та неделя была самой счастливой в ее жизни. Горячее солнце, золотой песок, волны, пенящиеся у ее ног и рядом человек, который ей безумно нравился. Более того, она понимала, что влюбилась и хотела бы, чтобы это продолжалось вечно. О том, что это может закончиться она и думать не хотела.
Девушка просыпалась с мыслью, что вот он рядом и больше для счастья ничего не нужно и это было взаимно. В тот короткий период жизни это было взаимно. На островах хоть у них и была возможность хорошо провести время, ( каждый день в отеле устраивались грандиозные вечеринки), они с Алексом почти не покидали своего номера. Они никак не могли насладится обществом друг друга. Алекс был очень нежен и романтичен, они подолгу валялись в постели, затем, когда им хотелось есть, это могло быть даже среди ночи, они садились кушать мясо с красным вином и фруктами, а затем шли купаться в море. Этих моментов девушка не забудет никогда: они отрывали руками куски белого холодного мяса и кормили друг друга с рук, как первобытные люди, давая запить пищу красным вином, которое струилось по подбородку, как красная кровь и аккуратной струйкой стекало на их оголенные тела.
Затем, насытившись, они шли купаться в темную бескрайнюю пучину пенящегося и волнующегося ночного моря. Порой оно напоминало ей гигантское сильное и беспощадное животное. Это было опасное существо, которое жило своей жизнью и когда разгневается, могло поглотить любого, но по ночам оно было сонное и ему не хотелось шевелится. Оно лишь лениво било своими волнами – лапами о берег. Но она знала, что оно их с Алексом не будет трогать, потому что они влюблены и очень сильны. Это дает им право быть неприкасаемыми.
Они здоровы, молоды, их тела сильны и красивы и их неимоверно тянет друг к
другу. Они сильными движениями, рассекали волны, нежась в теплом бархате моря, и как бы случайно, касались телами друг друга. Внезапно от этого прикосновения в мозгу звонят сотни звоночков, по телу словно проходит разряд тока с ног до головы и они, словно поддавшись какому – то порыву, оказываются на берегу в объятьях друг друга. Затем, изнеможенные и счастливые, засыпали на еще хранящем дневное тепло песке.