Моров. Том 8

Кощеев Владимир

И вот настал момент, от которого сердце едва не выпрыгивало из груди.

— Можете поцеловать супругу, — с доброй отеческой улыбкой произнес его святейшество.

Иван Владимирович… Муж…

Пока Снежана Александровна пребывала в растерянности, он уже коснулся ее губ своими. Сама не осознавая, новоявленная Морова ответила на поцелуй, схватив супруга за рукава костюма, зажмурилась, испугавшись на мгновение, что ей все это приснилось.

Но вот прикосновение окончилось, и новая реальность обрушилась на голову Снежки. Теперь они — муж и жена.

Какое счастье…

* * *

Там

же.

Мирослава Анатольевна наблюдала за тем, что происходит, и не могла сдержать улыбки. Как бы ни хотелось раньше Герасимовой самой стоять перед аналоем рядом с Моровым, но именно сейчас она окончательно осознала, что отец был совершенно прав.

Ей было необходимо увидеть собственными глазами, как смотрят друг на друга Иван Владимирович и Снежана Александровна Моровы. Какая гармония чувствуется в них, не слабее магии расходящаяся во все стороны от молодоженов. Так, как любила и принимала своего супруга Снежана Александровна, Мирослава Анатольевна никогда бы не смогла.

И это осознание, нахлынувшее в один момент, вдруг подарило такую радость за своего друга. Он нашел для себя ту, кто ему идеально подходит. А потому сегодня действительно будет замечательный день. Не зря Мирослава Анатольевна так много сил для этого приложила.

Взгляд дочери начальника Генерального штаба скользнул по присутствующим.

Стоящая чуть в стороне наследница престола следила за происходящим не только с интересом, но и с довольной улыбкой. Наверняка думала о том, что вскоре у Моровых появятся наследники, которые вырастут уже при новой императрице и будут верны лично ей.

Впрочем, нельзя исключать и того, что Варвара Викторовна только что переживала то же самое, что чувствовала сама Мирослава Анатольевна. Ведь Романова стала первой, кому Иван Владимирович подарил вечную молодость. Он защитил ее во время мятежа, рискнув пойти против гвардии Кремля.

В конце концов, он возвел на трон ее отца. Ведь кто бы что ни думал, все могло закончиться иначе. Когда великую княжну Варвару Викторовну ударили родовым артефактом правящего рода. Если бы не Иван Владимирович, не было бы сейчас никакой наследницы престола.

— Как они прекрасно смотрятся, — положив руку на плечо Мирославе Анатольевне, заметил стоящий за спиной дочери Анатолий Никодимович. — Ты все правильно сделала, дочка.

В ответ та смогла лишь кивнуть. Мыслями она уже вернулась на торжество в новом особняке Моровых. Недопустимо ударить в грязь лицом, так что все должно пройти без сучка и задоринки. Иначе Мирославу Анатольевну ждало совсем не предложение провести другие свадьбы, а позорное клеймо неудачницы, испортившей праздник одному из вернейших подданных короны.

* * *

Новый особняк дворянского рода Моровых. Иван Владимирович Моров.

Время было расписано по минутам. Так что, только доехав до дома, мы со Снежкой тут же разошлись в разные крылья дома. Но это — для гостей, на самом деле у нас был один гардероб, выставлять свою супругу

из своих покоев я не собирался, и сама Снежка против этого не возражала.

Так что мы быстро перекусили парой бутербродов, которые подала Наталья, и принялись переодеваться в домашнюю версию нарядов. Белое платье невесты, теплое и тяжелое, сменила его облегченная копия. Мой костюм изменился аналогично, став значительно проще по материалам и чуточку другого пошива, чтобы было удобно двигаться.

Последовавшие за нами гости сейчас собирались в столовой. Там уже накрыты закуски, организована легкая музыка и освежающие напитки. Для желающих отдохнуть все соседние помещения меблированы диванами и креслами. Старшему поколению это особенно полезно.

— Поверить не могу, что мы уже в браке, — произнесла Снежка, пока служанки собирали ее платье. — А самое главное, я думаю, что что-то должно было измениться, а все вроде бы по-прежнему.

— Ну как это? — спросил я, позволяя Наталье поправить мой воротник. — Теперь мы можем не только прилюдно за руки держаться. А кроме того, ты ведь помнишь, что мы должны будем уединиться в покоях, чтобы исполнить супружеский долг, а гости при этом никуда не денутся и будут ждать внизу до самого вечера?

Моя жена усмехнулась. В ее глазах заплясали веселые бесенята.

— Надеюсь, мы будем в это время есть, — произнесла она с улыбкой.

Шутка была хорошим знаком. А то в машине мы так и молчали — Снежка осознавала свой изменившийся социальный статус, а я же не хотел ей в этом мешать. К тому же все давно было обговорено не один раз, и моя супруга могла себе позволить подумать о своем, прекрасно зная, что я поддержу ее, что бы ни взбрело в ее прекрасную голову.

— Обязательно, — заверил я. — Повар еще вчера пообещал мне, что нас будет ждать роскошный обед. Ты ведь знаешь, что все мужчины в этом особняке от тебя без ума и считают едва ли не спасительницей их господина?

Снежка закатила глаза, а Наталья громко фыркнула.

— Простите, что влезаю, ваше благородие, но время на исходе. А мужиков ваших женить надо, чтобы на чужих невест и жен слюни не пускали, — заметила она.

Мы со Снежкой переглянулись и негромко рассмеялись. Взяв ее под руку, я повел супругу к выходу. Сейчас будет обед, за которым нам непременно не дадут нормально поесть, разумеется, танцы в бальной зале, а затем, наконец, она — долгожданная свобода от обязательств перед обществом. И начало нашей счастливой семейной жизни.

Ведь иначе стоило ли все это затевать?

* * *

Швеция, Хапаранда.

— Его высочество просит вас поторопиться, — произнес голос из динамика телефона. — Промедление недопустимо. На границе вас уже ждут.

— Я понял, — ответил молодой мужчина в деловом костюме, стряхивая пепел сигары в пепельницу. — Буду там через полчаса.

— Его высочество очень надеется, что вы будете верны своему слову и выполните все инструкции именно так, как вам было сказано, — вызывая своими словами зубную боль собеседника, въедливо продолжил англичанин.