Московский хор
Шрифт:
О.
И героин мне в карман мент подложил. Героин для нас был дорогой слишком.
М.
Здесь пока всё неоднозначно.
О.
Потому что бабушка уже была при смерти, соседка моя, и была перспектива получить всю квартиру, если меня арестуют.
М.
Это всё неоднозначно. Есть показания, что вы у себя на кухне варили маковую соломку.
О.
Ребята?
М.
Это есть в твоем деле.
О.
Во как. Но у вас в деле нет, кто поселился после меня в моей квартире? А я вам могу сказать, я предполагаю, что знаю даже фамилию, Чердышкина. Ребята, мои друзья, узнали по своим каналам. А её родной брат, им сказали, это Федягин Дмитрий, это тот мент, который меня остановил, когда я шла устраиваться на работу санитаркой, мне дали направление на бирже труда, и он привёл меня в отделение милиции неизвестно с какого подпрыгу, и там они меня обыскали и нашли у меня героин в кармане. У них героин там в отделении как у нас чифирь на зоне. Вот кто мою квартиру получил?
М.
Очередники какие-то.
О.
Проверьте вот фамилию, Чердышкина или Чертушкина она по мужу, а так её фамилия как у мента, Федягина. Имени я её не знаю. Я знаю, что они из Тулы. Какие они могут быть в Москве очередники?
М.
Откуда такие данные?
О.
Оттуда. Мне ребята написали. Они этого Федягина знают по другим делам, он наркотой торгует. Они хотели его посадить, им сказали, что нельзя, он своему начальнику зарабатывает этим героином. Сейчас он перешёл в железнодорожную милицию, они там на вокзалах отлавливают в поездах тех ремонтников гастарбайтеров, которые везут на Украину доллары. Ребята все мои знают.
М.
Все письма твои отражены в личном деле. Там таких писем не было.
О.
Изъяты эти были письма, скорее всего. Мент Федягин знал, где я сидела. То-то ребята все со двора уехали… Продали их родители квартиры и переехали… я не могу их адресов найти, всё… После тех писем. Я потому что быстро жалобу накатала прокурору, что как же так, в моей комнате и квартире проживает родная сестра того оперуполномоченного, который меня ни за что пи про что арестовал во дворе и якобы нашёл у меня героин.
М.
Копии твоей жалобы в личном деле нет.
О.
То-то и оно. Вы никому не говорите, что я на свободе. А то он меня найдёт.
М.
Да? Но я должна проверить фамилию тех людей, которые живут в твоей квартире.
О.
Они её сразу приватизировали и продали.
М.
В
О.
Думаю, что их там не будет. Федягин был человек знающий.
М.
Но ордер на кого-то выписывали?
О.
Как-нибудь он подмухлевал. Что-то сделал.
М.
Да.
О.
У меня друзья были бедные, понимаете? Что они уж там кашеварили, из дешёвой соломки, три копейки. Героин им было не поднять. Дороговато.
М.
Вас угощали?
О.
Это должно быть в деле. У вас всё есть.
М.
Я хотела бы слышать правду от тебя.
О.
Всё что я скажу, можете считать неправдой.
М.
Вот что ты передо мной гордишься?
О.
Гордишься, коль никуда не годишься, это сектантка говорила.
М.
У тебя в крови нашли героин.
О.
То ли ещё напишут товарищи опера Федягина.
М.
Ой ли.
О.
Знаете, человек как я, сирота с ребёнком, ищет и ищет как оттянуться, так и напишите в отчёте. Забыть обо всём.
М.
Я понимаю. Когда мне сделали аборт, я потом лежала долго в больнице.
О.
В психушке?
М.
Сестры после аборта перестали со мной общаться, только пинали или щипали. Ну и я надела верёвочный галстук.
О.
Повеситься хотели?
М.
Да повесилась.
О.
Вынули.
М.
А как же я с тобой тут разговариваю?
О.
А может быть, мне всё это снится. Вообще вся моя дурацкая жизнь. Я иногда так думаю. Кошмарный сон. Ты мне снишься, мама. Я хочу уснуть навсегда, пардон, блин.
М.
Мать меня один раз в дурдоме навещала, и один только раз в жизни её прорвало, что когда она мной ходила беременная, тоже удавиться хотела, и надо было, да двое детей бы сиротами остались. И видимо, эта судьба мне передалась.
О.
Да ладно! У вас квартира есть, любимое дело есть. Вы что!