Московский хор

Петрушевская Людмила Стефановна

Галя

Дальше больше. Ехали поздно на электричке, бригадой возвращались. Я курила в тамбуре, ну, они меня начали задирать, хотели, одним словом, что-то сделать. Слегка прижали. Из бригады мужики. Я раздвинула двери и выпрыгнула. И на столб налетела. Вся была синяя.

Лора

Если ты хочешь, едем ко мне сейчас. Маму я уговорю как-нибудь, только бы они не въехали. А так всё нормально.

Галя

Я

вообще-то должна получить по бюллетеню за два месяца, но там, конечно, одни слёзы. Но всё-таки. Но для хозяйки на три месяца вперёд ей не хватит. Но всё-таки деньги у меня будут. Самое важное — дотянуть до фестиваля. Попасть в делегаты. Я хочу увидеть мир, представляешь? Тут ехал какой-то пробный автобус, в нём негры. Я первый раз увидела. Коричневые такие, ей-богу. Я стою, а я была из больницы первый денёк. Машу им рукой, сама плачу. Голова перевязана. Они остановились у светофора, смотрят на меня, пальцем показывают, один платок с себя снял, с шеи, и кинул мне. Вот.

Демонстрирует.

Подготовка к фестивалю идёт вовсю!

Лора

Пойдём, у нас дома есть хлеб, майонез, сварим картошки. А бабушка ещё там поживёт, я надеюсь. Они там всех кормят, так что их терпят. У них кремлёвский паёк.

Картина восьмая

Комната Лики. На диване на своём месте, в ногах у Неты, сидит Люба. Рядом в шинели внакидку и офицерских ботинках сидит Лика и ест со сковородки.

Люба

Лика, съешь курочку!

Лика

Люба, я не могу видеть, как пища уходит в мусорный бак.

Люба

Мама, съешь ножку. Съешь, я говорю, ножку. Ты обессилена скандалом.

Входит Саша, везя детскую коляску.

Лика

Саша, разверни его и положи в кроватку.

Саша

Оля пошла в булочную, я ей дал денег.

Люба (Нете)

Пойми, это нужно. А то совсем не станет сил. Ешь.

Лика

Саша любит детей как сумасшедший.

Люба

Пойми, у неё нервы как верёвки. Она плач своего ребёнка выслушивает хладнокровно и при этом стирает. Что ей твои немощные старческие слёзы.

Нета

А ты ешь, ты себя забыла.

Люба

Почему

никто ничего не ест? Масло скопилось за два дня. Лика, ты детям утром мажь бутерброд с икрой.

Лика

Оставьте! Серёжу рвёт от икры, а Машка во всём ему подражает. Они придумали, что это лягушачья икра. И говорят: бе!

Люба

Скажи, это Олечка придумала, чтобы отвадить детей, а сама ест ложками? В банке сто грамм, съедено три четверти за один день.

Лика

Оставьте! Оля измучена.

Люба

Год я уже наблюдаю это перерождение. Мама, орденоносец, большевик, вынуждена молчать, чтобы её не выгнали! Оля вчера заняла ванную, когда маме было плохо, и стирала с открытое дверью, и к нам и к тебе, Лика, в комнату шёл шум льющейся воды, пар и газ из колонки, а на вопрос она ответила, я не скрою, чтобы я шла к дьяволу. В семье бытовое разложение, у твоего родного сына две семьи!

Лика

Утешься, твоя мать неоднократно была замужем. А Саша держался с одной больше восемнадцати лет.

Люба

Моя мама никогда не была замужем! Это ложь.

Нета

Шабы була. Была, короче.

Люба

Но это они от тебя уходили, и потом не одновременно! А Сашка коммунист. Коммунист должен быть чист как стекло, внимательным к людям и не бабник прежде всего.

Лика

Это святой, святой такой должен быть, и то некоторые святые сначала пили и всем занимались. Не погрешишь, не покаешься. Един Бог свят.

Люба

Бога нет, ты что, ошалела?

Оглядывается.

Нета

Люлю, прекрати.

Люба

Не для того мама и её соратники строили социализм.

Лика

Ай, оставь. Социализм — это ещё не коммунизм, при социализме ещё многое можно. Когда будет нельзя, нам скажут.

Люба

Ты перерожденец и соглашателишка.

Нета

Люлю, нас выпрут отсюда.

Люба

Погоди. У тебя, Лика, отсталое сознание. И что получается? Бытовое разложение перешло и на детей! От кого Оля родила ребёнка? А? И у кого она набралась цинизма? Дети взяли пример и выросли хамы.

Лика

О детях не беспокойся, о детях не беспокойся.