Московский лабиринт
Шрифт:
А Грэй взглянул на меня пристально:
– Ты боишься заснуть, Таня? Боишься, что всё опять повторится?
– Нет, – пожала плечами. – Вряд ли они сумеют на таком расстоянии… Но рисковать не хочу.
– Отдыхать тебе надо.
– Отдохну. Потом… Когда вы проснётесь.
Я не ошиблась. После короткой беседы о 10-й версии «Master of Orion» физик снова забрался в тёплое нутро машины. «Погреться». Пригрелся он неплохо. Спустя короткое время можно было различить равномерное посапывание.
Я усмехнулась. И больше не стала его беспокоить. Только поплотнее притворила дверцу «хаммера».
Ночь и в самом деле была прохладная. Особенно в этот предутренний час.
Я подняла воротник куртки. И обошла машину кругом. Как и положено хорошему часовому. Поёжилась – за шиворот упало несколько капель росы.
Сдвинула окуляры и запрокинула голову. Туда, где между крон проглядывали звёзды. Вдали от города они были яркими, ослепительно прекрасными.
Той ночью в Развалинах я подумала: хорошо, что люди так и не дотянулись до них… А сейчас жалею. Во всех старых книжках XXI столетие – век космоса и путешествий к неизведанным мирам. То будущее так и не стало настоящим… Но ведь могло.
И ещё сможет. Оно станет реальностью… Звездолёты с нуль-генераторами, прыжки через пространство. И главное, люди. Настоящие люди. А не придатки к конвейерам и терминалам. Не человеческое сырьё…
Всё это ещё будет…
Если у нас получится.
Если мы сумеем выжить. И победить.
Тихонько, стараясь никого не беспокоить, я извлекла из багажника «хаммера» армейское одеяло. Свернула в тугой валик. Не сидеть же на голой земле. Простуда – атрибут мирного времени…
Спать мне действительно не хотелось. И ствол дерева отнюдь не мягкая спинка кресла. Да и прохладно… Российский камуфляж согревает ещё меньше, чем армопластовый бронежилет.
Я закрыла глаза. Лишь чтобы сосредоточиться. Тогда, в схроне у бабы Дарьи, я впервые обнаружила в себе новое умение. Чувствовать людей на расстоянии. До вездехода – метров пять. Попробуем начать с этой дистанции…
Раньше всё происходило как бы само собой. Я должна научиться этим управлять. Грэй сказал правду: надеяться можно только на себя… И если необходимо, я стану боевой машиной. Точной и безотказной… Я буду тренироваться каждую свободную минуту…
…Берег тропического океана. Золотистый песок. И нежно-бирюзовая гладь – до горизонта…
Солнце в зените – не палящее, ласковое… Тёплый ветерок обдувает кожу.
– Никак не могу привыкнуть, – говорит Артём, – в Москве – давно осенняя слякоть. А здесь лето и не думает кончаться…
– Разве это плохо?
– Непривычно, – улыбается физик. – А ещё непривычно видеть тебя в купальнике.
– В виртуале не насмотрелся?…
– Но здесь же другое. Здесь по-настоящему…
Он хочет прикоснуться к моему плечу. Я уворачиваюсь:
– Догоняй!
И
Я могу бежать так целую вечность… Солнечную, счастливую вечность…
Его дыхание за спиной. Я рывком оборачиваюсь. Физик радостно налетает и обхватывает меня лапищами:
– Поймал!
Но я отталкиваю его. Я шепчу.
– Это ненастоящее, Артём…
Он смотрит удивлённо и обиженно.
– Ненастоящее…
Едва слышный шёпот перекрывает плеск волн. И гасит тропическое солнце…
…Рука на моём плече. Открываю глаза.
– Пора вставать, – щурится Чингиз.
– Такой хороший сон, – вздыхаю я. – Хороший, но странный…
– Завтрак уже готов. Или ты предпочитаешь, чтобы его подавали тебе в постель?
– Ага. Прямо в постель…
– Это можно устроить, – смеётся Король. И выходит из комнаты.
Едва дверь закрывается, я вскакиваю. И сбрасываю тонкий короткий пеньюар. Бегом в душ. Под упругие, тёплые струи…
Уже месяц живу в этом доме и вовсю наслаждаюсь благами цивилизации. Принимаю душ и горячую ванну целых два раза в день.
Вода ласкает кожу. Хочется раствориться в её тепле и нежных прикосновениях…
Хватит. Закрываю вентиль. И с наслаждением растираюсь махровым полотенцем.
Накидываю длинный белоснежный халат.
Распахивается дверь. По старой привычке Чингиз входит без стука. Но я не обижаюсь. Знаю, что это у него профессиональное. Входить туда, куда не приглашают, видеть то, что пытаются скрыть…
– Извини, – отворачивается Король. И старательно изображает смущение.
– Что у нас на завтрак?
– Грэй и Артём ходили на рыбалку…
– Неужели Артёмчика удалось поднять в шесть утра?
– Сам удивляюсь, – щурится Чингиз. – Но жертвы напрасными не были. Доктор два часа провозился на кухне и гарантирует потрясающую уху…
Король замолкает. Потому что я подхожу ближе и долго, пристально смотрю в его ярко-голубые глаза.
– Это ведь тоже сон? Да, Чингиз?
Его ладони начинают скользить по моим плечам. Сбрасывают с меня халат… Его губы – у моих губ. Долгий поцелуй… Сильные, нежные руки умело ласкают моё тело. И оно отзывается волнами тепла… Так хочется, чтобы это было взаправду…
Разве я не заслужила капельку счастья? Всё равно – во сне или наяву. И не хочу просыпаться! Не хочу, чтобы всё закончилось. Пускай иллюзия. Для меня нет разницы…
Но губы сами, будто помимо моей воли, шепчут:
– Это – сон…
И всё исчезает, как картинка с монитора…
Доктор озабоченно хмурится, выслушивая мой рассказ.
– Понимаешь, Грэй, сны такие яркие. Их нельзя отличить от реальности. Ощущение иллюзорности приходит потом…
– Что за ощущение?