Московский наследник

Бриньон Луи

— Вот ты и оказалась там, где я всегда хотел бы видеть тебя, — голос Александра выдавал владевшие им в эту минуту чувства. Они посмотрели в глаза друг друга. Яна ясно видела страсть в его глазах. Неизвестно, что увидел Александр, но в следующее мгновение он подошёл к ней вплотную и взял её лицо в свои руки. Его губы потянулись к губам Яны. Она потянулась к нему. Их губы встретились, сливаясь в нежном поцелуе. По мере того, как длился поцелуй, нежность понемногу начала отходить, уступая место страсти. Александр прижал Яну к стене и со всей силой своей страсти впился в её губы. Яна застонала и прижалась к нему всем телом. Она снова издала стон, когда Александр обрушил на неё град обжигающих поцелуев. Губы Александра

заскользили по шее, а затем опустились к плечам Яны. Внезапно всё прекратилось. Они отстранились, с минуту смотрели в глаза друг друга, затем оба… одновременно засмеялись. После этого началось настоящее состязание в скорости. Они бросились раздевать друг друга, при этом не забывая оставлять жгучие поцелуи на местах, освобождённых от одежды. То и дело слышался хриплый смех, который прерывался протяжными стонами. Несколько мгновений, и вся одежда лежала на полу, под ногами. Александр подхватил Яну на руки. Она крепко обвила его тело руками и ногами, одновременно накрывая его губы своими и чувствуя резкое движение внутри своей сущности. Яна рванулась ему навстречу. Александр резко застонал и раз за разом начал врываться в неё, с силой сжимая ягодицы Яны. Бурливший поток заставил Яну оторваться от губ. Она прислонилась головой к стене и положив руки на плечи Александра, раз за разом бросала своё тело навстречу его восхитительным движениям. Несколько умопомрачительных мгновений, и Яна почувствовала, как бушующий поток, кружащий её тело в водовороте страсти, готов вырваться наружу. Она протяжно застонала и обвив шею Александра, всем телом прильнула к нему и застыла в таком положении. Александр рванулся в последний раз. По телу Яны прошла судорога, когда она почувствовала освобождение Александра. По телам обоих струился пот. Оба прерывисто дышали. Они оставались в таком положении ещё некоторое время. Яна первой отстранилась. Она вложила в свой взгляд то глубокое чувство, которое испытывала к Александру а слова лишь повторили то, что уже сказало сердце:

— Я люблю тебя!

Александр в ответ счастливо улыбнулся и поцеловал Яну в нос.

— И это всё? — на лице Яны начало проступать разочарование.

Александр коротко засмеялся и снова поцеловал Яну в нос.

— Я не хочу обыденности в наших отношениях. Я, конечно, мог сказать нечто наподобие: «И я тебя люблю, Яна». Но такой ответ любимой женщине, совершенно неуместен.

Александр подхватил Яну на руки. Он отнёс её в ванную комнату. Пока Яна старалась поудобней устроиться в просторной ванне, Александр включил душ. Ванна начала наполняться. Александр взял флакон с пеной и, смеясь, начал поливать её на обнажённое тело Яны. Она засмеялась, пытаясь увернуться от льющейся жидкости.

— Щекотно же, перестань, — смеясь, пыталась возмутиться Яна. Александр послушался её. Отложив пену, он взял ароматизатор и повторил предыдущие действия. На этот раз Яна даже не пыталась возражать. Она принюхивалась к жидкости. Видимо, ей понравился запах.

— Что это? — поинтересовалась Яна.

— Нравится? — вместо ответа спросил Александр.

— Нравится. Так всегда от тебя пахло.

— Я люблю этот запах. Это ароматизированная добавка для ванны. Цепкий запах. Держится несколько дней.

— Значит, я буду пахнуть, как ты? — глаза Яны смеялись.

— Гораздо, гораздо лучше. Ты пахнешь невероятно. Знаешь, запах твоего тела… иногда ну просто сводит меня с ума.

Выговорив эти слова, Александр залез в ванну, устраиваясь напротив Яны. Ванна наполнилась. Над водой стоял густой слой пены. Из пены торчали только головы и коленные чашки Яны и Александра. Неожиданно Яна дунула на пену. Брызги полетели в лицо Александру. Он широко заулыбался, предпринимая невидимый ответ. Яна завизжала и начала бить руками по воде.

— Это нечестно, — воскликнула Яна.

— Интересно, а кто устанавливает

правила игры? — поинтересовался Александр. Он, к облегчению Яны, отодвинул свои ноги в сторону.

— Женщина, конечно, — Яна лукаво улыбнулась и подмигнула Александру. — Мы более слабые, значит, правила наши, законы наши, в общем, мы главные. Ну, это сравнимо с дуэлью, когда обиженному давали право первого выстрела.

Александр от всей души расхохотался. Хохот перешёл в кашель. Хохоча, он прихватил губами пену. Настал черёд Яне посмеяться. Александр убрал пену с губ и насмешливо спросил:

— Собираешься матриархат устроить? Кстати, и не «обиженному», а «оскорблённому», — поправил её Александр.

— Какая разница. Первый выстрел всё равно за нами!

— И когда же мужчины оскорбляли женщин? За что это вы должны получить право первого выстрела?

— Ну если бы вы оскорбили… пришлось бы стрелять. А так мы получили только право первенства.

— Нелогично и несправедливо! — отрезал Александр. Яна засмеялась, не забыв при этом сострить ему смешную рожицу.

— Всё честно, Саша. Мужчины всегда уступали женщинам, не понимаю, чем ты недоволен?

— Одно дело, когда сам уступаешь, а другое, когда тебе говорят «уступи».

— Мужчины все такие. Как только дело доходят до выяснения отношений, пускают вперёд свою гордость. Они не способны на равноправный диалог.

— Неправда, — возразил Александр, — дело вовсе не в этом. Потом, что это за выражение «равноправный диалог»?

— Диалог между равными, — пояснила Яна и тут же добавила, — а по поводу гордости я права.

— Неправа!

— Да? Тогда что это за слова: одно дело уступаешь, другое, когда принуждают.

— Я не так сказал…

— Смысл одинаковый. Так что это такое, если не гордость?

Александр задумался. Через мгновение на его губах появилась довольная улыбка.

— Возмущение!

— Возмущённая гордость! — Яна заразительно засмеялась, чувствуя, что одолела Александра в этом коротком поединке мнений.

— Просто возмущение, — несколько раздражённо возразил Александр, — не искажай мои слова.

Яна видела состояние Александра. Она поняла, что тот не любит проигрывать в споре. Поэтому лукаво улыбнувшись, незаметно перевела разговор в другое русло.

— Забыла сказать, Саша. Сегодня на суде… ты был просто великолепен. Вначале я ничего не могла понять, но потом… когда ты использовал аргументы прокурора против обвинения, я пришла в восторг. Это было неподражаемо, Саша. И не я одна так думаю.

Александр вначале слушал настороженно, но понемногу его лицо прояснилось, а в конце он заулыбался.

— Я с самого начала вёл к вопросу, который прозвучал в конце допроса Лопухина. Мотив преступления — это очень сильный аргумент. Практически всегда от него зависит степень наказания обвиняемого в преступлении. Я понял, что это именно та самая брешь, которую я искал в обороне обвинения. Мне оставалось только показать это присяжным. Что я и сделал. Думаю, у меня получилось.

— Получилось, даже не сомневайся, — заверила его Яна, — в зале все, затаив дыхание, следили за твоей речью. Я слышала, как один из журналистов сказал: «Ещё немного, и от прокурора посыпятся перья, как от общипанной курицы».

Александр, явно довольный услышанным, засмеялся.

— Как ты думаешь, что ждёт Олега?

Вопрос Яны заставил Александра мгновенно посерьёзнеть. Он повертел головой в разные стороны, прежде чем ответил:

— Честно? Не знаю, Яна. Но мы больше не находимся в том безнадёжном положении, в котором пребывали ещё вчера. Замена судьи. Сегодняшнее заседание… позволили изменить ситуацию в нашу пользу. Однако приговор предсказать на сегодняшний день практически невозможно. Многое будет зависеть от дальнейшего хода процесса. Если мне удастся до конца провести свою линию, приговор будет не слишком строгим.