Московский лабиринт
Шрифт:
– Трудно передать словами. Но просыпаться не хочется. Хочется остаться во сне… И даже когда я пытаюсь – не могу оттуда вырваться.
– То есть?
– Мне кажется, что всё закончилось. А на самом деле я перепрыгиваю в другую иллюзию. Такую же ясную. Взаправдашнюю.
– Всего лишь нервы, Таня… Дам тебе на ночь успокоительного. Нет причин для тревоги. Поверь как специалисту…
Я пристально смотрю в его глаза.
– Знаешь, Грэй… Даже сейчас я не до конца уверена… Наяву я с
– Ну… Можешь ущипнуть себя. Или меня… – мягко улыбается доктор.
– Раньше со мной такого не было.
– Прошло меньше месяца. Время лечит, но не сразу. Ни о чём не думай. Живи спокойно. Гуляй, купайся… Это, конечно, не остров в тропиках, но место тихое…
Вздрагиваю, как от ледяного прикосновения:
– Откуда ты знаешь про остров? Я ведь не рассказывала.
– Да так, к слову…
Я молчу. Пытаюсь увидеть в его зрачках хоть какое-то доказательство. Слабый намёк… Ничего. Словно я смотрю в отражения на речной глади… Кругом – одни отражения.
– Ты тоже ненастоящий, Грэй…
– Это смешно, Таня.
Я выскакиваю из комнаты. За окном – большое раскидистое дерево. Оно пропускает через себя солнечные лучи. Тени колышутся на полу и стенах коридора.
Мягкий ковёр под моими ногами – осязаемо реальный. Так хочется в него поверить. Поверить в сосну за окном, в небо и солнце. Поверить в надёжность этого уютного дома. В озабоченный голос доктора за моей спиной:
– Тебе нельзя волноваться, девочка…
На самом деле ничего нет. Только тени. Призрачные тени в моём мозгу… Кружатся, обманывают. Не дают вырваться…
Огромное зеркало на всю стену. И в нём – моя маленькая жалкая фигурка. Я подхожу и зачарованно смотрю. Я удваиваюсь, и мир удваивается. Нет разницы – по ту или по эту сторону стекла. И там и тут – ненастоящее… Как отражение в отражениях. Как поставленные друг напротив друга зеркала.
Размахиваюсь и бью кулаком. Стекло выдерживает. А рука гудит от боли.
– Перестань, Танюша… – бормочет Грэй.
– Не подходи…
– Прими хотя бы успокоительное, – протягивает на ладони несколько розоватых таблеток.
– Успокоиться? Этого вам надо? Не дождётесь!
Всхлипываю и бью его по руке. Таблетки летят на пол.
А теперь с разворота – ногой в зеркало…
Целёхонькое! Проклятие, из чего же оно сделано… Нет! Не должна так думать! Не должна верить! Иначе я никогда отсюда не выберусь.
– Это иллюзия… иллюзия, – шепчу, будто молитву.
– Если ты так хочешь, пускай, – говорит доктор. – Всё на свете можно считать иллюзией. Но лучше выбирать приятные сновидения… Разве тебе плохо с нами?
– Вас нет!
– И никогда не было? – спрашивает Чингиз, выходя навстречу из-за поворота коридора.
Вздрагиваю,
– Пробуждение может оказаться не очень приятным, Таня…
Страх растёт изнутри и цепко сжимает сердце. Открыть глаза и снова обнаружить себя в подвале «охранки»? В прозрачном саркофаге… А вокруг «доктора» в белых халатах: «С добрым утром, Таня…»
Нет! Это очередная уловка! Чтобы окончательно перепутать явь и сон. Перетасовать, как карты в колоде. Они не хотят, чтобы я отсюда вырвалась! Значит, я должна это сделать! Вопреки страху, вопреки осязаемой прочности мира, который для меня сотворили…
«Иллюзия!»
Закрываю глаза. Всё это только в моём сознании. Значит, я могу справиться. Развеять наваждение…
Чуть отступаю. Прыжок, удар. И зеркало раскалывается. Трещины бегут по стеклу и переходят на стены, на окна… Трещинами берётся дерево во дворе и мягкий ковёр у моих ног. Осыпается хрупкими осколками лицо фальшивого Грэя. Под ним – пустота…
Мир рушится. И зеркала уже нет. Но моё отражение почему-то остаётся неизменным.
– Ты… – Не могу оторвать зачарованного взгляда.
Всего один шаг между нами. И она делает этот шаг. Хватает меня за горло.
– Тебя ведь предупреждали, сука! Выбирай приятные иллюзии!
Я задыхаюсь. Перекошенное ненавистью лицо совсем рядом.
Моё лицо…
Оно прозрачное. И по ту сторону – лес и звёздное небо. Уже начинающее светлеть на востоке. Трое друзей крепко спят в «хаммере».
Мини-комп с откинутым экранчиком на моей ладони. Пальцы пробегают по клавиатуре. Я их вижу, чувствую. Но управляет ими кто-то другой. Тело чужое.
«Enter». Адрес незнакомый. Ждать приходится всего две секунды. И на экранчике появляется призрак. Оживший мертвец.
Ему давно полагалось гореть в аду. Три дня назад я сама видела, как его мозги разлетались по стенам в вестибюльчике «Глубины»…
– Нас можно поздравить, Таня?
Я кричу. Крик захлебывается внутри. И звучит голос. Мой собственный, отчётливый голос:
– Всё в порядке. «Инструмент» и «пианист» здесь. Материалы тоже. Высылайте группу…
Глава 14
Проваливаюсь во тьму. Падаю в гулкую пустоту. Чёрная бездна подо мной… Жадная, живая… Оттуда не будет возврата. И нет надежды. Только память остаётся. Пока я падаю, всё, что было спрятано – начинает возвращаться…
Осень 2012-го. Окраина Курска. Неудачный день. Ни денег, ни жратвы. Наша маленькая уличная «бригада» ослабела от голода. Мы греемся у самодельной «буржуйки». Они появляются внезапно. Вырастают из темноты – бесшумные, словно тени.