Мостовые ада
Шрифт:
"4312". Щелчок. "4213". Щелчок.
Артур заставил себя повернуть голову. Женщина, не отрывая взгляда, смотрела на машину. Артур отвел взгляд. Сердце билось так, что готово было проломить ребра и выскочить из груди. Абсурд; безумие; но он просто не мог заговорить с ней!
Спохватившись, Артур сунул в машину синюю полоску - красные кончились. Он выбрал синюю щель, и, похоже, угадал. Когда кончились синие, он стал пользоваться серебряными, но они тоже вскоре иссякли. У Артура остались только серые, белые и желтые пластинки, и одна золотая.
Просовывая
– Парень, а как же круть? Ты что, не хочешь?
Артур посмотрел на табло. За прозрачным щитком виднелись цифры "3332". Под его недоуменным взглядом последняя цифра сменилась тройкой, и машина произвела "щелк-щелк-бумп!"
В ее нижней части открылась ниша, в которой лежали четыре высоких стопки пластиковых карточек - золотых, серебряных, красных, синих. Артур неуклюже сгреб их в сложенную лодочкой ладонь.
– Четверная на золотом!
– сказал остановивший его мужчина. Глаза у него сверкали.
Артур с трудом выбрался из толпы. Женщины в синем нигде не было видно. Он раздраженно повертел в пальцах пластиковые карточки. На каждой было что-то напечатано мелкими зелеными буковками. На золотой была надпись "десять долларов" и еще "12 июня 140" - дата прошлого понедельника. Серебряные пластинки были помечены "пять долларов", красные - "один доллар", синие - "пятьдесят центов". Дата на всех была одна и та же. Золотые. Доллары. Центы. Что все это значит?
– Плотно, парень!
– сказал кто-то.
– Ну теперь-то у тебя есть, чем разменять золотой?
Это была девушка в алом.
– Сколько выпало?
– спросила она, придвигаясь ближе.
– Четвертная на золотом, - неуверенно вымолвил Артур.
Девушка присвистнула.
– Пятьсот двенадцать - ну ты и счастливчик! Слушай, а как ты собираешься все спустить до сирены?
– Не знаю, - честно ответил Артур.
Девушка придвинулась еще ближе. Артур не мог оторвать от нее взгляд, его словно парализовало.
– Может, тебе нужен помощник, чтобы это потратить?
– спросила она.
– Хорошо, - прохрипел Артур, и тут вдруг до него дошло. Он уставился на девушку и, не успев подумать, брякнул:
– Потратить! Ты хочешь сказать, что это ДЕНЬГИ?!
Девушка расхохоталась так, что у нее слезы брызнули из глаз.
– Ну, ты приколист!
Она уцепилась пухлой ручкой за локоть Артура и потащила его на улицу:
– Ох, мы щас и оттянемся...
Высоко в башне Межобщественных палат, в апартаментах уполномоченного Опотра мисс Анна Силвер налила еще один стаканчик бренди и подтолкнула его через стол к Хигсби.
– Что ты извлек из комментариев Морриса по поводу этой книги? спросила она, перелистывая страницы.
– Он пытался уколоть меня тем, что мы в Опотре не даем потребителям ничего для чтения, кроме молитв и изречений, и скоро даже высшие
– Я не об этом, - фыркнула мисс Силвер.
– Я знаю. Думаю, что он всего лишь прощупывал почву, Анна. Как обычно. Я подбросил ему несколько намеков и в одном направлении, и в противоположном - для равновесия. Но, боюсь, мы тоже ничего не извлекли из Морриса, как и он из нас. Перетягивание каната.
– Мы знаем, что ему известны те же слухи, что и нам.
– Мы это знали и так. И он знал, что мы знали. Если слухи имеют под собой основание, если действительно одно из среднеконтинентальных обществ использует незаконные аналоговые программы для создания армии вторжения а я должен сказать, что начинаю этому верить, - то эти люди поступили в высшей степени умно. Как только произошла утечка информации, они не стали ничего отрицать, а распустили точно такие же слухи об остальных. И теперь все мы топчемся по кругу - по крайней мере, двое из нас троих. Вот тебе и смысл поведения Морриса сегодня вечером. Либо Еторг невиновен и считает виновным Опотр, либо они хотят, чтобы мы так думали. Выбирай, что тебе больше нравится. Гамбит с книгой был разыгран Моррисом намеренно грубо, так что его можно трактовать одним из полудюжины способов в любом из двух помянутых вариантов.
– И все-таки, что ты сам думаешь?
– Не скажу.
– Иногда я тебя ненавижу, - сказала мисс Силвер.
Хигсби принял самодовольный вид.
– Гордон, а что ты думаешь о самом Моррисе?
– Очень способный человек, особенно для нормала. А что?
– Да вот думаю, нормал ли он? Тебе не кажется, Гордон, что он иногда ведет себя, как иммунный? У него бывает такой взгляд...
Хигсби изобразил сатанинский оскал.
– Он тебе нравится?
– Готова броситься ему в объятия! Вот только похож он на ящера в губной помаде, и духами воняет. Нет, серьезно.
– Если говорить серьезно, то очень мало шансов на то, что Моррис - не тот, кем кажется. Не думай, Анна, что если у нас есть очевидные преимущества, то мы обладаем монополией на способности. Ты не только будешь видеть иммунного в каждом, кто не заплетается в собственных коленках, но и станешь недооценивать противника - а это смертельно опасно. Во вторых, если Моррис действительно иммунный, достигший зрелого возраста и высокого положения, не будучи обнаружен нашей организацией, это уже не имеет значения. Если даже он и иммунный, в этом случае он - не наш, и никогда не станет одним из нас. Он на стороне Еторга.
– Хм-м. Это не вполне то, что меня интересовало, ну да ладно. У нас есть что-нибудь почитать, кроме этих кровавых картинок?
Хигсби молча встал и вернулся с потрепанным томиком, хрупкие страницы которого давно пожелтели, а местами и побурели. Мисс Силвер бережно взяла книгу из его рук и уселась читать. Чтение шло нелегко - она морщила лоб, сводила к переносице брови и изредка шевелила губами. Хигсби неторопливо зажег сигарету и откинулся на спинку дивана, глядя в потолок.
– Не понимаю.